Гордон Диксон - Святой дракон и Джордж. Никто, кроме человека

Он обернулся к Джиму и рыцарю.

— Поднимайтесь! — скомандовал маг. — Солнце взошло полтора часа назад. Мы сильны, только когда восходит солнце! И наши шансы предпочтительней до полудня.

— Почему ты не разбудил нас раньше? — спросил Джим, вслед за Брайеном поднимаясь на ноги.

— Надо было дождаться, пока нас догонят.

— Кто? — спросил Джим. — Кто должен догнать нас?

— Если бы я знал точно, — покусывая бороду, отозвался Каролинус, — то обязательно сказал бы, кто именно. Но мне известно только, что четверо присоединятся к нам утром… А вот и они!

Он смотрел через плечо Джима, и тот, обернувшись, увидел приближающихся Дэффида и Даниель, за которыми шли два дракона.

— А вот и лучник! — С искренней радостью воскликнул Брайен, как только валлиец подошел к нему. — И Даниель! Доброе утро!

— Утро, оно и есть утро. Но не знаю, доброе оно или нет, — сказал Дэффид, оглядываясь вокруг. — А где же волк, сэр Рыцарь?

Лицо Невилл-Смита омрачилось.

— Ты не видел его? — спросил Джим. — Вы должны были проходить мимо. Нас окружила стая сандмирков во главе с исполинской самкой. И Арагх остался сражаться с чудовищем.

— Вы оставили его одного? — вскричала Даниель.

— Волк настоял, — хмуро ответил Брайен. — Мы бы его не бросили!

— Мы не видели ни волка, ни сандмирков, ни следов сражения, — сказал Дэффид.

Джим стоял молча. Слова лучника прозвучали как удар ниже пояса, хотя вчера он смирился с фактом, что никогда, возможно, не увидит волка в живых.

— Несмотря на все его просьбы и требования, вы не должны были оставлять волка наедине… — начала Даниель, но Каролинус перебил ее.

— Даниель!

Она повернулась к Каролинусу.

— Маг! — воскликнула она. — Ты здесь? Тебе было сто лет, когда я была девчонкой! Ты напрасно ввязался!

— Я там, где должен быть, — заявил Каролинус. — Как был на своем месте волк, так сейчас на своем месте сэр Джеймс и сэр Брайен. Не обвиняй их. Задача Арагха состояла в том, чтобы остаться и сражаться в одиночку, дав возможность дракону и рыцарю прийти сюда в определенное время. Это все, что я намерен сказать!

Старик не спускал глаз с Даниель. Взгляд девушки стал печальным, и она отвернулась.

— Я разыщу волка, — сказал Джим, наполовину себе. — Как только все закончится, я непременно разыщу Арагха.

— Вероятно, — сухо сказал Каролинус. Он еще раз взглянул мимо Джима. — Доброе утро, драконы!

— Секох! — воскликнул Брайен. — И… кто это?

— Смргол, джордж! — гневно рявкнул старый дракон.

Он шел, хромая, опираясь левым крылом на спину водяного дракона. Левое веко было почти полностью закрыто. — Обожди, дай отдышусь! Годы не те, одышка замучила. Но через минуту я приду в себя. Смотрите, кого я привел!

— Не слишком я и рвался… — заикаясь оправдывался Секох. — Но у его превосхо… У вашего дядюшки врожденный талант к убеждению.

— Правильно! — прогремел Смргол, успевший, очевидно, немного прийти в себя за то время, пока говорил водяной дракон. — И не смей ни к кому обращаться «ваше превосходительство». Это придурь да блажь! — Затем, повернувшись к Джиму, он пробормотал: — Паренек, сказал я ему, перестань нести чушь, будто ты обыкновенный водяной дракон! Не равняйся на трусов, ты — другой. В каком мире мы жили бы, если бы все заговорили только так? — Смргол попытался изобразить высокий голос Секоха, но все что ему удалось, это поднять свой голос на пол-октавы: — Я никчемный травяной дракон, которого боятся одни лягушки. Простите великодушно, но маленькому тщедушному дракону не до великих битв… «Парень! — закричал я. — Ты — дракон! Запомни раз и навсегда! Дракон ведет себя, как дракон, или он становится червяком!»

— Золотые слова, — провозгласил Брайен.

— Слышал, паренек? — спросил у Секоха старый дракон. — Даже джорджи понимают жизненные ценности.

Он повернулся к рыцарю.

— Мы незнакомы, джордж.

— Брайен Невилл-Смит, — представился тот. — Рыцарь-одиночка.

— Смргол. Дракон, — отрапортовал дядюшка Горбаша, — Он одобрительно осмотрел доспехи и оружие Невилл-Смита. — Отличное снаряжение! Бьюсь об заклад, что в пешем бою ты пользуешься щитом несколько выше обычного.

— Да. Но как ты узнал?

— По блестящей полосе. Удерживая щит, твоя рука трется о доспехи. Высоко поднятый щит — прекрасный тактический маневр против джорджа, но не советую испробовать его на мне. Я просовываю хвост между твоих ног, и через секунду ты будешь опрокинут на землю.

— Да? — речь Смргола явно произвела впечатление на Брайена. — Я ценю и запоминаю мудрые советы. Благодарю! Но не придется ли туго прежде всего самому дракону, с кем мне выпадет сразиться?

— Вот что я скажу, — Смргол прокашлялся и продолжал. — Извини, некоторое время назад я пришел к убеждению, что драконам и джорджам пора прекратить распри. Мы во многом похожи…

— Если ты не возражаешь, Смргол, — язвительно вмещался Каролинус, — прекратим дискуссию. Времени на болтовню у нас нет, а полдень наступит через…

Крик Даниель в свою очередь прервал волшебника. Все обернулись и увидели, как она помчалась по дороге. Навстречу им, хромая, медленно шел на трех лапах Арагх.

Добежав до волка, Даниель села на колени и обняла его. Арагх раскрыл пасть и длинным языком лизнул левое ухо девушки. Через мгновение он высвободился из ее объятий и пошел к Соратникам, отвергнув все попытки Даниель уложить его на землю и обследовать сломанную лапу. И только присоединившись к отряду, он позволил осмотреть себя.

— Зачем ты пришел? — увещевала девушка.

— Пытаешься не влезать в передряги, так ничего не выходит, — сказал Арагх и злобно оскалился.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я говорила! — вспыхнула Даниель. — Нельзя передвигаться со сломанной лапой.

— А что оставалось делать? — прорычал волк, — Я убил самку, но ее детеныши окружили нас. Они жаждут добраться до мяса — после того, как Башня разделается с вами. Им надо много мяса, чтобы откормить новую самку. Никто не справится с сандмирками лучше, чем я. Пока я с вами, они побоятся приблизиться.

— Мы посчитали тебя мертвым, — мрачно сообщил Брайен.

— Мертвым, сэр рыцарь? — Арагх посмотрел на рыцаря. — Английский волк считается мертвым, только когда его кости побелеют на солнце!

— Довольно болтать! — приказал Каролинус. — Время идет, а с его ходом изменяются Случай и История. Полдень наступит через… Когда наступит полдень?

— Четыре часа, тридцать семь минут, двенадцать секунд, на втором ударе гонга, — ответил невидимый голос, который Джим уже слышал у Звенящей Воды. Наступила пауза и раздался мягкий перезвон. — На втором перезвоне, — поправился голос.