Павел Ганжа - Дети Земли

– Да? А мне он не мешает,- пожал плечами Борис и снова опустил взгляд, углубившись в записи.

– Конечно, тебе никогда ничего не мешает, – пробурчала себе под нос Вика и вышла из кабинета.

Увидев девушку, Вист развернулся к ней и потрусил навстречу.

– Так! Приятель, хватит цокать! Ты мне работать мешаешь, понял?

"Приятель" ничего не сказал и хвостиком не махнул, ввиду отсутствия оного, а просто сел и ткнулся влажным носом в ладонь.

– Не понял,- констатировала Вика, вздохнула и показала рукой на дверь.- Иди во двор, там гуляй.

Пес гулять во дворе явно не хотел и с места не сдвинулся. Тогда Морозова взяла его за ошейник и потащила к выходу. Вернее, попробовала потащить. Сдвинуть с места такую тушу у нее не получилось. Туша сама сдвинулась. Вист воспринял действия девушки, как новую игру, вскочил, стал бегать вокруг нее, норовя боднуть лобастой головой под колени.

Игра Виктории категорически не понравилась. Веса в собаке было столько, что после каждого толчка под коленки юная ведьма едва удерживалась на ногах. Она даже подумала о претворении в жизнь первоначального плана, касающегося обрезания когтей, причем с помощью магии, поскольку иным способом справиться со здоровенным ротвейлером нереально, но по здравому размышлению решила над Вистом не издеваться. Он же не специально ее злил, а исключительно по причине живости характера. И морда у него вечно грустная – жалко.

– Гулять не хочешь? Тогда придется прибегнуть к другим методам, – пригрозила Висту Вика и воспользовалась Даром. Она заглянула псу в глаза и внушила ему, что на приусадебном участке зарыта вкуснейшая сахарная косточка, попутно дав установку бежать к беседке и искать собачий гостинец там. Радостно взвизгнув, – даже на перманентно унылой морде проступило нечто умильное – пес облизнулся, развернулся и со всех лап бросился вниз по лестнице. Через считанные секунды цокот удалился в сторону дальнего холла, где в двери, ведущей на задний двор, было проделано специальное отверстие с пологом из войлока – своеобразный выход для собак,- а затем прекратился. Судя по скорости бега, Вист опасался происков конкурентов, которые могли найти вкусный гостинец раньше него. Немудрено, образ косточки получился настолько аппетитным, что у самой ведьмы слюнки чуть не потекли.

Один источник шума был временно устранен, однако вместо него тут же появился другой.

– Куда это пес понесся? – На второй этаж быстрым шагом поднялся Оспешинский. – Чуть меня с ног не сбил.

– Не знаю. По своим делам, наверное, – соврала Вика, которой стало немного стыдно за издевательство над псом. Ведь косточки он не найдет, лишь лапы собьет в напрасных поисках. Надо будет ему мясной вырезки купить… для возмещения причиненного морального вреда.

– Какие у собак дела? – удивился Виктор.- Разве что охрана… Ладно, пойдем, продемонстрирую тебе кое-что.- Оспешинский взял девушку за локоть и потянул в кабинет.

– Салют бумажным крысам!- Приветствие Виктора, как всегда, граничило с издевательством. – Нарыли тут что-нибудь?

– Пока нет,- покачал головой Борис.

– Жаль,- искренне огорчился лохматый паяц.- Будем надеяться, что вода камень точит. Авось что-то всплывет.

– В сплывает обычно… то, что плавает хорошо и не тонет,- не преминула подколоть Виктора Морозова.- На букву "д" начинается, на "о" заканчивается.

– Дерево,- изобразил непонимание Оспешинский.

– Да, точно, дерево,- фыркнула Вика.- У кого-то вместо мозгов. И у кого бы это?

– Но-но, молодежь, полегче на поворотах. Непосредственное начальство нужно уважать и почитать.

– Ага, ключевое слово тут "непосредственное"…

Слушающий дружескую пикировку ашеров Шевченко оторвался от изучения записей и укоризненно посмотрел на коллег. Они сразу увяли, даже неугомонный Виктор.

– Все, мы тебе больше не мешаем. Я только сейчас тебе и Вике покажу одну физиономию… и сразу удалюсь.

– Надеюсь, не свою,- снова подколола "непосредственное начальство" девушка, но, наткнувшись на взгляд Бориса, всплеснула руками. – Молчу-молчу.

– Словно дети, честное слово,- посетовал Шевченко, но отложил в сторону пухлую тетрадь.- Что там у тебя?

– Смотрите…- Оспешинский закрыл глаза и сделал кистью правой руки вращательное движение.

Хотя Вика не слышала слов (они произносились мысленно), но по характерному жесту догадалась, что это Создание Образа – заклинание, связанное с отображением ментального рисунка в реальности. Маг в данном случае выступал в роли эдакого видеопроигрывателя, проецируя хранящийся в его памяти образ на любой физический объект. На лист бумаги, на стену, на молекулы воздуха. Иначе говоря, создавал в реальном мире копии ментальных образов.

Она не ошиблась. Над столом появилось трехмерное изображение фигуры мужчины едва ли не натуральную величину. Изображение переливалось разными красками и двигалось. Ожившая фигура топталась на одном месте, поворачивала голову, останавливалась и снова начинала топтаться, выходя за границы столешницы. Выглядело это так, словно из видеопленки вырезали один кадр, придали ему объем, поместили в ограниченный пространственный контур и запустили воспроизведение на десять секунд. А потом поставили на повтор. Узнай о подобных возможностях, пусть и не технологических, а магических, голливудские режиссеры, они продались бы ашерам с потрохами за одно лишь заклинание Создания Образа. Разные стереоэффекты и 3-D фильмы отдыхают и плачут в сторонке.

– И что сие означает? – Борис, скрестив руки на груди, разглядывал разноцветную фигуру.

Виктор открыл глаза и чертыхнулся:

– Блин, сейчас подправлю.

Еще одно вращение кистью, и разноцветье красок исчезло, а фигура замерла.

– Узнаешь?

– Нет. А кто это?- поинтересовался Шевченко.

– Да не ты…- досадливо сморщился Оспешинский.- Вика, узнаешь?

Морозова присмотрелась к изображению и протянула:

– Похож на парня, который прогуливался возле дома Семена Моисеевича, когда мы туда приехали…

– Точно! – обрадовано хлопнул ладонью об ладонь Виктор.- А я мучаюсь, гадаю, где же его видел… Ты его еще проверять подходила, верно?

– Да, он. Только без газеты.

– Извини, бананьев нема.

– Я просто вспомнила, что этот Ромео по улице с газетой в руках прогуливался.

– Почему Ромео?

– Судя по ауре, он девушку ждал, вроде бы на свидание пришел, но почему-то с газетой вместо цветов. Довольно странно.

– Действительно…

– Прошу прощения,- вмешался в разговор Шевченко.- О ком, собственно говоря, речь идет?

– Этого парня,- Вика указал на застывшее изображение,- мы встретили около дома Кацмана, когда приезжали туда первый раз и документы забрали…