Джон Марко - Очи бога

— Еще бы, — Мор едва мог скрыть презрение. — Бумаги будут готовы сегодня вечером. Проснемся рано утром и подпишем их, а потом сможете уехать. Но я должен предупредить вас, король Акила, я проверю, как вы держите слово. Если не заплатите за каждый корабль, идущий на юг, моя армия вернется. И я не буду таким сговорчивым.

Акила нахмурился.

— Я — человек слова, король Мор. Вам пора бы об этом знать.

— И вправду. — Мор взял кота с колен и прижал к груди, затем поднялся с кресла. — Отдохните, король Акила. Вы выглядите усталым.

Акила тоже встал.

— Да, я устал. Но мои люди — тоже. Мы ехали много дней, милорд. Может быть, им можно войти внутрь? Им нужен отдых, крыша над головой, защищающая от солнца и ветра. Если бы вы позволили им остаться во внутреннем дворе, я был бы признателен.

Мор захихикал.

— Вы пытаетесь выглядеть сильным, король Акила. Но сейчас вы здесь, в моем зале совета, с единственным защитником. Что вы сделаете, если я откажу в вашей просьбе?

— Я сочту отказ несправедливым, милорд, ибо, как вы сами заметили, я не представляю для вас угрозы. Я всего лишь пекусь о своих людях.

Мор подумал минуту, потом обернулся к часовому:

— Говоришь, пятьдесят человек?

— Да, милорд. И двадцать уже во дворе.

— Я сказал бы, что двадцати лиирийцев вполне достаточно. Но они могут меняться, если хотят. Когда отдохнут первые двадцать, их могут сменить остальные.

— Милорд, это мало поможет, — взмолился Акила.

— Но это все, что я могу и хочу вам предложить. Отдохните сами, король Акила, и радуйтесь, что я разрешил впустить в свою крепость такое количество трусов.

На рассвете следующего дня Акила и Брек ждали людей Мора. Акила едва смог уснуть. Он оделся и ходил из угла в угол, проверяя и перепроверяя кинжал у себя на груди под плащом. Предоставленная Мором комната находилась на северной стороне крепости, и Акила большую часть ночи обозревал темный горизонт, надеясь, что Хогон и Раксор готовы. Они должны были подкрасться ночью, чтобы не быть замеченными, и спрятаться за холмами. Через час после рассвета начнется атака. Уже рассвет, и Акила полагал, что они близко. Но не мог разглядеть их через окно и не знал, там ли они.

— Время почти на исходе, — заметил он. Вставало солнце, его лучи озаряли местность. Появились очертания темных гор, река заблестела, но от Хогона — никаких сигналов. Акила отвернулся от окна. — Может, они и не пришли. Может, Раксор отказал в помощи.

— Нет, они должны быть там, милорд, — откликнулся Брек. Он всю ночь беседовал с королем, являя собой голос рассудка, наблюдая за Акилой с холодной уверенностью опытного воина. — Не беспокойтесь о Хогоне. Лучше сосредоточьтесь на своем. И помните, вам нужно сесть поближе к Мору.

— Я знаю, — нетерпеливо произнес Акила. — Просто беспокоюсь о времени.

— Не стоит. Мор любит поговорить, так займите его разговором. Болтайте с ним об армии или еще о чем-нибудь. Нам нужно время, чтобы увидеть Хогона.

— И Раксора, — вставил Акила. Как странно, что он слушается Брека, но сейчас обмен ролями просто необходим. Ему слишком часто напоминали, что он — не солдат. — Я только надеюсь, что все пройдет хорошо. Ты думаешь…

Стук в дверь прервал Акилу. Он замер в ожидании.

— Да? Кто там?

Дверь открылась, и на пороге возник Фианор. Принц был один. Он криво улыбнулся Акиле:

— Доброе утро, милорд. Вижу, вы уже готовы ко встрече с моим отцом?

— Да, я готов. Бумаги составлены?

— Составлены и ждут вашей подписи, милорд. Могу ли я сопроводить вас вниз?

— А ваш отец уже там?

Король рассмеялся.

— Отец мечтает увидеть, как вы подпишете договор, и едва смежил веки в эту ночь. Вы сказали, что хотите уехать пораньше, вот он и готовился.

— А мои люди? Что с ними?

— Ваши люди во дворе, — ответил Фианор. — Их накормили и дали отдохнуть, — принц усмехнулся. — Они жаждут отправиться в путь.

Акила молча снес обиду.

— Что ж, хорошо, они ведь давно покинули дом, — он хлопнул в ладоши. — Так пойдемте подписывать договор.

Канцлер Хогон ужасно устал. Его армия шла всю ночь вдоль берега реки, невзирая на опасности, таящиеся в темноте. Вместе с армией Раксора они держались поближе к линии холмов вдоль Крисса, периодически высылая разведчиков. Лошади тоже устали и отчаянно нуждались в отдыхе. Пехотинцы до крови стерли ноги. Сам Хогон еле держался в седле. Борясь со сном, он, однако, не разрешал себе расслабиться, ибо время было неспокойное, и Акила нуждался в нем.

Приближался рассвет, а с ним — и час битвы. По мере того, как светало, Хогон видел на горизонте очертания крепости Висельника — уродливая башня возвышалась, словно кобра, поднявшаяся на хвосте. Он велел отрядам остановиться. Шестьсот воинов повиновались. Раксор также повторил приказ своим людям, и его передали по цепочке.

— Итак, что будем делать? — поинтересовался Раксор. — Будем ждать или двинемся дальше?

Хогон не был уверен, каков должен быть ответ. Он хотел дать Акиле больше времени на встречу с Мором. Сейчас, после рассвета, непохоже, чтобы они уже встретились. Но Акила дал ему четкий приказ. Он посмотрел на солнце, встающее на востоке, и повторил слова своего короля:

— Сейчас же после рассвета.

Раксор кивнул:

— Мы уже достаточно близко, чтобы нас увидели. Даже если не будем двигаться, нас все равно обнаружат.

Но Хогон все еще мешкал. Крепость Висельника выглядела устрашающе. У них с Раксором вместе было более тысячи человек. Отряд Акилы добавит еще пятьдесят. И все же…

— Надеюсь, Акила знает, что делает, — пробормотал канцлер.

— Не бойтесь за вашего короля, — проговорил Раксор. — Все, что от него требуется — держать ворота открытыми. Если ему это удастся, нас ждет успех.

Он вопросительно взглянул на Хогона:

— Канцлер, время не ждет.

Тот не стал спорить. Натянул поводья коня, поднял руку над головой и отдал приказ наступать.

Король Мор и его кот уже сидели в зале совета, когда вошел Акила. Как и вчера, на столе стояли сосуды с вином и блюда с едой, дабы отметить успех переговоров. Присутствовал генерал Нейс с несколькими солдатами, у всех на лицах написано самодовольное выражение. Когда Акила вошел, генерал и его подчиненные встали. Брек держался поближе к Акиле. Акила оглядел комнату, разочарованный, что не пригласили никого из его людей. На столе лежал договор, требующий подписания — единственный лист. Рядом с ним — перо и чернильница. Мор поглядывал на договор с торжествующей улыбкой.

— Добро пожаловать, король Акила. Надеюсь, вы хорошо спали.

— Неплохо. Это договор?

— Да. — Мор протянул его через стол Акиле. — Написано лишь то, что вы посчитали нужным. Вы платите дань в виде золотой монеты за каждый лиирийский или рииканский корабль, проплывающий на юг мимо крепости Висельника, в зависимости от тоннажа, — плата будет определена позднее нашими представителями — и что вы, король Акила, несете всю ответственность за внедрение этого договора, — Мор взял перо. — Вы готовы подписывать?