Александр Никатор - Херег-меченосец

Капитана Конрада услышанное огорчило, что сразу отразилось на его загорелом лице в виде кислой мины: " Да, простите-продолжайте брат иовит…»

— Планируется приход нескольких каравелл и пары каракк-может более: новых типов судов, что мы стали применять относительно недавно, в основном-из за «Новых Земель»…,-иовит замолк и многозначительно посмотрел на капитана меченосцев и обвёл взглядом его свиту, как бы показывая, что пока те» махали мечами», иовиты-делали открытия огромной важности.

Хелег про себя рассмеялся: «Видимо «Новые Земли», секрет — не самый большой, раз о нём и Манфред знает и иовит сразу «треплется», ладно, послушаем…»

— Обучение меченосцев, будут проводится с нашими инструкторами по абордажной подготовке и на речных судах, так сказать-«в миниатюре». Во время похода, наши подразделения и отряды меченосцев будут разделены-так будет проще ими управлять, — лейтенант явно не хотел говорить о том, что «абордажники» иовитов совершенно не желали воевать вместе с новичками в морских боях, меченосцами, небезосновательно боясь что последние, своим полным неумением в морских баталиях и сами сгинут и иовитов «на тот свет» затянут.

Наконец экскурсия иовита подошла к концу и командир Конрад всё же отправил Хелега в лазарет-за сумками для санитаров. Тут же выяснилось, что госпитальеры будут лишь на пяти крупнейших судах, а остальным меченосцам придётся ограничиваться санитарами с наплечными сумками. По крайней мере именно так было сообщено командиру «маршевого отряда», перед началом обучения на судах.

В лазарете иовитов, что меченосец вчера уже посещал-теперь было шумно: местных раненных или больных — перевели в больший лазарет, на другом берегу и теперь персонал мог вдоволь наговориться: как промеж собой, так и с заскакивавшими сюда сержантами, рыцарями и санитарами, ордена меченосцев.

Получив двенадцать довольно тяжёлых сумок и отправив их с сержантами своего ордена к интенданту, Хелег решил остаться и присев в уголке, стал слушать байки, что постоянно «травили» лекари госпитальеры и санитары иовитов, наконец им и это надоело и после короткого спора о пиратских командах-начались рассказы, кто о ком из известных морских разбойников слышал и кем, что несказанно удивило меченосца-восхищался: «Вот, к примеру — Олаф, что кличет себя «конунгом Данов». Он то ходит на лёгких судах, вроде «рейзеканнов», только больше и с большими экипажами, говорят-это точные копии судов викингов, что всех грабили несколько веков назад. Там нет, как у нас на кораблях: отдельно гребцов, матросов, абордажников-все едины! Каждый обязан сменить товарищей на вёслах, уметь ставить и убирать парус и ходить на абордаж по команде старшего корабля. Грабят всех! Для них всё едино: купец, знатец какой из дворян, орденское судно или чьей короны…всех хватают! А уж далее-кому как повезёт! Кого могут и к себе взять в команду, но чаще-продают на рудники и шахты что держат норвеи и шведы на севере, а уж оттуда скорее сдохнешь, чем убежишь! У Олафа отличные бойцы собраны, готовые, для лёгкости манёвра в тесноте корабельного боя, вместо кольчуг-лишь шкуры использовать звериные, зато как топорами и молотами машут-жуть! Правда почти не владеют арбалетами, разве что луками и то плохо, а вот метательные топорики, ножи, дротики-у них в почёте. Хотя с тем как сейчас «одевают» абордажные команды и стражу кораблей, думаю скоро они плюнут на все свои «металки» и всё же займутся стрельбой…»

— Да…да ведь и адмирал Гизерих, глава» альбатросов», тоже не промах! И никто и подумать не мог, что-бы бывший капитан ганзейского союза, такой верный идеям купцов и корабельного фрахта, да взял-и организовал свою «пиратскую кумпанию» и что особо смешно: можно сказать, что за счёт самой же Ганзы! Получил деньги на постройку трёх боевых коггов на верфях Амстердама, а сам, пока шла подготовка к отплытию в Гамбург, сговорился со знакомцами из Фризии что промышляли разбоем и остановившись у намеченной стоянки, за ночь-перебил всех «несогласных» на своих новеньких кораблях, потом пополнил суда местными каперами и отправился на перехват караванов Ганзы. В первый же месяц захватил пять караванов, в том числе три, что были с поддержкой судов «иовитов», а потом-сбежал, говорят к шотландцам, где купил замок, а иные твердят что к норвеям-где среди фьордов дожидается хороших новостей от своих соглядатаев которых у него много «прикормлено», по всем землям Ганзы, где он ранее плавал их капитаном. Его отряд-примерно две сотни северогерманских наёмников, но не кнехты-нет! Бывшие разбойники, сержанты орденов, дворяне и конечно «дети кораблей»-кого он сам знал и вызывал лично к себе.»

Тут в разговор встрял ещё один спорщик и стал, быстро произнося слова, доказывать «свою истину»: «Ангелы правды»-вот кто настоящие герои! И неча на меня шикать-ясно? У них, как мне рассказывали-все имеют условно равные доли, а вещи от добытых судов-разыгрываются в лотерею, монеты же, поровну на всех: от капитана или шкипера-до стрелка из арбалета или гребца! Вот это и можно назвать-«Жить по правде!»

— Да-да-да…ты об их «испытаниях» для пленных слышал или подзабыл? Будешь захвачен ими, не забудь прокричать: что в «восторге от ихних правил!» — Перед мучительной смертью, авось полегчает…» Раздался громовой хохот. Сторонник «ангелов правды» заерепенившись вновь начал горячо всех убеждать в правоте данной группировки пиратов: «Да, несколько перегибают-зато их «испытания равны для всех! Ставят котелки с водой на огонь и кидают в них кольца, а потом предлагают пленникам их достать руками: кто первый вытащит-на того Господь указал, придав ему силу! Победителя садят в пустую лодку, без вёсел и отпускают-раз на его стороне Бог, то зачем ему пища и приспособления для гребли?! — Его должна «воля Божья» вывести…а если нет-значит случай помог, не более.»

— Точно! Всё «по-честному»! Особенно для тех бедолаг, что с обожёнными руками с которых кожа слазит-сидят несколько суток с скорлупке посреди моря, в ожидании «своей судьбы»! О тех, кому сразу после «испытания»-горло перережут и говорить не стоит…повезло. Отмучались!

Наступила пауза и Хелегу стало видно, как после упоминания о последних пиратах, лица почти всех помрачнели, лишь их «нервный» сторонник продолжал бубнить о «честности» и том, что «условия для всех-равны!», но его особо и не слушали.

Теперь слово взял толстенный санитар, которого меченосец, про себя, за телосложение и рост окрестил-«санитарище». Он, несколько писклявым голосом, который портил впечатление от его телесной мощи, продолжил разговор: «фон Румпфенн, барон-сумевший за некую сумму, что хоть и отрицают все наши рыцари, но суть правда-влиться в наш славный орден «иовитов» и чего греха таить, был близок к тому что-бы «увести» в пираты целую орденскую флотилию, что отправлялась в поход против норвейских конунгов и их побратимов, рудных баронов. Ему, если кто подзабыл-почти удалось из четырнадцати кораблей-захватить одиннадцать и если бы не глупость, с ненужными убийствами нескольких уважаемых рыцарей и капитанов, как раз после чего команды этих судов и повышвыривали «доверенных» фон Румпфенна, с пробитыми головами в воду и вновь стали под стяги нашего ордена, то он перенял бы под себя всю флотилию. Однако, два «боевых когга» и три «прама»-перешли в его эскадру и теперь довольно «весело» грабят балтийских негоциантов и небольшие приморские городки, а скрываются в Швеции и Шотландии, где родные сёстры фон Румпфенна замужем за местных знатных вельмож. Хочу также напомнить, что и пополняет свои команды барон-именно «нашими» бывшими братьями, что в погоне за наживой и вольницей, невозможной при орденских уставах-бегут к нему как на простых лодках, так и захватив орденские же суда и теперь его флот, вдвое больше от первоначального, вот.»