Алина Белова - Войны Зодиака

Воин, вытянувшись в струнку, отдал честь и тут же покинул палатку. Микаэла тревожно глянула на королеву и прошептала:

- Сэр Гартэль ещё не вернулся.

- Действительно? - напряжённо спросила королева и помрачнела. Она, кажется, не была довольна этой новостью. - Может, он ещё вернётся?

- Мы можем поискать, если надо, - предложил заглянувший в палатку Цах. Миларэ несколько секунд пристально смотрела на него, раздумывая, но, наконец, кивнула.

- Хорошо. Но будьте осторожны. Бык где-то в городе.

Микаэла быстро поклонилась королеве и вылетела из палатки следом за Цахом. До главной площади они шли молча. Тишина давила на Микаэлу, угнетала. Из-за неё становилось ещё более жутко. Казалось, словно враги поджидали на каждом шагу, выискивали слабые стороны и готовились нанести удар в спину. Цах то ускорял шаг, то шёл настолько медленно, что Микаэла едва не натыкалась на него. Внезапно гном остановился и, несколько секунд помолчав, поднял руку.

- Там.

Микаэла проследила за жестом и охнула, увидев лежавшую среди трупов фигуру. Не выдержав, девушка бросилась напрямик и едва не споткнулась, когда добежала до знакомого силуэта. Белые доспехи паладина, казалось, померкли. В них не было больше того искристого света, который раньше оберегал воина. Дрожащими руками Микаэла коснулась его груди и охнула, почувствовав, что сердце ещё бьётся.

- Он живой! - крикнула девушка Цаху, и гном тут же поспешил на помощь. Из темноты через несколько минут вынырнула Миларэ, вместе с ней две жрицы. На них не было лица - так сильно девушки были вымотаны использованием исцеляющих заклинаний.

- Сэр Гартэль! Вы слышите меня? - позвала Микаэла, когда королева попросила её чем-то отвлечь паладина. Мужчина медленно открыл глаза и, удивлённо вскинув брови, расплылся в улыбке:

- А, это вы, Микаэла... Простите, что я... Кха! Кха...

С уголков его рта потекла тонкая струйка крови, и Микаэла побледнела, осознавая, насколько всё серьёзно. Жрицы тут же принялись за дело, стаскивая с воина доспехи, а юная ведьма меж тем продолжала беседовать с ним:

- Не волнуйтесь, всё хорошо. Что случилось? Вы же... я своими глазами видела, как вы сражались с врагом целые и невредимые!

Гартэль печально улыбнулся и на мгновение закрыл глаза. Вновь открыть их у него получилось лишь с большим трудом. Тяжело выдохнув, паладин выдавил:

- Я... оберегал вас. Бык искал Аш-Малексу... Я... не позволил...

Когда взгляд воина на мгновение остекленел, Микаэла испуганно вскрикнула и схватила паладина за плечи. Он тут же пришёл в себя, но на лбу его выступил пот, а кровь сильнее потекла из ран. Одна из жриц шикнула на Микаэлу, требуя убрать руки.

- Гартэль, не смейте умирать! Чёрт возьми, это не такой уж сложный бой, чтобы вы, великий Гартэль, погибли здесь! - прошептала Микаэла, чувствуя, что её тело трясёт, как в лихорадке. В ответ на её слова Гартэль лишь снова печально улыбнулся и запрокинул голову, не в силах больше её держать. Каждое движение губ давалось ему с трудом, и лишь теперь, когда доспехи были полностью сняты с паладина, Микаэла смогла понять причину такой слабости.

Грудная клетка воина, наверное, была смята напрочь ударом чего-то тяжёлого. На глаз девушка смогла лишь посчитать, что это, возможно, был молот. Несколько рёбер торчали, кровь хлестала ручьями, и то, что Гартэль всё ещё был жив, было явным чудом. Но жить ему оставалось считанные секунды - Микаэла прочитала это в обречённых взглядах жриц. Они были не в силах исцелять переломы, только ранения, нанесённые режущим и колющим оружием.

Прежде чем Микаэла отпрянула от паладина, не выдержав вида крови, Гартэль схватил её за руку и прошептал:

- Микаэла, пожалуйста... перестаньте себя недооценивать. Вы... очень сильна. Вам просто нужно поверить. Я слышал... Унрака, Малексу, Леирга и... остальных. Вы действительно... Последний Зв...

Голос его пропал, но Микаэла прекрасно знала продолжения. Сейчас девушка могла только кивать головой и обещать паладину, что обязательно станет сильной. Уж лучше он умрёт, думая, что Союзу действительно больше ничего не угрожает.

Ещё одна тревожная минута в тишине. Неожиданно раскрыв глаза, Гартэль вновь заговорил. Только взгляд его был отрешённым, будто он уже наполовину был не в этом мире.

- Знаете, а я всегда мечтал, что женюсь после этой... войны. Что найду жену... выращу детишек. Мальчика и... девочку.

- Что вы говорите! Вы ещё успеете жениться! - хмуро произнесла королева, пытаясь своими силами помочь двум жрицам хоть как-то облегчить боль паладина. Но Гартэль внезапно расплылся в широкой улыбке и обратил свой пустой взгляд на Микаэлу.

- Вы... очень красивая. Я мечтал, чтобы моя жена... была такой. Простите, если я... причинил вам боль, Микаэла. Тогда, в деревне, потом в Харбане... Я лишь хотел вас защитить.

- Я знаю, - прошептала Микаэла сквозь слёзы, уже не в силах смотреть на Гартэля. Ещё несколько минут он лежал молча. Когда же хватка его руки ослабла, Микаэла подняла глаза и почувствовала, как к горлу подступил комок. Всё. Конец. Нет больше паладина.

Его тяжёлое дыхание внезапно оборвалось, и сердце перестало биться. Лишь открытые глаза, казалось, были ещё живы. Микаэла осторожно провела над ними рукой и закрыла веки. Теперь всё было кончено.

С трудом поднявшись на ноги, Микаэла отвернулась и запрокинула голову. Слёз больше не было. В горле как-то странно пересохло, и девушка почувствовала, как в груди начинает что-то пылать. Сжав до скрипа зубы, юная ведьма устремила в небеса долгий пристальный взор и зарычала. Горю её не было предела. Ещё один мужчина погиб по её вине. Но теперь Микаэла не собиралась прятаться и плакаться в плечо Кайлану.

"Я тебя из-под земли достану, Бык. Достану, и разорву на части".

Сверкнув глазами, Микаэла сплюнула на землю и быстрым шагом покинула главную площадь. Прочь от тщетно пытавшихся помочь жриц. Прочь от мёртвого тела. Прочь от всего.

21. Сердце гроз.

Не в силах преодолеть собственный гнев, Микаэла быстрым шагом направлялась в темноту. Перед глазами в одно мгновение всё поплыло, и девушке словно внезапно ударили в грудь. На секунду юная ведьма пошатнулась и с трудом устояла на ногах, но в голове всё зазвенело.

Земля, дома, небо - всё вдруг потеряло свои цвета и закружилось в чёрно-белом калейдоскопе. Неожиданно всё стало таким же чётким, как раньше. Лишь все цвета, кроме двух основных, отсутствовали. Микаэлу это отчего-то не удивило. Из её груди будто вырвали что-то до боли привычное, мешавшееся прежде. За спиной девушки вдруг послышался шорох, и Микаэла резко обернулась.

Перед ней стояла она сама. Точно такая же, настоящая копия. Её отличали лишь длинные чёрные волосы да бесцветные холодные глаза, в которых, казалось, было собрано всё сомнение, какое только могло существовать.