Колдун - Иван Донцов

ему пистолет, он его ловит и осматривает. Мне кажется, что сейчас возьмёт и выстрелит, но этого не происходит. Он быстро подходит ко мне, суёт пистолет в мою кобуру, и когда я смотрю вниз, бьёт меня по лицу. Падаю в грязный снег на обочине, пытаюсь отряхнуть голову, но тут прилетает под рёбра.

- Урод! – кричит эльф: - Тварь, скотина!

Садится на меня сверху, и бьёт ещё несколько раз по лицу. Потом встаёт и возвращается к машине. Выдёргивает из неё демонессу и бросает на снег. Отбирает у девушки свой нож и пистолет, возвращается ко мне. Я уже сижу, держа руку с чистым снегом у подбитого глаза и носа. Во всяком случае мне кажется, что он чистый, взял его с сугроба до которого смог дотянуться.

- Сильно приложил, да? – спрашивает эльф, подойдя, похоже он уже немного остыл.

- Дфа нефт. – шепелявлю я, убирая руки от лица и криво улыбаясь разбитыми губами: - Зафивёт дфо сфвадьбы.

- Ёмоё, нос сломал, блин, прекрати улыбаться – жуткая харя какая, всё в крови, и зуб похоже выбил! – говорит эльф, оглядывая дело своих рук, или лучше сказать кулаков: - Сейчас, подожди!

- Нфе фыбил! – пытаюсь кричать ему вслед и встать: - Чфуть-чфуть шсатаеца!

Андриэль роется в багажнике, потом возвращается, и прикладывает амулет-аптечку мне к виску. Я чувствую сначала холод, потом тепло, и наконец укол целительной магии жизни, которая начинает постепенно заживлять раны.

- У-у-у… - мычу я.

- Да не мычи ты, сейчас, потерпи. – говорит эльф: - Не маленький уже, хотя росту то в тебе не много.

- Пофол тфы. – говорю ему улыбаясь.

Он тем временем берёт мой нос, и резко вправляет. Я вскрикиваю. Когда замолкаю, осматривает моё лицо с видом практикующего целителя, пишущего диссертацию по проблемам срастания костей и заживления ран.

- Не знаю, мне кажется даже лучше, чем раньше. Он, по-моему, у тебя всегда немного кривым был. – задумчиво говорит эльф. – А сейчас я его тебе вправил как надо.

- Да ладно… - говорю я уже нормально, чувствуя, что передние зубы больше не шатаются, и отмахиваюсь.

- Горкин, это был последний такой раз, если повторится – я тебе руки не подам. – теперь уже серьёзно говорит оперативник: - Ты понял?

- Прости, друг. – отвечаю ему, обнимая и хлопая по спине. – Прости пожалуйста, больше никогда.

И понимаю, что друзей у меня в сущности и не было, были бабушки и дед, а друзей – нет. И вот, казалось бы, появился один, а я сразу в нём сомневаюсь, записываю во враги. Что же я за разумный такой. Дерьмо, а не разумный. К нам подходит Яная, глаза опущены, и я чувствую отголоски бесконечной тоски.

- Простите, но я правда чувствовала и чувствую что-то рядом с нами. – шепчет она: - Стас, можешь сделать со мной что хочешь за это, можешь отправить обратно, я не против, я виновата.

Я копаюсь в кармане, и наконец найдя то, что нужно, достаю небольшую тонкую ленту из податливого материала. Чувствую и вижу, как девушка сжимается, внутренне и снаружи. Ей страшно, она сглатывает. Но через секунду подходит ближе, выпрямляется и подставляет свою шею.

Я мну в руках ошейник, который когда-то снял с неё, а потом резко его рву на несколько частей, и выбрасываю в снег. Поднимаю голову девушки за подбородок, смотрю в красные глаза и говорю:

- Очень много «прости» для одного дня, не находишь?

Она кивает.

- Прекращай, все ошибаются, я вот сегодня тоже чуть не ошибся. – говорю ей грустно и киваю на эльфа: - И второй раз тоже не хочу ошибаться, понимаешь меня?

- Я тебя не предам. – твёрдо говорит она.

- Мне этого достаточно. – отвечаю ей, и погладив по щеке иду в машину.

За мной садится на место водителя эльф, а сзади снова пристраивается демонесса. Машина заводится, и мы едем по ночной трассе. Через несколько минут съезжаем с кольцевой и по бокам от нас вырастает высокий лес, отделяет его от дороги неглубокая канава.

- Проверь одежду Кристиниэль, может жучок какой-то? – говорю демонессе.

Она с энтузиазмом принимается шарить руками по эльфийке, так проходит несколько минут. Эльф включает радио, но на всех волнах идут одни помехи, он цыкает и переключает магнитолу на кассетный режим, и из неё начинает литься музыка:

Останься со мною ещё несколько минут

Я знаю, под утро часы бешено бегут.

Посмотри в глаза, я хочу сказать

Я забуду тебя, я не буду рыдать…

- Ничего. – говорит Яная, убавляя громкость телекинезом.

- Может в багажнике демон сидит? – говорю я эльфу задумчиво.

- В заднице у тебя демон сидит, Стас. – отвечает он, вздыхая и делая музыку снова погромче.

Мой мальчик, твой голос звучит у меня внутри.

Последний день летний стоит молча у двери.

Посмотри в глаза, я хочу сказать –

Я забуду тебя, я не буду рыдать.

(Наталья Ветлицкая – Посмотри в глаза)

Беру из бардачка пустой футляр от кассеты, смотрю на обложку – красивая эльфийка, возраст не больше двадцати. Всю эстраду эти ушастые заполонили, ещё люди иногда что-то там пытаются, поют. Но этих всё равно больше. Правда голос у неё ничего, не стандартный для эльфов.

- У нас хвост. – говорит спокойно суккуба, сидя со скрещенными руками, и снова убавляя громкость.

Выглядываю из-за окна, присвистываю – демон-дракон, размером с пассажирский самолёт. Пока ещё далеко, но уже совсем скоро, через минуту-две будет над нами.

- Прибавь ходу! – кричу я эльфу, продолжая смотреть на небо, где к нам приближается огромная тварь со светящимися синим светом глазами.

Машина ускоряется, но этого явно недостаточно. Мы едем, а демон летит, рано или поздно он нас догонит. Демонесса прилипла к заднему стеклу, тоже рассматривая тварь. Судорожно соображаю, потом втягиваю голову в салон, закрываю стекло, и спрашиваю девушку:

- Слушай, ты же вроде один раз смогла удержать такой удар, а сейчас как с этим?

- На два раза меня хватит. – пожимает она плечами: - Но вряд ли он ограничится двумя попытками.

И тут сзади происходит взрыв, заднюю часть машины подбрасывает. Демонесса и я бьёмся разными частями тела, но эльф удерживает автомобиль на дороге, и выводит его из заноса. Афальт позади нас вспучился, и образовался неровный холмик из кусков земли и дорожного