Анна Тьма - Белое Пламя

Старый магистр, не тревожа молодых людей, позавтракал в обществе Карины, в которой нашел великолепного собеседника. Дождавшись своего второго ученика и приготовив свою комнату к предстоящему делу, он наконец решился позвать мага и свою ученицу.

Альтис воспринял старого магистра и предстоящее как неизбежное зло, всегда соседствующее со светом, который в данный момент для него олицетворяла Марья.

Дартург усадил мага в удобное кресло, выставленное посреди комнаты.

– Если вы не против, дорогой магистр, то для начала я хотел бы прочесть своим ученикам небольшую лекцию. Если что-то будет неверно, не стесняйтесь перебить меня и поправить либо дополнить.

– Да, магистр, – кивнул маг.

– Итак, мои лучшие ученики, начнем. Тема теперешней лекции: «Смерть». Насколько вы знаете, виды смерти бывают разные. Естественная – от старости, насильственная…

Шуршание графитных стержней по бумаге подсказало магу, что ученики конспектируют слова учителя.

– Переходите к сути, магистр, – холодно прервал Альтис.

Дартург поперхнулся и некоторое время молчал. Ни один студент никогда не смел его перебивать. А этот мальчишка выглядит младше его студентов! Старик бросил на юношу осторожный взгляд и поразился ощущению силы и величия, исходившему от него.

– Итак, о смерти, – продолжил старый маг, расхаживая из угла в угол. – О видах смерти вы наверняка знаете и без меня, дорогие ученики. Есть еще такое понятие, как суть смерти. В большинстве случаев душа живого существа уходит после смерти на покой, и что с ней случается после, доподлинно неизвестно. Но бывает, души попадают в лапы демонов, в основном в результате заключения соответствующего договора, хотя случается, что душа просто попадает в ловушку демона.

– Уточните, магистр, – перебил маг, – что пленением душ занимаются только высшие демоны с уровня реальности Демис. Для демонов с других уровней души не представляют особой ценности, разве что ради мести либо как плата за сделку с высшими. Или если эти демоны – особые мастера материи, способные использовать души для призыва. И еще дополните, что души нужны им для разнообразных заклятий, в которых они используют их в качестве рабов, жертв и инструментов. Также высшие демоны Демиса, объединенные в демоническую коалицию, нередко развлекаются тем, что пытают своих пленников, пока те окончательно не потеряют разум. Я думаю, что вашим ученикам, магистр, следует хорошенько запомнить имена самых страшных из этих демонических ублюдков, дабы никогда не призвать их по глупости, а если придется сразиться, то иметь хотя бы равные шансы. Первый и самый страшный демон, которого в книгах называют Пожирателем Душ, – Эррхорт Таргон туа Суарос Демис. – Альтис отчетливо услышал, как охнула в повисшей тишине Марья. Еще бы, вслух и без страха произносить имя великого демона… – Запомните хорошенько. В именах демонов немаловажно название их мира и властвующей силы, потому что каждый из них связан со своим уровнем. Следующий демон в книгах описан как Бледный Скоморох…

Всего Альтис поведал о двенадцати великих демонах-душепленителях, указав их истинные имена. Не скупясь на подробности, описал семерых самых страшных демонических палачей. Не забыл упомянуть и о различных уровнях реальности и разнице их обитателей.

Самым внимательным слушателем оказался сам старый магистр. Никто во всей империи не знал столько о демонах, и Дартург недоумевал, откуда такое великое знание у этого юноши.

– Продолжайте, магистр, – милостиво разрешил Альтис, закончив свою почти часовую лекцию.

Дартург некоторое время молчал. Пройдясь из одного угла комнаты в другой, он обратился к своим ученикам.

– Кто помнит, на чем я остановился? – немного смущенно поинтересовался старик.

В ответ раздалось невнятное «э-э-м-м…», и только Альтис почти сразу ответил:

– Вы, уважаемый магистр, рассказывали о ловушках для душ.

Дартург многозначительно сказал «да-да» и еще некоторое время молча расхаживал по комнате.

– Так вот, дорогие ученики, подойдем к теме птиц смерти. – В комнате ощутимо повеяло холодом. – Черные вороны бывают двух видов. Вороны-сопроводители, они же охранители, оберегающие душу от зла, и вороны-похитители, слуги Кошмара. Если под крылом первых душа практически в полной безопасности, то вторые… Птицы смерти похищают меченные проклятием души, по обыкновению самые чистые, светлые и беззащитные, чтобы… – магистр прервался, подошел к окну и уставился в небо невидящим взором, – …чтобы скормить их первозданному Кошмару, злу в чистом виде.

Змейка послала Альтису ощущение: искаженное ужасом лицо Нортана (внука и второго ученика старого магистра) и сдержанного спокойствия Марьи. Слепой маг остался невозмутим.

– Для этого, – продолжил старый маг, выйдя из состояния задумчивости, – они отбирают у жертвы глаза. Не выклевывают, как обыкновенные падальщики, а именно отбирают. Их жертвы легко отличить по абсолютно черным глазам, даже на белках… Некоторое время тело еще может жить, но это уже не жизнь, а растительное существование, и милосердием будет добить такого беднягу. Но чаще всего жертвы умирают, и умирают столь страшной смертью, что это невозможно себе представить.

Дартург подошел к Альтису.

– Дорогой магистр, не будете ли вы так любезны снять вашу повязку? – предельно вежливо обратился он к магу.

– Я бы не хотел этого делать, уважаемый магистр, – в тон старику ответил юноша.

– Но я прошу вас, дорогой магистр, – настойчиво повторил старый маг.

Альтис вздохнул и снял черную ленту.

– Дорогой магистр, я осмелюсь попросить вас открыть глаза.

Юноша молча поднял голову, откинул челку с лица и широко раскрыл веки. Через несколько мгновений он неожиданно почувствовал нежную девичью ладошку на своем лице.

– Что они сделали с тобой, Ал?.. – прошептала дрожащим голоском Марья. И совершенно неожиданно девушка перешла на эльфийский: – Как они смогли… как они посмели сотворить с тобой такое, nie Laolietu?

Красивое лицо волшебника скривилось в усмешке.

– Это была битва, милая моя… битва, в которой я проиграл.

– Как?

– Песней.

– Сможешь спеть мне ее?

– Не знаю… – вдруг растерялся волшебник. – Я ее почти не помню. Да и не стоит ее вспоминать. – Юноша нашел рукой ее лицо и с нежностью провел ладонью по щеке.

– Может, моя ученица все же позволит своему учителю продолжить? – ледяным тоном поинтересовался магистр, оправившись от удивления.

Марья вспыхнула так, что Альтис почувствовал жар кончиками затянутых в перчатки пальцев. Альтис сумел сдержаться и не только не сказал старику все, что о нем думает, но и ничем не выдал охватившее его на мгновение смущение.