Андрей Некин - Кукловод

Рыцарь пошатнулся. Но этого явно было не достаточно для победы.

Совсем не достаточно. Ричард пошел в атаку сам. Верно, настала очередь его хода… Ферро не видел ни лезвия, ни даже рук. Что-то звериное просыпалось в нем, подымалось над человеческим разумом. «Меч вверх!» визжит оно в ухо, и Ферро слушает, подчиняется, как будто Дед спустился сверху управлять его телом. Он подставляет меч влево, вправо, не задумываясь. Там где соприкасаются клинки — высекается целый феерверк, грозя ослепить заплывший глаз. Они вытоптали поляну, взбили грязь подобно тележным колесам. За время схватки дождь успел пойти на убыль… «Удивительно! Долго держишься!» — одобрительно прозвенел голос Ричарда. Пот вперемежку с дождевой водой и собственной кровью лился с Ферро. Тяжело быть орком. Пусть даже на такой короткий срок. Клинок рыцаря метался кругом, как безумный, проникая то в край запястья, то царапая ребра. Не видел Ферро уже практически ничего за тем гипнотизирующим движением. Не заметил он и фигуру настоящего орка, вынырнувшего из дождя чуть поодаль от места для фехтования. Нахлынула слабость. Юноша рухнул на одно колено. И когда в глазах потемнело, и боль куда-то ушла, пришло спасение.

Грозное «Грррх!» его учителя и свист гиганского топора. «Откуда он здесь? Я что-ли умер?» — скользнуло в отбитом черепе Ферро. Кругом затряслась земля. Учитель Ху-Рарк атакует, понял раненный.

— Прекрасно! Просто превосходно! — донесся утробный голос рыцаря из-под шлема.

— Второй по силе после Рур-Ху-Гррху, червяк! — снова атаковал красный воин.

— Отлично! Тебя я не буду щадить, Орк! — засмеялся рыцарь металлическим, безжизненным смехом, закрутив клинком с удвоенной скоростью. Снова задул ветер. В разные стороны, влево и вправо, а потом сверху вниз, придавливая сражающихся к земле, словно бы Ричард умел управлять погодой и менять ее согласно настроению. Хотя как такое возможно?

— Гррррх! Не мешайся, или я и тебя размажу, червь! — зарычал Ферро своему учителю, не слыша себя, поднимаясь с земли. Он встал меж топором орка и мечом черного рыцаря.

— Да ты проснулся, Ху-Ферро…

— Гррх!

— Отдохни, большой брат, — орк отбросил юношу в мягкую болотную траву. Повадки свинопаса стали почти орочьими, но силы совсем не те.

Дальнейшего Ферро не помнил, окунувшись в сладкое небытие потерянного сознания. Кто знает сколько времени пробыл он там, но очнувшись увидел жуткое… Страшный удар, он не разрубил, он разорвал орочью грудь пополам вместе с грубо сработанной защитной пластиной. Торчали осколки ребер. Кишки наружу. Кусок легкого. Ху-Рарк придерживал внутренности рукой, чтобы не сползли с живота, ускорив неминуемую гибель. Юноша бросился к нему, отказываясь верить глазам. Великий учитель проиграть бой просто не мог. «Этот демон. Быстрый.» — бормочет орк, судорожно вздыхая — «Проблема нашего воина всегда была в скорости… Ху-Ферро…». Руки и ноги воина все изранены. Не хватает пальцев. Ухо рассечено. «…последний урок, червячок…» — напрягся орк — «Если меч врага слишком быстрый… Пусть вонзится. Дай ему войти. В ребра, там много твердого. Пусть застрянет… А как застрянет, так руби со всех сил».

Из горла Ху-Рарка с хлипом вышла кровь: «Но этот демон… Быстрый.

Отпрыгнул, да меч оставил. Сломал пополам его железку. А он ушел.

Черт знает, отчего камнем не добил». Ферро знал отчего. Без меча не фехтуют. Но грозный учитель умирал, и ничто не могло этого исправить. «Грр, червячок, оплата за твое обучение…» — прервался орк, булькнув кровью — «передашь Рур-Ху-Гррху: союз отменяется, пусть берут топоры и… идут войной против третьей стороны…Эти всех погубят… Возьмешь мой знак… Племя встретит тебя как брата». Он говорил что-то еще, но Ферро не помнил, тщетно стараясь стянуть края ужасающей раны. Орк говорил что-то про его меч. Что-то про деда. И про племя… Краем сознания он заметил, — очнулась леди Нелль.

Сверху лупил град. Леди испуганно поджалась в комочек. Брезгливо посматривая на болота вокруг, на лужи, на умирающего орка, и на него, свинопаса Ферро. Смотрела, как на любую другую грязь. Ферро старался до последнего, стягивал рану скользкими от крови руками. Пока орк не перестал дышать. Да и после этого еще пытался заткнуть раны содранной с себя одеждой, судорожно перевязывал Ху-Рарка, точно это могло снова запустить по кругу механизм могучего сердца. Свинопас снял с него знак, большой острый камень с именем рода.

Последнюю волю учителя нужно было выполнить, даже если придется отдать свою жизнь ради этого. Он встал, не замечая холода разразившейся бури, побрел к Нелль, будто пьяный. Из многочисленных ран на голой груди сочилась кровь, оцарапанный живот еле сдерживал вес кишок, но тяжесть собственных ран его совсем не волновала.

— Это животное. Ты его убил? Оно больше не опасно? — опасливо покосилась на тело орка благородная леди. Прекрасное облако вдруг перестало казаться Ферро прекрасным.

Просто обычная высокородная девка, вдруг понял он совершенно отчетливо.

— Это не животное. Это мой старший брат. Он отдал свою жизнь за наши.

— А-а…

— Пошли, — грубо поднял ее за локоть Ферро, — доведу до тракта.

Гррх! Там и разойдемся, человечишка.

— Экак вас оцарапало, Сир. И очки треснули.

— Переживу, Тигль. Они сидели у общего огня, обессиленно раздумывая над будущим.

Потери в отряде значительные — десять мертвых воинов оставили еще в сонной дубраве. На гуля Варравий поскупился черного масла, но свои были святой обязанностью, добрая могила для всякого легионера — костровище, дабы отправился он тонкой струей дыма сразу к солнцу, где пируют сами мастера. Ну и разумеется, чтобы не поднялся повторно к жизни, уже как чертовый гуль. Включая тяжело ранненых, в болотной когорте не насчитывалось и двух десятков. Тигль Римус с грустью вздыхал по этому поводу. Смерть была ему привычна, как утренняя холодная похлебка, его печаль была скорее связана с трудностью выполнения последующей тактической задачи. С таким-то отрядом прорваться к осажденному городу. Возможно ли?

— Неправильные гули пошли, мой Император. Из луков стрелять научились. Никогда не были они такими мозговитыми, Сир, говорю вам, если так дело пойдет, всякий нам понадобиться. Каждый меч на счету будет.

— Откуда же они пришли, Тигль? Такие умные?

— Чую, не они это умные… Раньше то были глупые, Сир… Бывало придет сотня-другая с темного севера, так ее же на подступах артиллерией, да черным огнем… А нонче, если верить разговорам, у Рейнгарда стоят тысячи. Тысячи, мой император! Да еще и ведет их кто-то, и стрельбе обучил. Эх, — запустил пальцы в бороду первый легат, — эдак скоро не мы по ним, они по нам из пушек лупить будут.