Владимир Брайт - Королева Семи Палачей

– Не стану обещать того же.

– А тебе ничего и не нужно обещать, просто держись подальше от бойни – и все будет хорошо.

«По крайней мере, это уже нечто конкретное, – с облегчением подумал Сайко. – Конкурирующие группировки наконец сойдутся в поединке не на жизнь, а на смерть, и тот, кто победит, может разобраться с котообразным господином. А потом… Пусть делают с зоопарком все, что угодно. Это будут уже не мои проблемы».

– Тогда пойдем со мной – и я представлю тебя сиятельной королеве, – предложил призрак.

– Жду не дождусь нашей встречи. – ЛСД был стопроцентно уверен в своих силах, поэтому мог позволить себе ничего не бояться.

Его хозяин считался чрезвычайно могущественным волшебником, одно только имя которого приводило в священный трепет многочисленных недругов и завистников. А кто такая королева Семи Палачей? По большому счету – никто. Никому не известная дама, набравшая себе в помощники несколько глупых мясников и бестелесного призрака. Нет, определенно беспокоиться было абсолютно не о чем. Будь Вини поумнее и сообщи обо всех этих подробностях, Асванх Пиринизон не отказал бы себе в удовольствии лично разобраться с глупцами, посмевшими встать у него на дороге. Но безмозглая собачонка (ЛСД недолюбливал Вини) ничего толком не объяснила, и поэтому…

«Все, что ни делается, – все к лучшему, – подумал ЛСД, делая шаг навстречу призраку. – Развлекусь в одиночку. Сыграю сольную партию. Потом все расскажу господину и намекну, что он пропустил веселье из-за глупости никчемной дворняжки».

– Готов? – коротко спросил призрак.

И, получив утвердительный ответ, неожиданно «растекся» по полу туманным облаком, окружившим самоуверенного файта со всех сторон.

Прошло несколько секунд – и облако растаяло в воздухе. А вместе с ним исчез и ЛСД.

– Отправились выяснять, у кого яйца круче? – поинтересовался Сайко.

И хотя постановка вопроса была слишком грубой и прямолинейной, но суть происходящего отображала почти идеально. Два сильных противника (явно недооценивающих потенциал друг друга) отправились выяснять, кто круче. И хотя ни призрак, ни файт в силу своей природы не имели половых признаков, но…

Существовали еще и палачи. Которые небезосновательно считали себя очень крутыми мужиками. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

– Да, отправились, – мысленно согласился файт.

– Как думаешь, кто победит? – Сайко по природе был чрезвычайно азартен, а в данном случае это был не просто интерес, а интерес, напрямую связанный с его жизнью.

– Трудно сказать. – В отличие от самоуверенного ЛСД собачка была сдержаннее. – Если бы хозяин сам пришел на встречу, то поле боя осталось бы за ним. А ЛСД… Его практически невозможно убить, так как Асванх наделил слугу частью собственной силы, но эта странная королева… Она может преподнести массу неприятных сюрпризов.

– Может, заключим пари? – Глаза Сайко заблестели от возбуждения.

– Насчет чего?

– Насчет исхода поединка.

– А каковы будут ставки?

– Деньги меня не очень интересуют, потому что их много, а вот безопасность… Это достаточно актуально.

– Нельзя ли поконкретнее?

– Конечно можно. Если я выиграю, ты будешь обязана один раз спасти мне жизнь.

– А если проиграешь?

– Скажи, что тебе нужно.

– Это не в твоих силах.

– Если ты не скажешь, то я не смогу определить, в моих это силах или нет.

– Хорошо. На королевском пиру будет слепой старик с берестяной дудочкой».

– Слепой старик и дудка на королевском приеме? Ты шутишь или говоришь на полном серьезе?

– Я не шучу… Его зовут Глашатай Ветра.

– Надо было сразу так и сказать. Этот человек известен всем. А по описанию «слепой старик с дудкой» сразу и не поймешь, о ком идет речь.

– Я хочу, чтобы он сыграл что-нибудь.

– Глашатая Ветра невозможно заставить ничего сыграть, если он не хочет. Это не под силу даже Ласковому Жу, а уж начальник тайной полиции может уговорить кого угодно.

– Речьидет не о Ласковом Жу, а о твоей жизни. Которая все еще находится в опасности.

– Н-да уж… Речь, конечно, идет о моей жизни, но как я смогу повлиять на Глашатая Ветра? Это же невозможно.

– Во-первых, право первой ставки достанется тебе. От меня вообще ничего не будет зависеть. А во-вторых, слепой старик может захотеть сыграть просто так. Без каких бы то ни было просьб и уговоров.

– Звучит, конечно, заманчиво, но что-то глубоко внутри мне подсказывает, что я не знаю правил этой игры.

– Ты сам предложил пари и сам можешь выбрать наиболее сильную сторону. А если не хочешь спорить, то не спорь.

Искушение было слишком велико, поэтому Сайко все же решился. Оставалось только выбрать, на кого поставить. С одной стороны была королева и семь здоровенных палачей, а с другой – неубиваемый слуга могущественного волшебника. Сайко видел, как легко проник мерзкий горбун в святая святых – королевский дворец. И поэтому был уверен в его силе. А королева послала какого-то жалкого призрака. К тому же все эти палачи могли оказаться деревенскими здоровяками, которые в испуге разбегутся от одного простенького заклинания. Нет, определенно посланец безумного волшебника выглядел более предпочтительно, чем вся эта непонятная команда королев, палачей и призраков.

– Ладно, я согласен на твои условия. Если победит непонятное животное.

– Его зовут ЛСД.

– Да, если победит ЛСД, то я выиграл. А если верх возьмет королева с выводком своих жирных слуг, то побеждаешь ты. Ну что, по рукам?

– Да.

– А как долго продлится схватка?

– Если в измерении, где находится королева, время течет так же, как у нас, то не больше десяти минут. Магические поединки в отличие от рыцарских скоротечны.

– А если время течет по-другому, тогда мы можем не успеть до королевского пира?

– Да, мо…

– Всё, уже не можем…

Появившийся в углу комнаты призрак расставил все точки над «i».

– Справедливости ради стоит отметить, что этот заносчивый выскочка бился не так уж и плохо. Один из палачей даже получил небольшую рану…

– Значит, ЛСД проиграл? – похоронным голосом поинтересовался Сайко, кляня в душе свою глупость.

Надо было ставить на семерых палачей! Как он мог так сглупить, поверив нахальному уроду?

– Не знаю, как звали это недоразумение, но его останки были отправлены хозяину. И теперь, когда все вопросы улажены, нам уже ничто не мешает подписать новый договор.