Аманда Хокинг - Ледяной огонь (ЛП)

- Ты хочешь сказать, что каким-то образом выбрался из камеры и сделал это сам?

- Нет, конечно же, нет. - Он покачал головой. - Бент был тупым болваном. Я знаю, что нельзя говорить о мертвых плохо, но это так. Он скоро заговорил бы, поэтому кто-то заставил его замолчать.

- Кто? - Я посмотрела на него с сомнением. - Кто мог спуститься сюда, чтобы сделать это?

- Я скажу тебе, белый кролик, но ты должна сначала меня освободить, - ответил Константин, хитро улыбаясь. Но в глубине его стальных серых глаз я видела промелькнувший страх.

- И не надейся, - быстро ответила я.

- Я не могу оставаться здесь взаперти, или в следующий раз, они придут за мной.

- Хорошо. - Я скрестила руки на груди. - Ты убийца. Самое время тебе получить по заслугам.

- Я никогда никого не убивал! - Константин выглядел раздраженным. - Я знаю, что причинил боль тебе и твоему отцу, и многим другим. Но я никого из них не убил.

- Скажи это Эмме Костар, - сказала я, и передо мной снова возник образ ее мертвого тела, лежащего на берегу реки.

- Это был Бент. Он неуклюж и глуп, и никогда не осознавал собственной силы. - Блэк прижался лбом к решетке. - Я не должен был оставлять их наедине. Это моя ошибка, но я никогда даже пальцем ее не тронул.

- Где Линнея? - спросила я. - Если ты скажешь мне, я отпущу тебя.

Константин застонал и откинул голову назад:

- Я не знаю, где она.

- У того, кто пытается тебя убить, есть доступ к твоей камере. Я советую тебе начать говорить, если хочешь жить.

- Клянусь, я не знаю, где она, - яростно настаивал он .

- Ты лжешь. Я знаю, что ты лжешь. Тебя не было бы здесь, если бы не она.

- Мы пришли сюда за ней, это правда, - признался Константин. Затем он поджал губы, сделав паузу, прежде чем продолжить. - Но все очень усложнилось.

- Почему Скояре? - спросила я. - Ты так долго преследовал Канин и вдруг нанес удар по Скояре?

- Это была не моя идея. Ничего из совершенного не было придумано мной. - Его плечи опустились, и он отпустил решетку. - Не уверен, что это оправдывает меня.

- Кто инициатор? - спросила я. - Я знаю, что Бент не был мозгом операции.

Он поднял на меня глаза, полные слез и печально улыбнулся:

- Ты когда-нибудь любила?

Я напряглась:

- Это не твое дело.

- Нет, не пришлось. - Его улыбка стала шире, и он покачал головой. - Тебе повезло.

- Какое отношение это имеет к Линнеи? - спросила я.

- Полное. И никакое. - Он отступил от решетки с отрешенным выражением на лице. - Я совершил там много во имя любви. И в последнее время начал задаваться вопросом, что же это за любовь, которая заставляет делать такие ужасные вещи?

- Это звучит просто как оправдание для дьявола, - честно сказала ему я.

- Я бы согласился с тобой, но о многом сожалею. - Он вздохнул и присел на кровать позади себя. - Я жалею о многом из совершенного, но не могу заставить себя сожалеть о любви. Несмотря на то, что я умер. Настоящий я, тот, кем я когда-то был, тот, кем ты так сильно восхищалась. Он умер в тот момент, когда я пал. - Он пристально посмотрел на меня. - Но ради любви, я с удовольствием снова убил бы себя.

- Если ты не расскажешь мне, что происходит, и где Линнея, ты умрешь в этой тюрьме, - предупредила его я, пытаясь мотивировать. - Не в переносном смысле, а буквально, как это сделал Бент. И как ни неприятно на это смотреть, но почувствовать такое на собственной шкуре будет гораздо хуже.

- Тогда это та цена, которую мне придется заплатить, - просто сказал он. Он лег на кровать и повернулся спиной ко мне. - Но ты все равно можешь прислушаться к моему совету, белый кролик. Беги прочь от всего этого, пока не стало слишком поздно.

Глава 37.

Правосудие

Ридли, сгорбившись, сидел на моей кровати, запустив руки в шевелюру. Я и сама потянула себя за копну волос, собранную в "конский хвост", словно таким образом я могла прояснить свои мысли.

- Я не знаю, Брин, - сказал он, наконец, и поднял голову, так что мог видеть, как я шагала туда-сюда вдоль окна, которое отгораживало темную воду снаружи. - Доверие Константину может быть твоим искушением.

- Я не доверяю ему. - Я категорично покачала головой. - Я никогда не смогу доверять ему.

- Ты говоришь, что веришь ему, что здесь есть какой-то странный заговор?

- Это не заговор, - исправила я его.

- Ты говоришь, что кто-то во дворце убил Бента и изобразил самоубийство, чтобы скрыть что-то, связанное с исчезновением королевы. - Он тяжело посмотрел на меня. - Как по мне, так это заговор.

Я остановилась, чтобы аргументировать свою позицию:

- Бент был готов заговорить. Тув так считал.

- Нет, Тув считал, что он возможно готов заговорить, но ты же была на этой встрече. Он не давал никаких гарантий.

- Константин все-таки что-то знает.

Ридли закатил глаза:

- Конечно, знает. Он знает все! Он стоит за всем этим.

- Нет, я имею в виду... - Я закусила губу. - Просто предположим, Константин сказал правду, и кто-то убил Бента. У кого был доступ к его камере?

- Я побежал наверх и взял ключи у одного из охранников, но ты же знаешь какая слабая у них здесь безопасность. - Ридли пожал плечами. - У любого охранника был доступ к ключам, но не думаю, что для любого из семидесяти восьми, живущих во дворце, было бы трудно получить доступ. Они просто могли взять их на пункте охраны на верху лестницы.

Я застонала:

- Я просто чувствую, что мы упускаем что-то. Должна быть какая-то связь, которую мы не видим.

- Все это основано на том, что сказал известный предатель, умоляя отпустить его. - Ридли смотрел на меня с грустью. - Я не хочу говорить это, Брин, но мне кажется, ты наивна.

- Нет, я не наивна. Просто все это не сходится! - закричала я, и тут же понизила тон, чтобы никого не потревожить.

Мы довольно поздно вернулись в наши комнаты, после того как позвали охранников и осмотрели тело Бента. Мы кратко обсудили происшедшее с Тувом и Бейном прежде, чем они разошлись по комнатам, и теперь мы в тусклом свете моей прикроватной лампы переливали из пустого в порожнее одни и те же идеи.

- Бент вне игры, у нас есть Константин, Линнея, вероятно, мертва, - сказал Ридли. - Нам не за что зацепиться. Ты не хочешь этого признавать, но все кончено, Брин.

- Мы не знаем, мертва ли Линнея, - напомнила я ему.

- Если ты веришь Константину, тогда все признаки указывают на ее смерть, - сделал вывод Ридли. - Константин сказал, что Бент был неконтролируемым идиотом и убил Эму, так что, возможно, он убил и Линнею, и, может быть, не сказал Константину, где бросил ее.

- А если Константин пришел, чтобы украсть Линнею, но она уже была похищена? - спросила я. - Или мертва.