Игорь Абакумов - Дойти до неба

17.43.36. Воскресенье 8 мая 1988 г., г. Киев, Вокзальная пл., map #1836.

Все произошло почти так же, как и в кабинете Кроткова тогда, в две тысячи десятом. Мир просто замер где-то между ударами сердца. Обездвиженный Слава лихорадочно искал в доступном секторе обзора любую аномалию, способную прояснить причину пугающего своей непонятностью и неподконтрольностью явления. Что-то вроде лысого мента, способного двигаться в этой замороженной картине маслом.

И аномалия не заставила себя долго ждать. Только это был не лысый.

Первым делом пропали краски. Не полностью, но яркость упала в разы. Как будто в один момент, игнорируя висящее в небе солнце, наступили сумерки. Внутри вокзала по ту сторону площади что-то сверкнуло, выплеснув из окон потоки белого света, и тут же из стен начали медленно выдвигаться неясные полупрозрачные фигуры.

Слава напряженно вгляделся в ближайшее существо. Казалось, что фигура, в которой угадывались человеческие контуры, накрыта чем-то вроде белого светящегося покрывала, обволакивающего тело от макушки до пят. Существа медленно двигались от вокзала по площади, и в их походке виделось что-то странное. Вячеслав очень быстро определил эту странность — они двигались, не шевелясь. Будто и не ступали ногами по земле, а парили в каком-то сантиметре над асфальтом.

Кротков не услышал, скорее — почувствовал напряженный стон пытающегося что-то сказать Димона. Или спросить. А скорее всего — просто выругаться.

Одна из фигур, парящая в авангарде широкой дуги, мягко проплыла над оставшимся неподвижным голубем и вплотную приблизилась к первому на ее пути человеку. Не замедляя и не ускоряя своего полета, призрак вошел в мужчину средних лет и, задержавшись на мгновение, осветил того изнутри яркой вспышкой, подобной электросварке. В какую-то долю несуществующей теперь секунды, Слава увидел разложенную на атомы плоть. Белая фигура рассыпалась, растеклась по атомам мужчины и тут же материализовалась вновь, продолжив свое движение. Межатомные связи восстановились, и человек принял свой прежний облик.

«Да он его сканировал!»

18.56 . Пятница 14 мая 2010 г., г. Санкт-Петербург, ул. Гатчинская, 2, Отдел милиции N 18.

Илья записал в журнал очередное сообщение и быстро положил трубку — в кармане кителя уже секунд тридцать надрывался пейджер сигнализации. Интересно, который? Пару месяцев назад он установил на машину противоугонку с пейджером. И так она ему понравилась, что купил точно такую же и поставил дома — размыкатель на входную дверь и датчик движения в комнату. Воров особо не боялся, так — хохмы ради. Дом был недалеко от работы, и радиуса действия вполне хватало.

Надо же, трещал, как раз, домашний.

— Палыч, — повернулся Илья к дежурному майору. — Я в сортир отлучусь.

— Валяй, — Палыч вздохнул и кивнул подчиненному. — Только не засни там…

Запершись в туалете, капитан присел на крышку унитаза и выудил из кармана большой мобильный телефон. Раскрывшись, аппарат превратился в маленький карманный компьютер. Илья извлек из паза стилус и коснулся на засветившемся экране ярлычка веб-браузера. Пока мобильник устанавливал соединение, он нервно глянул на часы и вытер платком высокий лоб.

Окошко браузера открылось, и Илья ввел в адресную строку последовательность цифр, местами разделенных точками. Выплывшее на экран изображение пестрело оттенками серого и посекундно искажалось помехами. Несмотря на паршивое качество картинки, не узнать рыжую копну волос сидящей за его домашним компьютером девушки Илья не мог.

— Ах, ты ж, сучка…

Словно услышав, Катерина обернулась и посмотрела, казалось, прямо в тот угол комнаты, в котором Илья подвесил цилиндрик веб-камеры. Подвесил так же, как и сигнализацию, хохмы ради. А вот, поди ж ты, сгодилось.

Девушка отвернулась, секунду посмотрела в экран и занесла руку над клавиатурой.

17.43.36. Воскресенье 8 мая 1988 г., г. Киев, Вокзальная пл., map #1836.

Остальные призраки тоже достигли своих первых целей, и толпа на площади озарилась мелькающими повсеместно электрическими вспышками. Одна из фигур прошла сквозь фонарный столб и сидящую рядом кошку.

«Они сканируют только людей».

Призраки методично прочесывали людскую массу, не пропуская ни одного человека. Цепь полупрозрачных фигур медленно, но неотвратимо приближалась к забору, возле которого застыли друзья.

«Антивирус, — слово легло на происходящее идеально, как бриллиант в оправу. — А вирус — я…»

Слава лихорадочно искал хоть какую-нибудь возможность обмануть эту докторскую программу. Хоть… Он наткнулся взглядом на безразличные застывшие глаза одного из ротвейлеров.

«Они не сканируют животных…»

В конце концов, что такое тело в киберпространстве? Скин, набор подпрограмм, видимость. А любую подпрограмму можно… Славин мозг, казалось, зажил своей собственной жизнью и заработал независимо от воли хозяина. Кротков будто бы со стороны наблюдал за тем, как порожденные его разумом команды создают копию собаки, отделяют полученный полупрозрачный клон от оригинала и прячут его в ячейках почти бездонной памяти. Те же процедуры Вячеслав проделал, почти не задумываясь, со второй собакой, Димоном и собственным телом.

Милиционер, держащий в руках какие-то бумаги, предъявленные собачником, рассыпался на атомы, взорванный изнутри проникшим в него призраком.

Когда-то давно, в конце девяностых, Слава некоторое время баловался с программами трехмерного моделирования. Ради интереса создавал различные сказочные персонажи, раскрашивал их и анимировал. Много времени такому хобби он уделить не мог, поэтому мультики получались довольно примитивными. Но с инструментарием этого дела освоился тогда довольно-таки неплохо. И сейчас он даже не заметил, что интуитивно начал применять некоторые из этих инструментов.

Ротвейлер, в глаза которому смотрел сейчас Вячеслав, подернулся белесой дымкой и рывком вывернулся наизнанку. Дымка резко потемнела, став на мгновение непрозрачной, и рассыпалась мельчайшим черным прахом. Оседающие пылинки исчезли, не долетев до асфальта. На месте собаки сидел в неудобной, неестественной позе, приоткрыв рот и чуть высунув язык, клон Базова. В форме, с фуражкой на голове и ошейником на шее.

Призрак, закончив с первым милиционером, перешел ко второму.

Другого ротвейлера Слава превратил в свою копию.

Не в силах повернуть голову, Кротков скосил глаза на сидящего рядом Димона. В ответном взгляде товарища читалось недоумение, щедро разбавленное подозрением.