Юлия Шолох - Отступники

'Может, мне это сниться?', - подумала, в конце концов, Илия, но в это мгновение крылья демона резко охватили тролля поверху, сложились над ним, как палатка и она увидела на светлой коже кровавые потеки. Стало дурно, но почти сразу каменный пришелец дернулся, затрепыхался, а еще через минуту замер. Кариен медлено поднялся.

— Радиус три версты. В следующий раз убью, — четко сказал.

Остальные тролли спокойно выслушали, молча подхватили под руки своего главаря, который сам идти не мог и быстро скрылись в лесу.

Илия изо всех сил сдерживалась, чтобы не провалиться в обморок. Кариен медленно шел к дому, остановился на одной линией с ней, но подальше.

— Еды. Мяса побольше. И еще чтоб было тепло, пусть даже жарко, — устало сказал, не оборачиваясь. После направился к озеру, куда и занырнул прямо как был, в одежде.

Одежду пришлось выбросить. В доме Илия прогрела воздух так сильно, что вся открытая кожа горела, как в парилке. Тем местам, что прикрывала одежда, было еще сложнее, зато Кариен, войдя, с облегчением вздохнул. Пока он ел Илия молчала, смотрела за исчезающей едой и надеясь, что ее все-таки хватит. Когда демон перестал морщиться, а разбитые губы почти зажили, сказал.

— Тролли местые. Они тут гораздо сильнее, а во всю магическую силу не разойдешься — даксы полезут проверять. Могут и переселить, а мне тут нравится. Но теперь уже все, больше тролли не появятся, не переживай. Испугалась?

— Нет, все хорошо, не волнуйся.

Ее больше беспокоило, все ли хорошо с ним. Спать Кариен лег сразу после ужина и проснулся только к завтраку. Зато потом, как ни в чем не бывало, отправился на улицу и можно было вздохнуть спокойно и считать, что на этот раз пронесло.

Через два дня дом был достроен, крыша легла на место, а окна заросли заменяющей стекло прозрачной растительной пленкой. Тем же вечером прибыла мебель. Илия давно уже находилась в прострации, еще с тех пор, как доставили столовый сервиз. Она все ждала, когда же даксы прикроют Кариену лимит на заказы, но разглядывая мебель, поняла, что эти времена если и наступят, то нескоро. Судя по количеству и качеству привезенного, Кариен решил продаться даксам в рабство. Или они просто настолько уверены, что он себя окупит?

На следующий день состоялось переселение в новый дом, где у Илии появилась комната с окнами на озеро, отлично обустроенная кухня и веранда с открытыми нараспашку окнами, где завтракать оказалось гораздо удобнее, чем под открытым небом (по крайней мере, с потолка в чай не сыпались гусеницы).

Вместе с мебелью Кариену очень вовремя доставили пару ящиков книг и несколько рукописных пачек бумаги, похожих на научные доклады, которые он с энтузиазмом принялся изучать, видимо, выбирая что-нибудь поинтереснее.

Кариен устраивал свою жизнь так просто, словно складывал элементарную мозаику. С Илией все было иначе.

Каждый последующий день прибавлял ей злости. С того самого дня, когда они встретились с даксами и Гариэль выдал им по связному зеркалу, она регулярно связывалась с даксой, чтобы узнать, как обстоят дела с организацией портала в ее мир. На четвертый вечер вместо привычного узкого лица Илия увидела в зеркале какую-то незнакомую девушку.

— Доктор Гариэль велел передать, если вы позвоните, что пока никаких положительных известий нет, — четко отрапортовала девушка и быстро отключилась. С тех пор разговаривать приходилось только с ней, да и не столько разговаривать, сколько выслушивать одну и ту же фразу.

Илию в этом много чего не устраивало, но разобраться в происходящем без Гариэля невозможно, он же объяснений тщательно избегал и никаких методов вывести даксу на чистую воду у нее не имелось. Она вообще со многим так и не смогла заставить себя разобраться… Все откладывала и откладывала, каждый вечер перед сном облегченно вздыхая при мысли, что сегодня Кариен опять ничем не напомнил о сказанном тогда, у дакс. Еще день… а потом подумаю, обещала себе и засыпала, успокоенная своим фальшивым обещанием, убаюканная им, как лучшей в мире колыбельной.

Сложнее было не думать о своем мире. Несмотря на уверенность Кариена, что демоны не прорвут без него границу Сот, Илия не могла просто взять и выбросить все это из головы. Она точно знала, что Патриарх ни при каких условиях не остановится, пока есть хоть малейший шанс закончить начатое Кариеном. А он был, может, и лучшим среди находок Патриарха, но наверняка не единственным. Тот же Геруда… Нет, не убедившись лично, забыть про клубящиеся вокруг Сот опасности было совершено невозможно. Но время идет, Гариэль молчит и вынужденное бездействие мучает все сильнее.

Она даже к Кариену однажды чуть не подошла с просьбой попробовать сделать портал и ее остановило только одно — мысль о том, что его ждет дома. Или у людей. Как ни нелепо звучало, именно здесь, в мире дакс было единственное на данный момент безопасное для Кариена место. А ее очень заботила его безопасность. Мастер должен жить, думала так фанатично, что даже сама заинтересовалась, с чего бы? Наверное, неуспокоенная совесть после того самого первого разговора с Гариэлем, после единственного появившегося желания — убрать опасность любым способом, пусть даже убить… Стоило вспомнить и так мерзко становилось от себя самой, что непременно хотелось отбелиться хотя бы перед собственной совестью. Доказать своему внутреннему я, что это было всего лишь временное помрачение рассудка, а в здравом уме она бы точно никогда подобного не пожелала.

Кариен тем временем продолжал обустраиваться. Дома у него не было, потому он создавал себе новый. Он устраивался серьезно, основательно, Илия видела, он заполнял окружающее пространство уверенно и добротно, как будто на много лет вперед. И совершено определено в своем миропорядке он оставил место для нее. Думать об этом тоже было тяжело, так что каждый следующий день ожидания положительных вестей от Гариэля добавлял в копилку еще больше злости.

Злость была холодной и расчетливой, не размениваясь на скандальность и нервозность, она наоборот держала Илию в четко заданных разумом рамках. Вот так вот застряв на одном месте, Илия не нашла никакого другого решения, кроме одного — ждать.

Как водится в жизни, свое течение она изменила в самый неподходящий момент, да и непонятно, с какой, собственно, стати.

Тем вечером Илия сидела в кресле у камина, огонь в котором Кариен любил разводить собственноручно, не используя магию, чему она не переставала каждый день поражаться. Что он находит в этом интересного, ведь ему-то стоит всего пальцем пошевелить и огонь разгорится? Так нет же, сидит возле камина на корточках и разве что язык от усердия не высунув, складывает домиком мелкие щепки, которые станут основой жара.