Питтакус Лор - Падение Пятого

— Простите, что лгал вам насчет этого, но иначе было нельзя. Я пробыл на этой планете всего полгода, когда меня обнаружили, — объясняет Пятый с сожалением. — Мой Чепан к тому времени помер от какой-то гнусной человеческой заразы — тут я не врал, только не упомянул дату смерти. Могадорцы взяли меня к себе. Помогли мне. Как только вы прочтете Великую Книгу, то поймете, что они нам не враги. Вся эта планета, да что там планета — вся Вселенная может быть нашей.

— Они что-то сделали с тобой, Пятый, — говорю я почти шепотом, испытывая к Пятому жалость и в то же время напуганная его поведением. — Ничего. Мы тебе поможем.

— Только отпусти Девятого, — добавляет Восьмой. — Мы не хотим тебя бить.

— Бить меня? — повторяет Пятый со смехом. — Хорошая шутка.

Он выдергивает Девятого из воды и с силой швыряет в сучковатое дерево. Я пытаюсь замедлить полет Девятого с помощью телекинеза, но все происходит очень быстро, а Пятый слишком силен. Девятый ударяется спиной о ствол, да так мощно, что вздрагивают даже самые верхние ветки. Он вскрикивает, его тело изгибается, и я и без проверки знаю, что он сломал ребра, а может, даже и спину.

— Вы хоть представляете, как тошно мне было притворяться слабаком? — спрашивает Пятый, втягивая назад свою резиновую руку, пока она не приобретает нормальный вид. — В лучшем случае, вас тренировали жалкие Чепаны, слабо представлявшие, как быть с вашими Ларцами и Наследиями. Вы всегда блуждали в потемках, не получая нужной информации. Меня же тренировали в сильнейшей армии во Вселенной, и ты грозишься побить меня?

— Типа того, — отвечает Восьмой.

Он превращается в десятирукого льва-человека и нависает над Пятым, но прежде, чем Восьмой успевает напасть, Пятый прикладывает к губам обсидиановую флейту. Услышав ее переливы, трехголовая тварь, спокойно лежавшая в сторонке, внезапно подпрыгивает в воздух и набрасывается на Восьмого. Она бьет крыльями и клацает зубами. В ответ Восьмой пускает в ход когти. Два громадных существа падают на землю и начинают кататься в грязи, обмениваясь ударами. Пятый поворачивается к ним и с выражением легкой заинтересованности на лице наблюдает за схваткой своего ручного монстра и Восьмого.

— Не пораньте друг друга, — кричит им Пятый. — Мы все ещё можем стать друзьями.

Не пойму, шутит ли Пятый или у него на самом деле мозги набекрень, но главное — он отвлекся. Девятый стонет под деревом, пытаясь подняться, но, похоже, у него отнялись ноги. Шестая так и лежит без движения. Даже не знаю, кому из них моя помощь нужнее, но Шестая ближе, так что я подбираюсь к Шестой, падаю возле нее на колени и прикладываю руки к ее поврежденной голове.

Внезапно меня поднимает над землей. Ноги повисают в воздухе. Это Пятый. Он вздернул меня в воздух, воспользовавшись телекинезом.

— Прекрати! — кричу я. — Дай мне ее вылечить!

Пятый разочарованно качает головой:

— Я не хочу, чтобы ее лечили. Она как Девятый — ее ни за что не переубедить, и не перечь мне, Марина.

Ветка ударяет Пятого в затылок. Он теряет концентрацию, и я падаю обратно на землю. Пятый резко оборачивается, и как раз вовремя, чтобы заметить, как Девятый запускает в него еще одну ветку с помощью телекинеза.

— Умно, — говорит Пятый, легко отбивая «снаряд» Девятого.

— Иди сюда, гаденыш! — рычит Девятый, умудрившийся-таки сесть, привалившись к стволу дерева. — Мне не нужны ноги, чтобы отпинать твою толстую жопу.

— Так и будет сквернословить до гробовой доски, — вздыхает Пятый. — А знаешь, что сейчас творится в Чикаго? По твоим шикарным апартаментам разгуливают могадорцы, и я хочу, чтобы, умирая, ты знал, Девятый, что твой вонючий дворец сожгут дотла и сравняют с землей.

— Ты рассказал им про Чикаго?! — в ужасе кричу я. Эта новость меня просто шокирует, но когда Пятый поворачивается ко мне, я понимаю, что это наш шанс. Похоже, он в восторге от звука собственного голоса… Вот и славно, этим можно его отвлечь. Девятый не в том состоянии, чтобы драться, значит, я должна выиграть время. — Как ты мог так поступить? А как же Элла и остальные?

— С Эллой все будет в порядке, — отвечает Пятый. — Возлюбленному Вождю она нужна живой.

— Живой? Но зачем? Я думала, он хочет нас всех убить.

В ответ Пятый лишь загадочно улыбается и вновь поворачивается к Девятому.

— Ответь мне, Пятый, что ему надо от Эллы? — ору я, чувствуя, как меня снова захлестывает паника, но он игнорирует мой вопрос и чинно направляется к Девятому. Надеюсь, Девятый продержится достаточно, чтобы я успела вылечить Шестую. Я снова подбираюсь к ней и кладу ее голову себе на колени. У нее пробит череп, сломаны нос и челюсть. Я пытаюсь сконцентрироваться и направить на нее леденящую энергию моего Наследия.

Однако меня отвлекает жуткий вопль. Восьмой сумел-таки прижать монстра. Две его головы безжизненно повисли. Средняя еще огрызается, яростно щелкая зубами. Восьмой, изловчившись, хватает челюсти чудовища шестью лапами и рывком раскрывает его пасть, разрывая ее пополам. Тварь судорожно дергает огромными крыльями и замирает, начиная медленно распадаться.

Пятый переводит внимание на Восьмого:

— Браво! — кричит он. — Но уж поверь на слово, эта тварь далеко не последняя.

Восьмой стоит на коленях в луже грязи. Он принял свой обычный облик, не в силах больше поддерживать форму льва. Я вижу, что он ранен, кровоточащие отметины от зубов твари покрывают его грудь, руки и даже ладони. Он выложился по полной, сражаясь с чудовищем, но все же заставляет себя подняться, несмотря на дрожащие ноги.

Пятый нависает над Девятым, его стальная кожа поблескивает в лучах заходящего солнца, но Девятый только вызывающе улыбается:

— Решил напасть на безоружного, ты, подлый кусок дерьма?

И, не дожидаясь ответа, Девятый обращается к телекинезу. Его трубка-жезл, которую он, должно быть, обронил, когда Пятый впервые схватил его, взмывает из грязи и со свистом летит к хозяину.

Однако Пятый перехватывает ее на лету. Я мысленно отмечаю, что он поймал жезл правой рукой, а значит, шарики, необходимые ему для использования Наследия, зажаты в левой.

Пятый поднимает жезл и, словно щепку, переламывает его о свое стальное колено:

— Вот именно, на безоружного.

Не успевает Пятый и глазом моргнуть, как между ним и Девятым телепортируется Восьмой. Он сильно изранен, тяжело дышит и ссутулился, из многочисленных ран идет кровь, но, несмотря на это, он не собирается сдаваться:

— Прекрати это безумие, Пятый!

Я пытаюсь одним глазом следить за разыгравшейся сценой у дерева и в то же время лечить Шестую. Я чувствую, как начинают срастаться кости черепа, как спадает отек с лица. Надеюсь, я работаю достаточно быстро. Нам очень нужна ее помощь.