Далин Андреевич - Зеленая кровь

Она, наконец, шла с собакой. Рядом с ней – такой прекрасный пес, черно-рыжий, блестящий, с атласными настороженными ушами, с чуточку раскосыми глазами цвета темных вишен, с мокрым чутким носом, с ослепительной, совершенно кинематографической улыбкой. Все ведь должны им восхищаться, правда? Когда видишь такое живое совершенство, тянет ведь восхититься? Ведь удивительно, как он создан – такой красивый, умный и живой?

Почему же все шарахаются? Идешь, как прокаженный с бубенцом… Чего людям бояться? Ведь ни одна СБшная собака ни разу ни напала на прохожего. Ведь они защищают горожан от мертвяков, эти псы…

А один парень, случайный знакомец Лилии сказал – он не знал, что она работает в СБ: "Что бы вокруг не происходило, ни за что не стал бы инквизиторов вызывать. А вдруг я и есть мертвяк? Мертвяк же не чувствует, что он мертвяк, ему и так хорошо. И не стал бы я нарываться, ну их в задницу. Жить-то хочется…" Лилия тогда сказала: "Собаку заведи – и все. У тебя квартира большая, ей хорошо будет жить. И сразу будет ясно… и душе пес умереть не даст". А парень сказал: "Терпеть не могу собак. Твари вонючие". И Лилия больше с ним не встречается. И даже подумывает, не начать ли придерживаться аскезы.

Хотя с ее образом жизни так и так получается аскеза, как это не называй. Ведь те, с кем могло бы выйти что-то серьезное и душевное, были убежденными аскетами, а в остальных нет ровно никакого смысла. И времени нет. Да все это пустяки. В жизни начинается светлая полоса – у Лилии в кои-то веки хорошая работа. Проводник. Воин Добра с Путеводной Звездой и дивной собакой.

Уже все псы СБ знали ее, как свою. Хитрая, ласковая Весна. Пижон Сапфир, который никогда не подбирал еду с пола, никогда не ходил по грязи, и более всего любил мыться или купаться. Отважный рассудительный Рамон. Маленький Гарик. Матерщинник Данг, который независимо от Ипостаси умел показать, что имеет всех подсунувшихся и ногу задирать на все хотел. Деликатная Пурга. Талантливый разгильдяй Уран, любитель прятать на потом старые пованивающие кости… Их Лилия понимала отлично, с ними было легко и спокойно. И идти с Шагратом, не по делу, а так, гуляючи – большое везение.

Пес как раз внимательно изучал много раз меченый угол стеклянного павильона автобусной остановки, когда девичий голос радостно завопил неподалеку:

– Лилия! Правда, ты?!

Лилия оглянулась, а Шаграт сел и осклабился. Роза, старая подруга, которая за компанию с Лилией пошла в отвратительный экономический институт, перебежала улицу и подошла, чудный человек, невзирая на дурные предрассудки.

Лилия восхищенно заулыбалась и замахала рукой. Роза с тенью опаски покосилась на Шаграта:

– Не кусается?

– Ну что ты! – Лилия даже прыснула. – Лучший кадр, штатный телохранитель господина посредника, который с нами сотрудничает. У него ума на сотню телеведущих хватит и еще немало останется…

Роза посмотрела странно – и Лилия осеклась.

Роза очень хорошо выглядела, очень. Она всегда была хорошенькая, но сейчас в ней появилось нечто пушистое и глянцевое одновременно. И волосы, от природы светлые, приобрели роскошный дымчатый оттенок, и кожа казалась бархатистой, и ресницы мохнатились. А лилово-розовая куртка, и штаны со стразами, и сапожки, и сумочка… а запах… это что же за духи, "Масло дня"? Боже, целое состояние, а запах просто райский…

Жизнь Розы, наверное, за это время тоже изменилась к лучшему. И смотрела она на Лилию с состраданием:

– Какая ты бледненькая… Устаешь, да?

Лилия смутилась.

– Нет, просто у меня ночное дежурство было… Это так… – и вспомнила о собачьей шерсти на форменной юбке, и о неистребимом запахе псины, и о волосах, выбивающихся из-под берета, и о синяках под глазами. И машинально поправила локон, который лез в глаза. – Да я-то так, просто вкалываю… Ты расскажи, как ты…

– Пойдем куда-нибудь, посидим… ах, ты ж с псом… Ну, пойдем, тут есть одно место – столики еще с улицы не убрали. Пойдем, посидим, пивка выпьем, поговорим… Как мы давно не виделись, ужас! Ты мне телефон оставь обязательно, я соскучилась.

– Нет, я… то есть, пойдем. Телефон оставлю, конечно. Только я пиво не буду, я так и не научилась… я – кофе, ладно?

– Ой, да брось! Чуть-чуть…

Пошли по улице. Роза смотрела во все глаза, будто им не верила. Говорила:

– Знаешь, ребята были в таком шоке, когда ты пропала… Нет, твои, конечно, не сахар, ясно, что отчим лезет и все такое, но из дома убегать в чем есть, неизвестно куда… Знаешь, в группе говорили, что ты утопилась, глупость, правда? Эта идиотка Хризантема говорила. Говорила, что отчим тебя изнасиловал и прочую дичь – я на нее наорала как следует и с тех пор разговариваю только по делу…

Лилия вздохнула.

– Вообще-то, он, действительно, хотел, – вдруг хихикнула. – Я отбилась. Он на кухне полез, а я как дам раскаткой по лбу – у него такие глаза сделались… я думала – убила. Но он быстренько опомнился – и я сразу за дверь… Теперь смешно…

– Когда из Службы Безопасности бумага пришла, что ты теперь у них работаешь, все в шоке были. Даже хуже, чем в шоке. Ты не представляешь. Как ты додумалась вообще? Уму не постижимо!

– На самом деле все очень хорошо. Я теперь с собаками… видишь, какой дивный пес? А другие у нас! Знаешь, мне же всегда хотелось с животными работать.

– А как же твоя мать? Ты хоть ей звонишь?

– Звоню… Она почти не разговаривает. Только спрашивает, как я зарабатываю и хватает ли на жизнь. Она здорово изменилась.

– Ликвидаторов все боятся. Я просто тебя давно знаю – я не верю, что ты уже стала сумасшедшая… как эти психи в сериале…

– А мама меня знает недавно?

– Ну что ты! Она просто уже старенькая, у нее – нервы… А кстати, как ты зарабатываешь?

Лилия снова прыснула.

– По три денежки на день – куда хочешь, туда день! В том сериале психи богатые?

И Роза хихикнула:

– Не жалуются. На машинах ездят.

– А наши пешком бегают, только по работе – в служебных. Денег мало выделяют на псарню, мы ребят сами прикармливаем, все такое… да и оклад небольшой…

– И что тебя там держит? – Роза соболезнующее подняла брови. – Можно, знаешь, как устроиться! Вот я бросила институт, кончила курсы, теперь в элитном косметическом салоне, люкс, чаевые, премии… а работа по четыре часа в день, без всяких ночных дежурств. И за мной ухаживает один – ты не представляешь! Лимузин, квартира – как музей! Если замуж позовет, вообще работу брошу, буду целыми днями смотреть шоу и по магазинам ходить… о, пришли!

Лилия слушала и улыбалась. Роза принесла запах той самой простой жизни, которую охраняли ликвидаторы – и слушать было очень приятно. Радостно, что старая подруга счастлива, что ей весело и легко жить. Радостно, что она подошла разговаривать. Здорово, что у нее шикарный ухажер, и что она может скоро выйти замуж.