Анна Михалевская - Золотые нити сердца

— Вас нет, вы НИЧТО, превращайтесь в пыль, из которой вас слепил Зерван! — кричит Ир-Дар полчищу серых тушек.

Чудесным образом его приказ исполняется. Твари рассыпаются в пыль.

Ир-Дар ничего не чувствует и не видит, он в изнеможении опускается на пол, опираясь спиной о колонну, пару минут отдыха, ему нужно всего лишь пару минут отдыха… Тело саднит от укусов, но он даже рад этому — боль говорит о том, что он еще жив, а значит у него есть шанс. Какое же испытание его ждет на сей раз?

Он слышит свист ветра и мелодичный женский смех. Неужели Миа решила приласкать его! Как хорошо это она придумала! Но откуда же доносится свист? Ир-Дар разлепляет непослушные глаза — он все в том же зале, а рядом никого, ни Зервана, ни Миа. Ир-Дар знает, что это плохой знак, но сил обороняться у него уже нет. Боковым зрением он замечает какое-то движение, и, собирая остатки боевой удали, резко откатывается вбок и тут же подпрыгивает на ноги, чтобы оказаться лицом к лицу с опасностью.

И снова юноша не готов к тому, что видит перед собой. Боевые машины и мерзкие твари уступают место прекрасному созданию из света, шелка и васильков. Ир-Дар никогда не видел таких красивых девушек — и сейчас он готов забыть и про Миа, и про Яглу, и про Юма, его сражение с Зерваном теряет всякий смысл, и ему очень хочется попросить Зервана отложить их поединок на день или два. Девушка смеется — и Ир-Дар узнает этот смех, как он мог подумать, что это Миа? Смех Миа кажется грубым карканьем по сравнению с этим голосом. Такая прозрачная кожа, такие бездонные голубые глаза, губы, как лепестки цветка, золотые локоны окутывают ее всю, как шкура диковинного зверя, а под тонкой туникой угадываются восхитительные формы. У девушки зарумянились щеки, она чем-то взволнованна, может, ей нужна помощь? Ир-Дар готов на все, он не оставит такую красавицу в беде, она что-то шепчет, но слов разобрать невозможно, Ир-Дар наклоняется к ней все ближе и ближе, вот он уже касается ее прекрасного тела своим, на нем уже нет доспехов, одна изорванная накидка, все ближе и ближе… Что же она шепчет? Так трудно разобрать слова… Еще ближе, он должен слиться с ней, чтобы понять… А губы девушки продолжают беззвучно произносить слово за словом… слово за словом…

— Ир-Дар, очнись! Что ты делаешь???

Какой неприятный голос, зачем их только перебивают? Но Ир-Дар почему-то не может игнорировать этот голос, он злится и раздражается, пытаясь снова вернуться в сладкие объятия незнакомки. Но то состояние упоения куда-то бесследно пропадает, а незнакомка продолжает что-то говорить, и Ир-Дар уже может отличить отдельные слова…

— Мы славно повеселились, юноша, а теперь за дело! — говорит прекрасная девушка голосом Зервана, и искусно увиливая от рук Ир-Дара, которые с жадностью тянуться к ее горлу, улетает в пустоту на метле. Вот он знакомый свист, который Ир-Дар слышал с закрытыми глазами!

Ир-Дар в бешенстве носится по залу — как он мог попасться на такой хитрости! А что было, если бы Миа не позвала его? Он бы поцеловал Зервана? Какая мерзость! Он непобедим — подумал Ир-Дар в отчаянии, что я могу сделать с ним??? Но долго над этим юноше раздумывать не пришлось, потому что перед ним возник Зерван в своем привычном виде.

— Браво! Браво! Передо мной стоит настоящий герой! Будем считать, что сегодня победил ты! — Зерван великодушно улыбнулся, — но должен признаться, что самое интересное еще впереди. Я ведь знал, что ты ни за что не захочешь отдать мне ребенка. А к цели все равно приведешь! Обязательно, сам даже не подозревая как… Кхе, кхе…

— Не бывать этому! — Ир-Дар был разъярен и вполне способен придушить Зервана, если бы… если бы, конечно, тот всегда оставался Зерваном, а не менялся поминутно…

Отложив свои кровожадные помыслы до лучших времен, он схватил оцепеневшую от всего происходящего Миа и устремился с ней к одной из дверей с золотыми ручками. Дверь без хлопот открылась, и друзья заскользили вниз по наклонной плоскости в полнейшей темноте.

— Что и требовалось доказать! — спокойно заключил никуда не торопившийся Зерван. — значит это была именно та дверь! Ну что ж, они мне проложат дорогу, а я отправлюсь следом!

ГЛАВА 37

Ариэль и не предполагала, что здесь может быть так красиво. И не просто красиво, а спокойно, радостно, уютно, безопасно. Колонны из золотого света, уходящие в небо, росли как деревья на мягкой, покрытой мхом земле. Колонны казались живыми существами, у девушки было впечатление, что они дышат, чувствуют, понимают. Ариэль даже захотелось заговорить с одной из них, но она решила отложить столь волнующее знакомство на потом. Несмотря на то, что в колоннах преобладало золотое свечение, внутри струились потоки зеленого, розового, фиолетового света. Сколько хватало глаз, они переплетались в причудливые узоры, каждый из которых не повторялся, и в каждом была симметрия и гармония. Ариэль зачарованно переходила от одного золотого столба к другому, не в силах оторвать глаз от этого чуда. Наконец, любопытсво пересилило, и она оглянулась по сторонам — золотой лес продолжался в бесконечность, сквозь мох, словно редкие драгоценные камни пробивались маленькие цветы. Все здесь имело свое свечение, будто ореолы окружали каждую даже самую маленькую травку. И раскидистые деревья, и вода в речке неподалеку, и облака на небе — все светилось, искрилось, переливалось! Ариэль была в полном восторге!

Вот только что-то не состыковывалось в ее голове. Они же отправлялись в логово к Зервану, а попала она в настоящую благодать. Может, Зерван вовсе не был таким злостным, как про него вещали со всех сторон? А может, она просто отбилась от своих… Да, наверное, она потерялась. И это было не первый раз. Подвижная и любознательная Ариэль привыкла к тому, что если все шли в одну сторону, она всегда сворачивала в другую — уж очень не хотелось пропустить ничего интересного, что могло лежать ну буквально в двух шагах от проторенной дороги. И теперь, пока эти сумасшедшие влюбленные сломя ноги мчались на поиски своих потерянных половинок, думая, что спасают мир, она вдруг задалась вопросом, что осбирается делать Зерван с ребенком — зачем тот ему нужен? Ну, изменить мир, понятное дело, или создать свой собственный, тоже неплохая идея — но как именно это произойдет? Что такого особенного было в том малыше? Вопреки строгому наказу Ир-Дара мысленно держаться вместе во время перемещения, чтобы не отстать от группы, она невольно возвращалась к занимавшему ее вопросу. И немудрено, что на каком-то повороте осталась совсем одна, а потом ее катапультировали сюда.