Константин Борисов - Рыскач

   - Час есть, но мне столько не надо. - Подняв руку, призывая к тишине, ответила Анлуса.

   В комнате воцарилась тишина, самым громким звуком было биение о стекло бабочки, которая пыталась вырваться на волю. Анлуса же запустила руку в волосы и вдруг принялась что-то бормотать себе под нос. Максимум что я расслышал, были слова яд, мозг, лёгкие и старость. Вот сестра встрепенулась, и стала пристально рассматривать руны на кувшине.

   - Рэн, активируй поток целительства! - Не глядя на меня, прошептала Анлуса, шёпот которой показался громом среди ясного неба.

   Я вздрогнул, но ни слова не говоря активировал семь нужных рун. Из кувшина вышел ещё одно облачко магии, вернее, даже шар, небольшой, можно сказать с клубок пряжи, диаметром двадцати сантиметров. Он на мгновение завис над диагностическим облаком, а потом резко упал в него, разбившись мелкими искрами. Теперь графа окутывала полупрозрачная белёсая сфера, без каких либо вкраплений.

   - Рэн, смотри сюда! - Сестра указала мне на символ на кувшине. - Активируй этот, потом этот, затем...

   В общей сложности я подряд активировал девять рун. Девять! При том, что точно помнил, максимальную комбинацию Креун называл из четырёх. Но спорить с сестрой не стал, как и уточнять. В конце концов, каждый должен заниматься своим делом и доверять друг другу. Я выступал в качестве инструмента, или рук целительницы, а Анлуса в данной ситуации была мозгом.

   - Теперь активируй руну выхода! - Сказала сестра, чем ввергла меня в замешательство.

   - Какую руну?! - Воскликнул я. - Креун мне ничего о ней не говорил!

   Произнеся последнюю фразу, я прикусил язык. Генер-то в комнате! И внимательно следит за всеми нашими действиями. Как ему потом объяснять мои слова?

   - Вот эту. - Сестра указала руну на горле кувшина восстановления.

   Активировав руну, я увидел, что из горла кувшина полился тоненький зеленоватый магический поток, который устремился в сферу. Сфера приобрела зеленоватый оттенок, а потом из неё тремя потоками стала вливаться в графа. Потоки вливались в голову, грудь и ноги. В ноги-то зачем? На них, насколько помню, не было ни одного очага! Надо будет уточнить у сестры, интересно же. А граф тем временем продолжал спать. Анлуса продолжала нервно всматриваться в спящего Портриса. Через пять минут из тех мест куда вливались потоки восстановления произошёл выброс магическиой энергии в виде сгустков. Такого я никогда не видел и не ожидал увидеть! Из головы, груди и ног графа выплеснулся тёмные сгустки энергии, они кляксами повисли в воздухе, а потом утекли в кувшин восстановления. Из груди Анлусы вырвался вздох облегчения, граф же перевернулся на бок, почмокал губами и... засопел. Моя сестра тем временем опустилась на пол и ,смахнув со лба каплю пота, произнесла:

   - Что-то меня ноги не держат.

   У Анлусы мы с Генером оказались одновременно, чуть не столкнувшись лбами. Сестра тихонько хихикнула.

   - Со мной всё в порядке, просто сильно перенапряглась. Всё же магическим зрением так долго я никогда не смотрела.

   - Блииин! - Хлопнул я себя по лбу. - Ну я и болван! Ты же себя полностью опустошила!

   - Рэн, ты о чём? - Взволнованно спросил Генер.

   - Анлуса только недавно стала пользоваться магическим зрением в полном объёме. Она, можно сказать, новичок в этом деле, вот и силы свои и нерасчитала. - Попытался объяснить я главе ночников.

   - Рэн, всё я рассчитала. - Отмахнулась от меня сестра. - Немного посижу, сил наберусь, а потом буду бегать!

   - Угу, до первого столба! Тебе пару дней отлежаться, да отъесться надо! Вот тогда сможешь на небольшие расстояния передвигаться. - Ответил я, прикидывая в уме как бы транспортировать сестру домой.

   Дело в том, что если организм человека владеющего магией полностью опустошает свои энергетические потоки, то он настолько становится слабым, что даже кости иногда не выдерживают нагрузки собственного веса и ломаются.

   - Как лечение-то прошло? - Нервным голосом спросил Генер.

   - Да? Что с графом-то? - Спросил я.

   - Надеюсь, всё в порядке. - Устало ответила сестра. - В организме графа был яд, теперь его там нет.

   - Здорово! - Воскликнул Генер.

   Глава ночной гильдии принялся нас благодарить и чуть ли не клясться в вечной любви и дружбе. Казалось, он сам немного потерял рассудок от радости. Но в его голосе не слышалось фальши или неискренности. Честно говоря, я никак не ожидал от этого человека таких слов, но скрывать не буду - было очень приятно.

   Генер буквально умолил Анлусу остаться в доме отца, чтобы она набралась сил, да и другие аргументы у него были.

   - За тобой тут будут ухаживать как за королевой! Любое желание исполнят, да и ты за отцом приглядишь. Ему ведь может потребоваться помощь целителя, а никого кроме тебя допускать к нему я не собираюсь.

   Сестра при первых словах Генера скривилась, как от кислого помидора, то завершающая фраза заставила её задуматься. В итоге она осталась, немного поспорила, но... Комнату ей организовали рядом с графом, в которую перенёс и уложил на постель собственноручно Генер. Сказав, что такую драгоценную ношу доверить никому не сможет. Фраза прозвучала настолько двусмысленной, что я закашлялся, а Анлуса покраснела как маков цвет. Н-да, сил у неё нет никаких, решил я про себя, ведь раньше она могла контролировать эмоции, а сейчас... Но смущённой сестра была не долго, как только её голова коснулась подушки, Анлуса заснула, мило подложив под щёчку кулачок.

   - Эээ, Рэн, ты бы не помог сестре устроиться более удобно. - Сказал мне Генер, указывая на одежду. - Я пока к отцу загляну, не вериться, что его болезнь побеждена!

   - Ага, раздень такую! Мне жизнь дорога. - Усмехнулся я, но сапожки с сестры снял и чуть ослабил шнуровку на платье.

   Генер в это время проведывал отца и моих слов не слышал. Укрыв Анлусу одеялом, я вышел из комнаты. От графа вышел Генер, держа в руках сосуд восстановления. Это было для меня неожиданно, но мышцы непроизвольно напряглись. Сейчас-то всё и решится, насколько слова ночника были правдивы и искренны.

   - Рэн, этот артефакт принадлежит Анлусе. Пока она набирается сил, ты уж сам реши, где ему быть. - Сказал Генер и протянул мне кувшин.

   - Поставлю в комнату сестры, - я кивнул на дверь, где спала Анлуса. - проснётся, пусть сама со своими вещами разбирается.

   Сосуд я водрузил на стол так, чтобы проснувшись, он сразу бросился в глаза Анлусе. Мол, нечего было напраслину на Генера возводить, хотя я и сам ждал от него какого-нибудь неблаговидного поступка. Он же дожидался меня в холле дома, где стоял уже накрытый стол. Стол бы на три персоны, как объяснил мне глава ночников, третье место зарезервировано для Анлусы. Вдруг она проснётся и захочет к нам присоединиться? Мне бы сейчас тоже не мешало соснуть пары часиков, а не праздновать удачу в нашем деле. Тем не менее, не уважить Генера я не мог, тем более тот просто светился от счастья. Пара тостов, обильная и вкусная пища сделали своё дело, меня разморило. И настолько же неожиданно прозвучал вопрос, который был задан очень холодным и жестким голосом.