Алла Рут - Агентство "Аргентина"

- Что угодно. Родителей, свою прежнюю жизнь, и даже собственное имя!

- Э? Даже так?! Святые ежики, это как-то… - неуверенно начал Бахрам.

- Мне никогда еще не доводилось накладывать заклятья на детей, - признался Ньялсага. - Я понятия не имею, что может произойти. Вот если бы это был детеныш кого-нибудь с волшебной кровью, тогда все ясно… но твой Соловьев-то – обычный ребенок!

В комнате повисло молчание.

- Этот вариант не подходит! - твердо сказала Алина-барракуда.

- А то, что он разболтает, что видел настоящего гнома – подходит? – осведомился Ява.

Ньялсага поднялся и сделал несколько шагов по комнате.

- Если бы у меня было время, я создал бы заклинание специально для него. Он бы забыл только то, что видел здесь. Но, - заклинатель побарабанил ручкой по столу. - Не могу я сейчас тратить время на твоего пятиклассника! Первым делом – заклинания на арбалете и Гинзога. Все остальное – потом.

Он взглянул в сторону соседней комнаты.

- Делай с ним, что хочешь, но следи, чтобы он язык за зубами держал. В школе сейчас каникулы? Отлично. Посади под замок – и пусть посидит пару дней. И телефон отключить не забудь. А там видно будет…

Ява поднялся с дивана.

- Если мы через два дня будем в Своре, то пятиклассник Соловьев нас волновать не будет.

- Вот именно. Слушайте дальше. Ты, Ява, возвращайся в «Химеру». Твой защитный амулет я сейчас обновлю… Бахрам, ищи гномов и вези сюда. Запри их здесь хорошенько, да сгиллу замкнуть не забудь! Алина, тебя с Соловьевым я сейчас отвезу домой. Ты поговори с ним, чтоб он не болтал, проведи воспитательную работу. Или лучше я…

- Нет уж, я сама!

Она открыла дверь в другую комнату.

- Соловьев, собирайся, - скомандовала Алина-барракуда и прищурила глаза. – Чем это вы тут занимаетесь?!

Пятиклассник Соловьев и гном Фикус были поглощены изучением свойств едкой слюны гнома.

- Смотрите, Алина Сергеевна, что он умеет! – завопил Соловьев, завидев на пороге учительницу. – Вот это так суперспособности! Фикус, давай!

Польщенный гном приосанился, скорчил рожу, которая несомненно должна была означать: «Могу еще и не это!» и плюнул. Белый линолеум зашипел, задымился, и на полу возле шкафа образовалась черная безобразная дыра.

- Ух, ты! – выдохнул потрясенный Соловьев, рассматривая прожженный пол. – Круто!

- Это совершенно не круто! – отрезала Алина. – Фикус! Прекрати сейчас же!

Она повернулась к пятикласснику.

- Сию же минуту едем домой!

И многозначительно прибавила.

- Нас ждет серьезный разговор.

Однако пятиклассник Соловьев начал серьезный разговор немедленно.

- А Фикус?

- Что - Фикус? Он здесь останется.

Но случилось непредвиденное: Соловьев уперся и наотрез отказался уезжать без новоиспеченного друга.

Алина-барракуда использовала все известные ей педагогические методы, прекрасно срабатывавшие даже в буйных девятых классах, но потерпела неудачу и в отчаянии махнула рукой: спорить с пятиклассником времени не было.

- Тролль с вами, - устало сказала она, делая вид, что не замечает выражения лица Явы, молча наблюдающего за происходящим. – Пусть твой дружок с нами едет. Но только до завтра, ясно?

Обрадованный Соловьев закивал.

- И дома у меня – не плеваться! – как можно строже сказала Алина.

Пятиклассник Соловьев и гном Фикус отбыли вместе с Ньялсагой.

На «Зеленый дракон» персонально для Фикуса, пришлось наложить кое-какие заклинания, чтобы гном чувствовал себя спокойно, кроме того, по дороге Ньялсага намеревался провести с пятиклассником вдумчивую беседу, а по приезду домой к Алине – начертить на двери парочку сгилл, которые бы не позволили Фикусу самовольно покинуть квартиру.

Алина же села в машину к Яве и всю дорогу дулась, намекая на то, что неплохо бы ему извиниться за свое поведение, но Ява по части игнорирования женских намеков был большой мастер, так что ей волей-неволей пришлось начать разговор первой.

- Высади-ка меня у магазина. В доме хлеба – ни крошки. И овсянка кончилась. А ребенок должен получать полноценные калорийные завтраки, которые обеспечат его необходимыми…

Ява остановился у небольшого супермаркета.

- Можешь меня не ждать, - милостиво сказала она. – Сама дойду. До моего дома – десять минут проходными дворами.

- Не задерживайся, - предупредил Ява.- Ньялсага с твоим детским садом возиться не станет, на меня скинет. А я нянькой работать не собираюсь!

Она сердито хмыкнула.

…По продуктовым магазинам Алина любила ходить, не спеша, обдумывая рецепты, которых знала великое множество. Хорошо бы, конечно, погулять в супермаркете подольше, чтобы Ява вдоволь успел насладиться общением с пятиклассником Соловьевым. Отомстить за то, что когда совсем недавно, когда она угощала друзей изысканно приготовленными спагетти по-неаполитански, Ява ни с того, ни с сего вдруг процитировал: «Бог создал продукты, а дьявол – поваров». Правда, позже, он клялся, что не имел в виду ничего такого, но Алина была знакома с Явой не первый год и отлично знала цену его клятвам и заверениям.

Она купила пакет овсянки, яблоки и изюм, необходимые для полезного и богатого витаминами завтрака ребенка-школьника. Какое бы ужасное будущее не ожидало ее, как бы ни трещал мир, грозя развалиться, еще два дня ребенок должен получать сбалансированное полезное питание. По истечении же этого срока с учительницей географии пятикласснику Соловьеву лучше было бы не встречаться.

С такими невеселыми мыслями, она покинула магазин и поспешила домой. На улице уже темнело, зажглись фонари, вспыхнули неоновые вывески магазинов и кафе. Возле киоска Алина привычно свернула в подворотню: дворами можно было добраться до дома гораздо быстрей, а хулиганов она не боялась.

Обычно по дороге домой Алина предавалась приятным мыслям: обдумывала проведение внеочередной контрольной работы в девятых классах или перебирала в уме разнообразные способы запугивания пятиклассника Соловьева.

Но сегодня ей вспоминался то вампир Трефалониус, собирающий контракты у ничего не подозревающих людей, то мертвая ведьма Гинзога, то закрадывались в голову сомнения, удастся ли Ньялсаге снять заклинания с арбалета.

Алина так погрузилась в собственные мысли, что заметила внезапно появившегося прямо перед ней высокого человека в кожаной куртке, похожей на средневековый камзол, только тогда, когда почти наткнулась на него.

- Поздно же ты возвращаешься домой, прекрасная Алинеса, - негромко произнес человек.

Алина остановилась, как вкопанная.

- Дэхарн? - удивленно спросила она. - Откуда ты знаешь мое имя? Меня уж много лет так никто не называет.

Оборотень усмехнулся.

Алина покосилась на прошмыгнувшую мимо парочку.