Игорь Ревва - Последнее заклятье

Он находился в роскошно обставленной комнате, и вокруг него, почтительно склонив головы, стояло несколько рыцарей. Точно таких же, как мы видели только что в поселке. Позы рыцарей выражали благоговение перед Эской. Эска небрежно кивнул им и вошел в какую-то дверь.

За дверью оказался громадный зал, захлебывающийся от обилия золота и драгоценных камней, которые украшали даже стены и пол. В центре зала стоял массивный трон, окруженный плотным кольцом вооруженных стражников. На троне восседал грозного вида человек. Но при виде Эски вся его грозность куда-то испарилась. Он поднялся с трона и широко улыбнулся. Надо сказать, что рожа его от этого стала еще гаже.

Человек спустился с трона и протянул руку Эске. При виде этого рукопожатия я вспомнил, как Эска, вот точно так же, протягивал руку мне. Когда-то, давным-давно. Когда я еще верил ему…

Судя по всему, этот человек на троне был самым главным здесь. Йорка подумала то же самое.

— Наверное, тот самый Властелин Тьмы, — заметила она. — Ишь, рожу отъел! Гад!

Эска что-то говорил, а Властелин Тьмы почтительно слушал его. Потом они вдвоем вышли из тронного зала и оказались в небольшой комнате, битком набитой рыцарями. Или даже военачальниками. Если судить по роскошной одежде и холеным, хоть и уродливым, рожам.

В центре комнатки стоял широкий стол, вокруг которого все они и сидели. На столе был разложен какой-то громадный лоскут ткани (или чего-то очень на ткань похожего), и все рыцари склонили головы над ним. При виде своего шефа и Эски они подскочили с мест, словно на пружинках, и подобострастно склонились в поклоне.

Властелин Тьмы снисходительно кивнул им, а Эска — тот даже взглядом не удостоил все это собрание. Он прямиком подошел к столу и принялся что-то втолковывать Властелину. Тот почтительно внимал.

Я присмотрелся и понял, что на столе разложена карта местности. Эска, водя пальцем по карте, что-то объяснял Властелину и собравшимся рыцарям, ловившим каждое его слово.

— Смотрите, что он делает! — воскликнул Гилэйн. — Он же отдает приказы! Он же распоряжается этой страной, этим миром!

— Для чего?! — непонимающе спросила Ларка.

— А для того, — пояснила Йорка, — чтобы как следует прижать здесь инксов! Чтобы они охотнее уходили отсюда! К нам, в Межгорье! Вот для чего!!! Ах, дрянь!!! Лицемер проклятый!!! Сволочь двуличная!!!

Да, все выглядело именно так. И более того, Йоркино объяснение было вполне логично. При правильно организованном давлении на инксов те просто не могли не уйти в Межгорье. Значит, все это было затеяно просто для того, чтобы навредить Межгорью. Чем же мы ему не угодили, этому Эске?! Ведь мы даже и не знали о его существовании! Жили себе тихо и спокойно! Никого не трогали! И вот — на тебе!!!

Я снова переживал события пятисотлетней давности. Мне снова виделись горящие деревни и гибнущие люди. И снова я ощущал себя командиром Степи, армии, бьющейся с инксами.

— Смотрите!!! — изумленно воскликнула Ларка. — Они нас видят!

Мы склонились к зеркалу. Там действительно происходило что-то не совсем понятное. Какой-то низенький человек в простой одежде — без лат и оружия — что-то говорил Властелину, настойчиво тыча пальцем в нашу сторону.

— Не может этого быть! — удивилась Йорка. — Зеркало защищено… Хотя подожди-ка! А вдруг он маг?..

Человек в зеркале продолжал убеждать Властелина. Тот задумался и кивнул головой. Эска презрительно поджал губы и отвернулся. А маг протянул к нам свои руки, губы его беззвучно зашевелились. И тут же из поверхности зеркала вырос небольшой лепесток огня. Лепесток потянулся к Йорке, дрожа от напряжения. Он начал расти, и от него явственно заструился жар.

Йорка отреагировала на это совершенно спокойно. Небрежным движением руки она смела лепесток в сторону, а затем швырнула в зеркало щепотку пустоты. И тогда у меня отвисла челюсть.

Маг в зеркале качнулся и, словно защищаясь, вскинул руки. Но это ему не помогло. Пустота, брошенная в него Йоркой, достигла своей цели — голова мага буквально взорвалась, разбросав по сторонам кровавые ошметки. В комнате началась паника. Рыцари сгрудились вокруг своего повелителя, готовые защищать его от неведомой опасности. Эска озирался по сторонам, вытаращив глаза от изумления. Он совершенно не понимал, что же происходит.

— Я тебе покажу, руками махать! Фокусник хренов! — с этими словами Йорка щелкнула пальцами, и зеркало рассыпалось в прах.

— Хватит! — решительно заявила она. — Нечего тут рассиживаться! Пора в путь!

Я согласно кивнул. Пока Йорка открывала проход в иной мир, я думал об инксах. И вдруг понял, что уже не испытываю к ним такой сильной ненависти. Нет, конечно же я нисколько не жалел о прошлом! Более того, мне вдруг вспомнился предыдущий мир, за пребывание в котором так жестоко заплатила моя Йорка. Очень хороший и наглядный пример — вчерашние рабы у власти! Но я воспринимал инксов уже просто как досадную помеху. Они были пешками в чужой игре. Они были вынуждены захватывать Межгорье.

Властелин Тьмы! Ха! Да какой он властелин?! Марионетка в чужих руках, и все! Вот Эска, это самый настоящий властелин. И здесь и в Межгорье… И, наверное, много еще где. Например, в том, предыдущем мире… Властелин Тьмы.

Властелин, которому чем-то мы не угодили, и он решил избавиться от нас. И поделать мы пока ничего не могли.

Единственное, что нам оставалось, это двигаться дальше. Покинуть этот мир и это время, предоставить их естественному течению. В конце концов, все не так уж и плохо закончилось в Межгорье! Что бы там ни планировал этот Эска, а инксов мы победили. Очень хотелось изменить прошлое. Может статься, победа тогда досталась бы нам гораздо легче. Но Йорка сказала, что это невозможно. И я поверил ей.

Вздохнув, я шагнул в грань сверкающего куба, и мир вокруг меня уже привычно померк.

Глава восьмая

ГОСТИНИЦА

Первое, что я замечаю, оказавшись в новом мире, это то, что стою по колено в воде. В холодной. Мне это все начинает уже надоедать! Снова море! До темнеющего высокими деревьями берега было шагов десять. А я стою в полосе прибоя, и ледяные волны накатывают на меня. Вокруг царит темень. Опять, значит, ночь. Я торопливо выбираюсь на берег, усаженный деревьями, подступавшими почти к самой воде.

Разглядев в темноте пенек, я присел на него и хотел снять сапоги, чтобы вылить из них воду — мало приятного ходить, постоянно ощущая в обуви холодную хлюпающую влагу. Но едва только я прикоснулся к сапогам, как рука моя замерла. Пальцы скользнули по обуви, ощупывая ее, а в голове моей, как мне показалось, что-то звонко щелкнуло. Не может этого быть!

Выглянувшая из-за туч луна осветила серебристым светом все вокруг, и я понял, что догадка моя оказалась верной. На мне были туфли Самые настоящие туфли, со шнурками! Нет, этого все-таки не может быть! Не верю!!!