Крышталев Владимир - Возвращение чудес

И я надеялся на лучшее. Дело в том, что примеры психической блокировки определенных функций известны человечеству уже не одно столетие. Бывает, после какого-то сильного переживания человек начинает заикаться, а спустя многие годы опытный врач снимает блокировку, и речь вновь становится ровной. Также, если мне не изменяет память, описывались реальные случаи, когда люди в результате психической травмы переставали ходить, проводили долгое время в инвалидном кресле, а потом снова-таки излечивались.

Но теряли ли их ноги чувствительность? И становилось ли им со временем хуже?

Ну, если бы возле меня посадили такую няньку, то мне, несмотря на всё мое здоровье, сделалось бы плохо.

Жаль, что я не могу воспользоваться помощью какой-нибудь больницы галактического уровня. Там лечат почти всё…

Что же будет ключом к снятию блокировки - если мои предположения верны? Девочка рассказала о казни. Она сопротивлялась самой себе, не хотела говорить, это правда. Но она помнила. Если бы это было ключом, то Луиза, постоянно вертевшая его в руках, давно открыла бы замок.

Что еще произошло два года назад? О чем юная принцесса не упомянула?

Наша беседа, однако, длилась уже слишком долго. Не нужно торопиться, сказал я себе. Девочка устала, даже если она этого не чувствует. Попробуем в следующий раз.

Едва я начал подводить разговор к завершению, Луиза спросила:

- Вы сможете меня вылечить, доктор?

- Ты хочешь, чтобы я тебя вылечил?

Мой встречный вопрос прозвучал с нужными акцентами.

- Я знаю, - поправилась девочка, серьезно кивнув, - я помню, о чем мы говорили вначале. Мы можем прогнать болезнь только вместе. Но я буду вам помогать, я обещаю. Только… когда мы начнем?

- Наверное, мы уже начали, - ответил я. - Лечение бывает разным. Это трудно объяснить, но порой разговор помогает лучше, чем всякие травы. Если мы с тобой обнаружим, что требуется сделать какой-нибудь компресс, или еще что-нибудь, мы это обязательно сделаем. Однако я видел совершенно чудесные случаи исцеления. Люди становились здоровыми, просто поговорив с лекарем.

- Чудес на свете не бывает, - заметила девочка твердо. - Так говорит мой отец.

Я кивнул:

- И ты чувствуешь, что он прав. Ведь твой отец сильный и мудрый.

- Да. Он знает, что говорит.

- Ну, спорить не буду, - улыбнулся я. - Твоего отца я почти не знаю. А в таких исцелениях на самом деле не больше чудесного, чем в других вещах, которые нас окружают. Если захочешь, я как-нибудь расскажу тебе об этом побольше. Очень увлекательно.

- Значит, мы уже начали лечение? - переспросила Луиза.

Огоньки в ее глазах сейчас горели намного ярче.

- Прислушайся к себе, - предложил я. - Только ты можешь сказать, принесла наша беседа какую-нибудь пользу, или нет.

Девочка сомкнула веки. На некоторое время она как будто даже перестала дышать. Потом сообщила:

- Мне лучше. Я чувствую себя сильнее. Мне даже хочется смеяться, - она сдержанно хихикнула, словно в подтверждение. - А вы знали, что так будет?

Я неопределенно пожал плечами, сохраняя улыбку.

- Но, - принцесса вновь стала серьезной, - я понимаю, что нужно много времени. Наверное, я еще долго буду вот так… лежать, да?

Бедная девочка. Сколько раз она уже начинала верить в выздоровление, и всегда требовалось ждать! Вся ее жизнь превратилась в ожидание.

Однако, если только существует хоть малейшая возможность, я вылечу этого ребенка!

- Ну почему же, - сказал я вслух. - Твой недуг пришел сразу, верно? Так же сразу он способен и уйти. Может, нам с тобой потребуется некоторое время, но это совсем не обязательно.

Глаза Луизы широко распахнулись:

- Правда?

- А ты как думаешь?

Принцесса своей тоненькой ручкой поправила одеяло.

- Я… я вам верю.

Распрощавшись со своей маленькой пациенткой, я вышел из комнаты. Наверное, здесь предстояла долгая работа, но если я прав, то начало положено.

Под дверью меня уже ожидала целая делегация. Здесь были несколько слуг, нянька, король, Жерар и еще одна женщина, которую я сразу определил как королеву.

- Что? - немедленно спросил Виктор.

Остальные тоже изучали меня во все глаза. Если бы я что-то жевал, то непременно подавился бы.

- Настоятельно советую вам сменить няньку, - произнес я. - И прекратить осыпать свою дочь запретами.

- Вы сказали, - голос короля звучал как-то напряженно, - что можете вылечить Луизу. Это правда?

- Да, я так сказал. И я могу вылечить юную принцессу. Но я ничего не гарантирую, если вы не будете соблюдать все мои требования относительно гигиены и обращения других людей с вашей дочерью.

- Что это значит?

- В первую очередь это значит, что вы должны сменить няньку. И отправить назад доктора Викониуса. Его помощь ни мне, ни принцессе не понадобится.

Почти физически я ощутил сомнения короля. Заявление насчет имперского доктора его озадачило.

- Я войду к ней, - сказала королева, словно спрашивая у меня разрешения.

Чуть улыбнувшись, я кивнул, и женщина скрылась за дверью. Вот ведь как бывает: и королями можно командовать!

- С Викониусом мы можем подождать, - наконец, после некоторой паузы начал Виктор, но тут дверь снова распахнулась.

- Доктор, посмотрите! - воскликнула королева, и в ее голосе мне почудился то ли испуг, то ли радость. А может, всё вместе. - Она сидит!

13 глава.

Новая надежда на выздоровление принцессы взбудоражила весь двор. Королевская резиденция загудела. Новость обсуждали все - от графов и князей до простых слуг. Я поневоле сделался героем дня. Повсюду судачили о "знахаре Азаре", мне смотрели вслед, кто-то строил предположения по поводу моих предков и учителей. Непонятно как всплыла версия, рассказанная мной Этвику: будто я - наследственный дворянин, отказавшийся от меча ради того, чтобы приносить людям здоровье. Краем уха я постоянно улавливал обрывки фраз, произнесенных на мой счет. Что-то вроде: "Вот он!" - шепотом среди слуг.

Собственно, ничего особенного не произошло. Вот если бы Луиза начала ходить, или хотя бы вновь почувствовала свои ноги - тогда другое дело. А так она всего лишь освободилась на некоторое время от угнетавших ее эмоций, выговорилась и, естественно, ощутила душевный подъем. Этот подъем позволил девочке совершить давно забытое - просто самостоятельно сесть в кровати, - но не более.

Однако в глазах окружающих и это выглядело чудом. Выходя из комнаты, королева плакала от счастья.

Прошло несколько дней. Я понемногу привыкал к столице и тому, что моя скромная персона оказалась в центре внимания. К дворцу потекли толпы горожан, желающих лечиться у "известного знахаря", но стража поворачивала их назад. Сперва даже без моего ведома. Затем я узнал, в чем дело, и дал свое благословение: ни один человек в мире физически не способен уделить внимание каждому из просителей. Их были буквально тысячи.