Вячеслав Грацкий - Заговор Древних

— Ладно. Может оно и к лучшему. Стало быть, не придется мне тебя прельщать, очаровывать, соблазнять…

— Ты, вообще, кто, парень? — небрежно спросила Виста.

— А ты либо не знаешь ничего обо мне? — незнакомец удивился и с неким удовлетворением добавил. — Значит, все-таки придется прельщать, очаровывать и соблазнять!

— Ну уж нет! — замотала девушка головой. — Не трать свои силы! Просто ответь на мой вопрос. Я не здешняя, местную нечисть не очень хорошо знаю.

Незнакомец окинул ее изучающим взглядом.

— Нечисть, стало быть? — задумчиво произнес он, а затем махнул рукой и улыбнулся. — Ну да ладно, нечисть так нечисть. А кличут меня по-разному. Но в здешних местах отзываюсь на имя Змиулан.

— Змиулан, — повторила Виста, усиленно роясь в памяти и вспоминая все, что рассказывала об этом существе мать, а когда вспомнила, широко улыбнулась. — Прелестник, Огненный Змей, это все ты, что ли? Красавец-мужчина в полном расцвете сил?

— Какой уж есть, — Змиулан скромно потупил глаза. — Как говорится, ни отнять, ни прибавить!

— Так чего же ты хочешь от меня? — ляпнула Виста и поспешно поправилась. — Впрочем, дурацкий вопрос. И так понятно чего… Но должна тебя разочаровать, любезный друг, ничего у тебя со мной не выйдет.

И она улыбнулась ему на самом пределе своего обаяния.

— Не торопись, красавица! — Змиулан ответил ей не менее очаровательной улыбкой. — Конечно, ты не простая селянка, готовая задрать подол за пару ласковых слов. Ты — ведьма, и страсть для тебя не цель, но лишь средство, не так ли? Поэтому, помимо удовольствия, ты можешь получить от меня кое-что еще…

— Например? — сощурилась девушка.

— Разумный вопрос! Но прежде, чем я отвечу на него, ответь сначала на мой, только честно, — Змиулан взъерошил свои роскошные золотые кудри. — Разве я противен тебе?

Виста усмехнулась, отрицательно качнула головой.

— Твоя внешность безукоризненна, спору нет, впечатление произвести ты умеешь, но ведь это лишь одна из твоих форм!

— Ну и что? — горячо возразил он. — Ведь каждый видит во мне то, что хочет увидеть, то, что ожидает увидеть, наконец, то, чего заслуживает! Разве это плохо, воплощать человеческие мечты в плоть и кровь? А ты, как человек ищущий, получишь еще и знания!

— Какие именно знания ты мне предлагаешь? — взгляд Висты затвердел.

— Любые, какие пожелаешь, — Змиулан пожал плечами. — В пределах, конечно, моих возможностей. Но, заверяю тебя, они у меня немалые. Во всяком случае, заметно выше, чем у всех окрестных колдунов!

— И ведьмаков? — быстро спросила Виста.

— И ведьмаков, — спокойно подтвердил Змиулан. — А что, у тебя есть интерес к кому-либо из них?

— Может быть, — холодно ответила Виста. — Но скажи мне честно, а что ты вообще можешь сделать?

Змиулан довольно улыбнулся, обнажив ослепительно белые зубы.

— Для такой очаровательной ведьмочки, как ты — очень и очень многое, — доверительным голосом сообщил он ей.

— Ты можешь убить? — резко спросила Виста.

— Нет, что ты, я не убийца! — Змиулан недовольно сморщился. — Для этого тебе лучше вызвать какого-нибудь вурдалака!

— Понятное дело, — разочарованно поджала губы Виста. — Так я и думала! Как и все мужчины — одни обещания и ничего больше!

— Что еще за глупости, — воскликнул Змиулан, — Сейчас ты говоришь, как селянка. Ты должна знать, что у всех свои возможности и свои ограничения. Я не могу убивать, я не могу воскрешать мертвых…

— Ты прямо как джинн, — заметила насмешливо Виста.

— Джинн? — нахмурился Змиулан. — Это который на юге? Да, я кое-что слышал об этих существах! И, пожалуй, ты права, у нас есть нечто общее.

— Пожалуй, — согласилась Виста. — Только джинны исполняют три желания, а у тебя — только одно.

— У меня не одно, — слащаво улыбнулся Змиулан. — У меня — целых два! Первое — это твое плотское, а второе…

— Какое такое плотское? — возмущенно перебила его Виста. — Ты не будишь у меня никаких чувств!

— Ой ли, девонька?! — усмехнулся он.

— Ну, разве что чуть-чуть, самую малость… — улыбнулась девушка. — Как к любимому брату!

— Эх, тяжело с вами, ведьмами, — Змиулан неожиданно сник. — Какие вы все бесчувственные, расчетливые… Никакой романтики, то ли дело с обычными бабами!

Он мечтательно закатил глаза.

— Так чего ж ты тогда сюда заявился, дружок!

— Понравилась ты мне, дева… — Змиулан сделал такие серьезные глаза, что Виста невольно расхохоталась.

— Ну, а найти кого-нибудь и доставить к нему ты можешь? — деловито спросила девушка.

— Конечно-конечно! Это запросто! — он снова расцветал, вовсю распространяя вокруг себя нечеловеческое обаяние. — Хоть прямо сейчас!

— Нет! Сейчас не надо! Я сначала обдумаю твое предложение.

— Я и не тороплю! — он передал ей маленькое перышко. — Возьми это. Когда надумаешь, подбрось его в воздух и призови меня!

Змиулан счастливо рассмеялся и исчез, рассыпавшись искрами, от которых тотчас же вспыхнула приготовленная для костра горка хвороста.

— Вот стервец, — улыбнулась девушка. — Умеет же делать бабам приятное!

Костер взялся как нельзя кстати, потому что в следующий миг кусты вновь затрещали и на поляну ввалился Мстислав, сжимая в руке двух жирных глухарей. Он хмуро огляделся и Виста едва не расхохоталась, заметив, как точно он повторял повадки Змиулана, или точнее, как Змиулан точно повторял повадки витязя. Она даже раскашлялась, чтобы он не заметил рвущегося из нее смеха, и уткнулась взглядом в землю. И потому не видела, как округлились его глаза, когда он увидел в траве еще двух глухарей. Он бросил какой-то странный взгляд на девушку, в котором мешалось удивление пополам с уважением, но ничего не сказал.

После отъезда из Киева они вообще мало разговаривали. Виста догадывалась о чувствах, переполнявших витязя. События в той злосчастной роще, похоже, оставили неизгладимый след в его простой душе воина, привыкшей видеть мир лишь в черно-белых цветах. Она не спешила с восстановлением отношений, надеясь на Мстислава, однако со временем пришло понимание, что витязь скорее удавится, чем сделает первый шаг к примирению.

Все также молча они приготовили ужин, поели. Затем Мстислав вытащил оселок и точильный камень, достал Лунный меч, и стал внимательно разглядывать клинок. Кромка лезвия была безукоризненно ровна, без единой щербинки или зазубрины. Ни разу в жизни Мстиславу не приходилось видеть такого ровного лезвия. Но едва он решил потрогать его пальцем, как его остановил резкий крик девушки.