Катарина Керр - Дни знамений

– Ты не сумеешь поймать меня, и не старайся, – сказала она. – Но я всегда соблюдаю уговор. И сейчас обещаю, что отдам кинжал в обмен на кольцо.

– Ну, если тебе оно так сильно необходимо…

Он начал стаскивать кольцо с пальца, и она подступила ближе, скользя над травою, сразу сделавшись выше ростом, и золотые глаза ее сверкали в ореоле нереального лунного света. Вдруг Родри стало страшно, он заколебался, отступил, и кольцо осталось у него на пальце.

– Послушай, зачем тебе нужен этот кусочек серебра?

– Это не твое дело! Дай его мне!

Она придвинулась еще ближе, он снова отступил на шаг. Она нависала теперь над ним, вскинув руку с кинжалом для удара, и волосы ее развевал ветер неведомого мира.

– Остановись! – раздался вдруг мужской голос. – Ты не имеешь никакого права на это кольцо!

Родри никого не увидел, но женщина сразу приобрела обычный эльфийский вид, и рука ее безвольно повисла.

– Оно принадлежало этому человеку задолго до того, как я начертил на нем руны. Ты знаешь это. Смирись!

Только сейчас обладатель голоса стал видимым. Мужчина с волосами невероятного желтого цвета и губами алыми как вишни встал между ними, улыбаясь, но улыбка его напоминала больше волчий оскал. Его длинное одеяние было столь же ярко-синим, как и глаза. Потрясенный вконец Родри осознал, что видит его так явственно потому, что заря уже окрасила восточный край неба, а значит, краткий разговор с женщиной занял всю ночь.

Женщина же теперь стояла, повесив голову, и пинала ногой комок сбившейся травы, словно нашкодившая девчонка.

– Отдай кинжал, – велел мужчина.

С воплем ярости она швырнула кинжал, метя в голову Родри.

Он едва успел пригнуться, а когда выпрямился, никого рядом уже не было. Кинжал лежал рядом, поблескивая в лучах поднимающегося солнца. Родри подобрал его и ощупал, убеждаясь, что клинок ничуть не изменился, и почему-то это его удивило. Засунув кинжал в ножны, он пошел по направлению к лагерю, не отнимая руки от рукояти.

– Родри!

От неожиданности Родри громко вскрикнул. Мужчина с желтыми волосами виновато улыбнулся.

– На твоем месте я бы предпочел покинуть земли Запада, – сказал он. – На землях людей она тебя преследовать не станет.

С этими словами он исчез окончательно. Родри всю дорогу до лагеря промчался бегом.

Тризна давно завершилась. Большинство народу спало, утомившись после долгих печальных обрядов. Только Калондериэль с несколькими подростками сидели у вновь разведенного костра рядом с шатром банадара, и стайка собак крутилась рядом.

– Где ты был? – спросил Калондериэль.

– И сам не знаю, – ответил Родри, садясь с ним рядом.

Калондериэль внимательно присмотрелся к нему, затем одним взмахом руки отослал и мальчишек, и собак:

– Идите отсюда! Идите куда хотите, лучше всего – спать. Но подальше отсюда!

Ожидая, пока они не отойдут подальше, банадар подбросил дров в огонь.

– Не хочу, чтобы слухи пошли, – сказал он наконец. – Как ты можешь не знать, где был?

– А вот так: я думал, что стою в миле от лагеря, на берегу озера, а оказалось, что прошла вся ночь. И я видел женщину, которая появлялась и исчезала на манер Вольного народца.

Родри подробно пересказал все происшествие, упомянув теперь и предыдущие случаи. Калондериэль слушал молча, но лицо его отражало все возрастающую озабоченность.

– Опекуны, – произнес он наконец. – Ты встретился с двумя Опекунами. Я не знаю досконально, что они собою представляют, но каким-то образом они связаны с нашим народом. Они, конечно, не боги, но и не эльфы вроде тебя или меня, и не люди, как твоя родня с другой стороны. Более того, они не имеют отношения и к Вольному народцу, хотя ведут себя зачастую как духи. Мне доводилось слыхать целые возы россказней и сказок про них. Говорят, что иногда они причиняют вред тем, кого встречают, но чаще оказывают помощь, почему их и прозвали Опекунами. Барды утверждают, что в битве при Ринбаладелане один из Опекунов сражался бок о бок с королевскими лучниками, но даже его чары не помогли сдержать напор вражьих орд.

– Значит, по-твоему, я должен последовать совету этого парня?

– Видимо, да. Боги, ну почему Адерина нет с нами! Нам нужен совет чародея, ох как нужен!

– Я не понимаю, отчего он так и не явился на алардан. На старика это не похоже!

– Вот-вот, – Калондериэль неожиданно зевнул во весь рот. – Ладно, давай-ка пойдем спать. Ночь была во всех отношениях плачевная, что и говорить. А во сне, быть может, ты увидишь что-нибудь полезное!

Однако Родри не приснилось ничего, кроме долгой дороги, на которую ему, изгнаннику, пришлось ступить, сделавшись наемником. Проснувшись, он сразу все забыл, как случается со сновидениями, но какой-то осадок в душе тревожил его весь день, подобно дурному предзнаменованию. Он был один в шатре банадара, остальные воины, выспавшись, разошлись, но снаружи слышался чей-то возбужденный шепот. Родри оделся, вышел и наткнулся на кучку дружинников, бледных и трясущихся; в середине стоял, подбоченившись, юный принц Даралантериэль, с очень сердитым выражением лица.

– Что здесь происходит? – сразу же насторожился Родри.

– Ты уж прости, господин, – сказал принц, – но тут пошли толки про призраков, и я пытаюсь вбить хоть сколько-нибудь здравого смысла в их головы!

– Отлично, – Родри повернулся к Дженнантару, из всех дружинников обычно самому трезвомыслящему. – Ну, и что…

– Можете издеваться над нами, а мы все-таки ее видели! – воскликнул Дженнантар. – Видели Олддну, ясно, как тебя, на краю лагеря!

Все остальные усердно закивали головами, подтверждая это нелепое заявление.

– Призраков не существует! – рявкнул Даралантериэль. – Только круглоухие верят в подобную чушь. Ох, сударь, прости мою грубость…

– С тактичностью у тебя пока неважно, верно, сынок? – усмехнулся Родри. – Но твои извинения я принимаю. Давай посмотрим на происшествие вот с какой стороны: воины что-то видели, выясним же, что именно?

– Рад слышать, что кто-то верит моему слову, подкрепленному клятвой, – Дженнантар бросил на Даралантериэля злой взгляд.

– Хватит! – резко перебил его Родри. – Ты все-таки не забывайся, на кого волком смотришь! Рассказывай: где и что видел?

Дженнантар повел Родри прочь из лагеря, на опушку леса. Толпа любопытствующих потянулась за ними.

– Точнехонько здесь, – эльф указал на просвет между двумя древними соснами. – Она стояла между этими деревьями, да, в тени, но мы видели ее ясно, всю закутанную в белое полотно, и волосы у нее были белые тоже!

– Казалось ли ее тело плотным, или сквозь него просвечивали предметы, как сквозь дым?