Нина Хоффман - За гранью снов

— Пришлось потом с помощью дома разбираться, я ведь в то время еще не был уверен в себе. Есть разные виды привидений. Некоторые — всего лишь следы каких-то событий, с которыми связаны мощный выброс энергии или эмоций. Это какой-то повторяющийся образ, который впитался в предметы и обстановку и не исчезает, как въевшийся запах. Я думаю, поначалу я и был таким привидением.

Я думаю, кто-то из родителей, а может и оба, послушали Женевьеву, ту маленькую девочку, и увидели меня. — Семья пригласила спирита. Он пытался упокоить меня. Но во время сеанса он, наоборот, разбудил меня, и я… — Он нахмурился. — Привидения должны бродить по дому. Это как закон. Мне кажется, я знал, что должен делать. Моя работа была — пугать их. И я пугал. Я научился делать такие вещи, которых они боялись. Появляться, исчезать, заставлять предметы двигаться, проходить сквозь стены, издавать ужасные звуки. В конце концов, я просто выжил их из дома.

— Господи, — снова повторила Мэтт.

Натан посмотрел на нее.

— Я был убежден, что я вернулся в дом именно для того, чтобы наводить ужас. Я делал это несколько десятков лет. В единственную ночь в году, когда я был свободен, я отправлялся путешествовать по миру, встречался с другими призраками и учился у них новым приемам. Тот спирит, должно быть, все-таки имел дар, ведь он вернул мне мой прежний вид. Хотя, конечно, уговорить меня вернуться в могилу ему не удалось.

— Дом, а что делал ты, пока происходило все это? — спросила Лия.

— Я уже лет сорок как ожил, когда умер Натан. Его бабушка занималась спиритизмом и проводила во мне сеансы. И она со своими клиентами что-то открыли, или разбудили, или запустили — я не могу это объяснить. Но она пробудила меня к жизни, собрала во мне энергию, и от нее я сам научился собирать свои силы. Я становился сильнее, живее и опытнее.

Когда Натан вернулся в виде призрака, что-то связало нас вместе. Это была какая-то сила, большая, чем у нас, и не известная нам. И нам навязали правило, что он не может покидать меня. Он стал моим пленником. Ему нельзя было причинять вред никому, кто входил в меня, но зато можно было пугать их так, что они сами себя калечили от страха.

— Мы ненавидели друг друга, — сказал вдруг Натан.

— Как такое может быть? — спросил Эдмунд.

— У нас были разные цели, — пояснил дом. — Я хотел, чтобы во мне жила семья. Часть своей жизненной энергии я черпаю из того, что во мне живут люди. А он хотел распугать всех.

— Это были темные годы, — сказал Натан. — Мы были связаны и не могли отделаться друг от друга. Только и могли, что пакостить друг другу. — Натан вздохнул и топнул несуществующей ногой по полу. — Так дом стал дряхлеть, о нем пошла слава, что в нем водится привидение, и никто не хотел его покупать. А без людей в доме нам обоим было плохо. Когда стало некого путать, я начал тускнеть и впал в спячку. Тогда дом придумал кое-что еще.

— Да, я разросся и дотянулся до других источников энергии. Я стал сильнее. И тогда я позвал людей к себе.

— Люди поселились здесь в шестидесятых, это были переселенцы, — сказал Натан. — Их приезд разбудил меня, и дом убедил меня, что не надо их пугать. Вот тогда мы с домом начали действовать сообща, извлекая максимум выгоды из нашего положения. Сначала этих людей было шестеро. Некоторые уезжали, другие приезжали. Они прожили здесь пять лет, а потом шериф выставил их из города. Они баловались наркотиками, увлекались религией, новым мышлением. Они вели страстные дискуссии обо всем на свете, приносили в дом газеты и журналы. Мы смотрели и учились, и использовали их для подпитки.

— Я начал потихоньку влиять на них, — сказал дом.

Натан кивнул.

— Да, они интересовались парапсихологией и всякими такими вещами.

Дом продолжил:

— Я постепенно и мягко помогал им развивать свои психические способности. Иногда я допускал ошибки, но они не причиняли им никакого вреда.

— Интересно, что произошло с Рассел и Линнет? — пробормотал Натан.

— Ты обучал их? — спросила Лия. Она сказала это странным отчужденным тоном.

— Да, — ответил дом.

— Значит, ты специально натаскивал и обучал их, чтобы они потом могли выполнить твое желание.

Мэтт огляделась. Таша и Терри сидели на кушетке, взявшись за руки, и взгляды их были серьезными. Эдмунд расправил плечи. Его зеленые глаза отливали серебром. Вокруг Лии сиял легкий оранжевый нимб, а Сюди рассматривала свои руки на коленях. У Дейдры был слегка сумасшедший взгляд, а Гарри хмурился, пытаясь сосредоточиться.

— Да, — ответил дом после долгого молчания.

— И мы — те самые люди, которые тебе нужны? — спросила Лия ледяным тоном.

— Я не знаю, — ответил дом. — Все, что я мог сделать, это дать вам опериться и надеяться, что вы отрастите крылья. Вы так и сделали. А теперь вы вернулись домой. Я могу только просить о помощи. Вы вовсе не обязаны это делать.

Мэтт дернула плечом:

— Неважно, зачем он это сделал, но он всегда вас любил и все еще любит. Хоть кто-то из вас жалеет, что все случилось именно так?

Они все переглянулись. Мэтт так и подмывало включить магическое зрение, но она удержалась.

— Я не жалею, — сказал Эдмунд. — Это была моя мечта, и она исполнилась. Спасибо тебе, дом.

— На здоровье.

— Интересно, кем бы мы все стали, если бы этого не случилось? — поинтересовалась Терри.

— Я безумно счастлива, — выдохнула Таша. — О лучшей жизни для себя я и не мечтала.

— Ты наполнила выражение «ветер в голове» новым содержанием, — поддразнила Терри свою сестру.

Таша стукнула ее по руке.

— Если бы этого не случилось, мы были бы теми же самыми людьми, только нам бы не было и вполовину столь весело, — сказала она. — Спасибо, дом.

— Ты всегда давал мне убежище, когда мне было трудно. А это мне было нужно больше всего. Спасибо, дом, — прошептала Сюди.

— Пожалуйста.

— То, что случилось со мной, было не по твоей вине, и ты помог мне справиться с этим и защитить себя от последствий, — произнесла Лия. Гарри взял ее за плечо. Она чуть улыбнулась ему и снова заговорила: — Прости, дом. Просто у меня мурашки по коже побежали, когда ты рассказал о том, как обучал людей, и я поняла, что ты сделал нас такими ради своих целей. Но не думаю, что у меня был бы лучший учитель и лучшее дело в жизни.

— Спасибо, — прошептал дом.

— Как же получилось, что со мной ты так ничего и не сделал? Ты же знаешь, это сводит меня с ума, — поинтересовалась Дейдра.

— Чтобы действовать, мне нужен был удобный случай, — сказал дом. — Каждый раз, когда я делал это, были особые обстоятельства, которые позволяли мне… нарушить правила без сурового наказания за это. Для тебя я такой возможности еще не нашел, Ди, но я могу продолжать искать.