Екатерина Соловьева - Ведьма 2

Несколько секунд я переваривала полученную информацию, потом подозрительно воззрилась на него. Похоже, идея ему нравилась. И вообще, неожиданно он получал удовольствие от всего происходящего. Я безнадежно махнула рукой. Если уж Влад встал на сторону мамы, с ними обоими мне не тягаться. Он подскочил ко мне, подхватил на руки и счастливо закружил по комнате. В это время вошла мама и скромно остановилась в дверях.

— Мы согласны на все, — заявил счастливый Влад.

Ма радостно всплеснула руками и тут же исчезла. По дому разнесся ее торжествующий крик. Она призывала отца порадоваться вместе с ней. Подозреваю, что после всего этого она возлюбила моего мужа еще больше.

Последующие несколько дней меня с утра до вечера таскали по самым изысканным салонам, покупая, на мой взгляд, совершенно бесполезные вещи. Влад встретил в аэропорту наших гостей, и Рада присоединился к маме в упрямой настойчивости свести меня с ума от всех этих приготовлений. Конечно, Рада пришла в тихий ужас, узнав, что мы собрались венчаться. Она покрутила пальцем у виска, многозначительно глядя на своего ученика. Тот только хохотал, поочередно обнимая то меня, то ее. Более выдержанный и мудрый Ратмир отнесся к этому философски:

— Почему бы не заручиться поддержкой еще одного бога?

После такого заявления старого мага, Рада обреченно вздохнула и, сделав скептическое лицо, унеслась к моей маме для новых обсуждений свадебного торжества.

Я сумела выкроить время, чтобы уединиться с Ратмиром и поведать ему о нападении на меня темного мага и участия в этом деле Светланы. Ратмир тут же связался со Старейшинами Леопардов и предупредил их об опасности, исходящей от девицы. Ему клятвенно обещали предпринять все возможное, чтобы нейтрализовать ее. Мне, правда, пришлось соврать, что самого мага я упустила, обещала ведь отцу Славки не выдавать его.

Отец забрал Влада для поездки по магазинам. Мужчины поехали за свадебными смокингом для любимого и венчальными кольцами, хотя я-то знала, что настоящее кольцо получу на клановом обряде. Я уже видела это кольцо. Старинное украшение, переданное бабушке Влада ее бабушкой. Маленький золотой леопард с бриллиантовыми глазками и древней рунической гравировкой на внутренней стороне. Когда Влад одел мне его на руку, леопард сверкнул бриллиантами и обвил хвостом мой палец. С большой неохотой он отпустил меня, когда мы коллективно стали его снимать. Но я уверила его, что скоро мы снова с ним встретимся, после торжественного магического обряда, соединяющего нас в Вечности. Но для венчания этот перстень не подходил. Влад купит обычные широкие церковные кольца и сделает с обратной стороны гравировки. На его кольце будет мое имя, на моем — его. Все очень красиво и романтично.

Для венчания мама выбрала белое платье, но я, закатив очередной скандал, отстояла свое право на выбор. Мне безумно понравился шикарный наряд из белого шелка, расшитый спереди красными цветами. Сзади с открытой спиной и красной же вставкой до пола. Влад упадет, когда увидит меня в этом! Неожиданно, и Ма, и Рада, и Дена одобрили наряд. К нему прилагались бело-красные митенки до локтя и маленькая фата с красной аппликацией. Все это великолепие привело меня в неописуемый восторг. И вот я уже с нетерпением ожидаю означенного дня нашего торжества. Рада втихаря преподнесла мне потрясающую в своей эротичности кружевную красную подвязку, лукаво подмигнула мне и, оставив меня полностью потрясенной, снова унеслась к маме на совет. Дамы выбирали карету и составляли меню праздничного ужина.

Дети, совершенно обалдевшие от всех этих приготовлений, носились кругами по саду, периодически вытаптывая мамины драгоценные посадки. Улучив момент временного затишья, я увезла их в город развлекаться. Нагулявшись в парке, накатавшись на аттракционах и наевшись до отвала, мы, еле волоча ноги, двинулись в сторону дома. До стоянки такси оставалось совсем чуть-чуть, и мы уже предвкушали, как с комфортом там расположимся (я, признаться, устала таскать на себе отъевшегося со времени нашего знакомства Бажана), как вдруг прямо у нас перед носом выросла Светлана, собственной персоной. Торжествующая улыбка не вызывала сомнения в ее намерениях. Красотка решила взять дело в собственные нежные ручки и уничтожить меня лично. Даже обладая привычной магией, я не могла бы защищаться, прижимая к груди маленького ребенка и, окруженная двумя другими детьми с обеих сторон. А она-то была уверена, что я вообще лишилась всей Силы! Поэтому Светлана не торопилась. Она с хищным оскалом поприветствовала меня, приподняла подбородок Руслава и прищурилась:

— Это ты, маленький маг, освободил дядю Влада? Придется убить тебя первым.

Владимир храбро выступил вперед, пытаясь загородить меня плечом. Мальчик был самым старшим мужчиной в нашей компании и чувствовал ответственность, лежащую на нем. К тому же, благородная кровь его отца текла в его жилах, с самого рождения его предназначением было защищать слабых.

— Не трогайте маму! — твердым голосом приказал он, держась все время лицом к противнику.

Светлана расхохоталась:

— Твой отец погиб из-за этой тетки, а ты ее мамой зовешь? Забавно. Надежда, ты несешь мужчинам смерть, а потом забираешь их детей. Это у тебя такая традиция?

Я молчала. Отчего бы не дать человеку выговориться? Не услышав ответ на свое глубокомысленное замечание, она продолжила:

— Влада я тебе не отдам, а то ты его тоже угробишь. Со мной ему будет лучше, и уж точно безопасней.

— Ты долго болтать-то будешь?

Светлана не успела закрыть рот, да так и замерла с неприлично раззявленными челюстями. Она никак не могла понять, почему же я такая смелая. Зашипев от ненависти, она просто выплюнула мне в лицо:

— Ненавижу! Легенда ходячая! Уничтожу всю твою семейку! Сначала деток, чтобы ты посмотрела.

Она щелкнула пальцами перед носом у Руслава, но, судя по всему, не достигла эффекта, так как ничего видимого не произошло. Эх, жаль, я не имею магического зрения. Интересно, все же, как скоро вернутся все мои способности? Владимир что-то быстро зашептал, и Светлана вскинула руку. Может, мои юные мужчины и справятся самостоятельно, но проверять я не стала. Просто склонила голову набок, оглядывая девушку с головы до ног. Она замерла, словно превратилась в соляной столб, как женщина в одной библейской истории, любившая свой дом и очаг в родном городе больше, чем бога. На окаменевшем теле магички жили только глаза. Горели они дикой ненавистью, а еще бесконечным непониманием. Я подумала, что пора бы уже появиться кому-то из Древних. Наблюдатели, тоже мне! А как распинались о моей для них бесценности. Вот убили бы меня, и кто бы им тогда рожал их Обещанную? Нет, я, конечно, могу справиться сама, но почувствовать себя слабой беспомощной женщиной иногда бывает приятно.