Дмитрий Чвилев - Королевство

Закончив чавкать, Блад пояснил:

— Если быть точным, то это целый куст. В нужный момент он раскрывает свои ветви, листьями нашинковывая врага на части. Ты, кстати, мог бы и успеть это увидеть, у тебя скоростное восприятие хорошее. Иначе бы ты нас попросту не спас тогда, у эльфов.

— А я себя не очень хорошо чувствую. — поморщился я. — Животик побаливает.

— Ну извините. — фыркнул Каин. — Потерпишь. Защита от ядов важнее.

Толпа, по цепочке пересказывая задним рядам о случившимся постепенно начинала испуганно гомонить.

Подошедший к краю Ирван вниз благоразумно глядеть не стал, предпочитая наблюдать за людьми.

— Бразильская волна, сир. Кажется, зрелище нам удалось. Осталось лишь добить их хлебом.

Ничего не осталось, кроме как вздохнуть и распорядиться принести сюда мой багаж.

— Говорю тебе, это чистейшая порода, которая чуть ли не за неделю ростки даст! — упрямо гнул я свою линию я.

— Да быть того не может! — возмутился староста, потрясая белоснежной бородой. — Чтобы какие-то семена такой большой урожай дали? Да таких размеров, да расцветок, как ты хвастаешь? В жизни не поверю!

— Картинку видишь? Вот точно такое же и вырастет. — я перевел дух, устав убеждать упрямца.

После того, как король великодушно "простил" всех, да показал зрелище, наступило время хлеба. В качестве угощения предусмотрительный Ирван выкатил пару бочек вина, да телегу с выпечкой, удобряя почву для моего дальнейшего выступления. Стандарт.

Дальше настало время дарить подарки. С собой из замка я привез три чемодана, доверху забитых пакетиками с разнообразными семенами из моего мира. Благо, стоили они копейки, да места много не занимали.

Пришлось, правда, посоветовавшись с Ирваном, устроить небольшой экзамен на профпригодность — по его словам, не все старосты разбирались в посевном вопросе, да агрономии, и лучше было подарить семена тем, кто их действительно пустит в дело.

Старост чуть ли не хватил удар, когда им было обещано, что на грядках взойдут точно такие же чудеса, как на картинке пакетика. С обычными сортами все прошло более-менее гладко, спасибо Ирвану за помощь.

Как оказалось, работая у Османа, он заведовал еще и пищевым хозяйством, а поэтому в урожае да посеве разбирался не хуже самих крестьян. Пользуясь его подсказками, я быстро втолковал селянам назначение основных видов семян, вернее, того, что из них должно вырасти. Как оказалось, в этом мире было на удивление много аналогов наших овощей и фруктов, они лишь назывались по-другому, да иногда выглядели слегка иначе.

Основные споры разгорелись тогда, когда я вкратце рассказал о сроках всхода, да о количестве урожая. На меня тут же обрушился град сомневающихся вопросов, да недоверчивых выкриков. Старосты и старейшины попросту отказывались верить в такие неслыханные для них цифры. Играло роль еще и то, что шутки ради, помимо основных питательных сортов вроде моркови-огурцов, я заодно прикупил тучу "веселых" семян, вроде разноцветной капусты, да желтых помидоров.

На такие нестандартные продукты, естественно, местных аналогов не нашлось.

— Да на, прочти, что здесь написано! — не выдержал я, тыкая пакетик с семенами укропа под нос старосте третьего круга. — Черным по белому сказано тебе: в пределах 40–60 ночей взойдет, а потом всю грядку заполонит еще! Что непонятного то?!

— Ты, король, мне этот бесовской пакетик то не тыкай! — отмахнулся престарелый старейшина. — И язык на нем демонский, вона, ровный какой, да четкий, мне неизвестный. Нету у нас на земле языка такого, знаю я! Пока молодой был — путешествовал много, мир повидал.

— Даже у эльфов такого не видано, чтобы из обычных семян — такой урожай большой! — выкрикнул стоящий рядом староста.

Крестьяне, поначалу кланяясь через каждое слово, да иначе как сирдаром великим не называя, постепенно раздухарились. Недоверие и изумление от волшебных семян, сулящих немыслимые урожаи, да невиданные плоды, пересилило страх перед новоявленным королем.

В ходе спора теперь кроме как на "ты" меня и не называли, тем более, что разговор инициировал я первый — подошел, беседу про посадки завел, подарки начал дарить. Без заносчивости, не кичась своим положением.

— А вот тут вы кстати правы. — властным жестом руки оборвав поток недоверия, задумался я. — Языка вы такого не знаете и знать не можете. Что ж, значит я ввожу новый государственный язык, помимо всеобщего, и обязую каждого его изучить. В обязательно-принудительном порядке.

— Как каждого? — ахнули из толпы. — И баб?

— И баб! — твердо настоял я. — Они — хранительницы очага. Пока вы в поле — пусть сами учатся, да детей учат и воспитывают.

— Ааа…Ну коли детей… — одобрительно загомонил народ.

— И так дома сидят!

— Пусть дела-то отложат свои.

— Хотя зачем это надо…

Видать, какое-то самолюбие у крестьян все еще осталось — не до конца их Осман затюкал. Селяне явно были не прочь выучить неизвестный никому язык, да похвастаться этим перед жителями соседних деревень. Пусть даже весь их словарный запас на этом языке и составил бы пару слов.

— Так, тихо. С обучением разберемся еще. А до тех пор…Сажайте то, что выдано вам. Через пару месяцев посмотрим — прав был король или он дурак. Коли прав — тогда вы все его указания будете выполнять. И детей в школу пошлете.

— В школу?

— Учебное заведение. Причем пошлете не только мальчиков, но и девочек. Грамоту разуметь.

По толпе пронесся возмущенный гул.

— Баб еще ладно, но девок не трожь! — возмущенно раздалось из задних рядов. — Где это видано, чтобы вертихвосток грамоте учить. Пусть дома сидят, да матери помогают.

Народ одобрительно загомонил, явно соглашаясь с крикуном.

— Тихо, я сказал! Ша! Да уймитесь же вы наконец!

Дождавшись тишины, я продолжил:

— А вот давайте пари заключим. Коли взойдут плоды дивные — так король прав, и слушаться меня будете во всем. Даже с обучением грамоте. — твердо отрубил я. — А коли не взойдут — так каждой деревне по кувшину серебра отсыплю, в качестве извинения.

Толпа изумленно ахнула. Весомый довод.

— Только, чур, не мухлевать. Как вы за сегодня поняли, я — король честный. Так будьте и вы честными со мной. Наступает время перемен, и отсидеться по своим хатам будет уже невозможно. Слишком долго вы затворничали, да под гнетом тиранов ходили. Пора подняться с колен!

— Броневика не хватает. — хихикнул Каин. — Прям как Ленин. Еще немного — и можно строить коммунизм.

Народ согласно загудел, заверяя, что мол, не боись, сирдар — все честно будет.