Александр Анфилатов - Изумрудная долина

   Станислав согласно кивнул головой.

   -- ...Я не настолько честен в этом вопросе, как может показаться на первый взгляд, если бы в море нашлось нечто стоящее, будь уверен...

   Энолы уже прошли ворота, и Ярослав вынужденно ушел со стен.

   Принца Клодоальда встретил в мегароне, один на один люди и энолы остались за порогом помещения.

   -- Сакора Мирано Нур-ун-Ниса-инаят Клодоальд, - с поклоном приветствовал Ярослав, показывая по местному обычаю чистые руки, -- надеюсь, события вчерашнего дня станут лишь досадным недоразумением в нарождающихся взаимоотношениях наших народов и не повлияют на дружбу в будущем.

   Принц выглядел слегка растерянно, обычная надменность наедине сменилась живым интересом.

   -- Сакора Мирано Дхоу! - кивнул головой Клодоальд. - Я надеюсь, удастся представить перед советом происшедшее вчера как недоразумение, но в наших отношениях слишком много предвзятости и непонимания, мы слишком разные, но нам с Вами, Дхоу, необходимо найти решение.

   -- Вижу, ваши соплеменники созрели для разговора... -- усмехнулся Ярослав.

   Принц Клодоальд молча склонил голову.

   -- ...В таком случае стоит сразу перейти к делу, мы плохо представляем обычаи энолов, поэтому для страховки требуем фактического подтверждения наших, -- Ярослав похлопал в ладоши, и в зал с черного, бокового хода вошли двое: Анна и старший сын Колтуна Нейрос, занявший возле отца место погибшего Богами. Ярослав представил вошедших:

   -- Эта юная леди, знаток законов индилингов, на нее будет возложена миссия подготовить договор в традициях нашего народа. Нирос хорошо знает язык ласу, модонов и энолов. На него ляжет перевод. Как я уже предупреждал, во избежание разночтений список языка индилингов станет преобладающим. Вы готовы пойти на это и согласны ознакомиться с предварительным текстом?

   Принц коротко согласился.

   -- Да! - он принял из рук Нироса бумагу с черновиком.

   -- Обратите внимание, Нур-ниса Клодоальд, -- бесстрастно заметил Ярослав, -- для легкости понимания под каждым словом языка индилингов стоит соответствующее слово или фраза языка энолов.

   После нескольких минут углубленного чтения принц раздраженного высказал свое мнение:

   -- В общих чертах понятно и разумно, но много ошибок, и почему так длинно? Разбирается каждая ситуация, оговариваются почти все возможные и нереальные случаи. Разве нельзя короче? Здесь целый список... Мне все это придется прочесть во время произнесения клятвы.

   -- Нам обоим! - многозначительно уточнил Ярослав.

   Принц Клодоальд недовольно помотал головой, вздохнул:

   -- Полный бред!

   -- Таковы наши традиции, -- безнадежно развел руками Ярослав, -- однако согласитесь, все разумно и по существу.

   -- Согласен, разумно, но почему требуется столь подробно расписывать (разбирать) вопрос защиты чести Нур-ниса? Почему не сказать проще, берем на себя ответственность за сохранение чести Нур-ниса, а не обнародовать каждую из возможностей, в конце концов, это просто неприлично!

   -- Понимаю Ваше возмущение, но хочу заметить и обратить внимание на пункт девять в разделе "О защите чести и достоинства принцессы". Здесь разбирается порядок действия договорных сторон в случае, когда таковая будет утрачена добровольно, или достоинство оскорблено по согласию самой Нур-ниса. В случае общей фразы "Берем на себя ответственность...", ваша сторона может рассматривать оскорбление, как нарушение договора, но фактически, наша сторона будет невиновна в произошедшем. Этим пунктом удаляется возможный предлог для нарушения договора.

   Принц сделал кислую мину, будто проглотил пилюлю:

   -- Хорошо, в этом случае можно согласиться, но вот говорится: "...сторона обязана оплачивать содержание Нур-ниса десять золотых долей в год". Невероятная наглость, сторона пленника оплачивает его содержание!

   Ярослав терпеливо старался объяснить:

   -- Мы исходили из того факта, что после заключения договора и принесения клятвы Нур-ниса перестает быть пленником, а остается нашей гостьей на ближайшие семь лет. Как известно, гости сами оплачивают расходы совместно с хозяевами. Дело в том, что мы не в состоянии обеспечить Нур-нисе условия проживания, равные с Майорингом и Намгейлом. Только те, что будут возможны, значит, лучшее должна оплачивать ваша сторона, и десяти золотых достаточно для содержания охраны, дома, прислуги. Мы же можем обеспечить только комнатушку в крепости и одну из наших девушек.

   -- Все едино, не могу согласиться! - твердо протестовал принц. -- Кроме того, это еще и большая сумма! Вы просто непомерно завышаете требования!

   -- Но ведь вам нужен крайншен?

   -- Нужен! - грустно согласился принц.

   В течение нескольких последующих часов сумели согласовать весь текст, необходимый для клятвы и договора. Ярослав опасался, что предложение о главенстве текста индлингов вызовет непонимание со стороны энолов, но это не вызвало серьезных вопросов. Энолы больше придирались к объему уточнений, с их точки зрения бессмысленных и само собой разумеющихся, но в определенной степени здесь крылся подвох. Ярослав видел его и не давал возможности обмануть, как это случалось с местными. Энолам часто удавалось играть на безграмотности и непредусмотрительности людей, отчего те справедливо считали их обманщиками, не держащими слово.

   В результате напряженных переговоров удалось составить документ, который устроил обе стороны. Часть предложенного ранее была сокращена, кое-что добавлено, и внесена масса поправок, без которых привести обе версии к единому пониманию было невозможно. Весь остаток дня ушел на споры, переписывание по десятому разу и бесконечные переговоры один на один, когда из мегарона выгоняли всех лишних людей и энолов.

   К вечеру подошли вплотную к самому обряду. Сохраненный в прошлом дубок подле Мегарона вполне удовлетворил энолов. Крепкое, молодое дерево часто служило укрытием от солнца для тех, кто по каким-то причинам был вынужден находится на площади под его жаркими лучами. С его ствола удалили часть коры величиной с ладонь, и как полагалось, в присутствиисвидетелей принц Клодоальд произнес клятву за себя и всех энолов. Клятва оказалась, по их меркам, слишком длинной, но принц произнес ее слово в слово, не сокращая и не добавляя, чему свидетелем был ласу Нирос, знакомый с языком.

   Со стороны людей текст договора прочел Ярослав как вождь и глава колонии. Немедленно по зачтении клятва считалась вошедшей в силу, и энолам был передан сверток крайншена, а Миэле освобождена из плена прямо на площади и к ней приставлена охрана. Энола была свободна в пределах крепости и окрестностей, но не имела права покидать долину или сбегать от стражи.