Наталья Бульба - Ловушка для темного эльфа

Мои брови, как я ни пытаюсь их удержать, устремляются вверх: я настроился на очередной разнос, а здесь… Или это он решил сменить тактику общения со мной.

– И за что же я удостоился такой чести? – Мне всегда было с отцом нелегко. Но была между нами какая-то теплота, которая сглаживала особо острые моменты в общении. Чувствовать себя свободно я не мог никогда, с того момента как взял в руки настоящее оружие. Теперь же непонимание его целей, той игры, в которую он меня втянул, лишило меня возможности и доверять ему.

– Прибыл советник с Земли. Саша принес клятву Старшему Дому Д’Тар. Орки теперь замолчат надолго. – Он спокойно смотрит на меня, хотя и понимает, что говорит сейчас очевидные вещи. – Да и от остальных в ближайшую сотню лет, пока все эти события будут живы в памяти, можно не ожидать кинжала в спину. Все, что мы задумали, выполнено.

– А Лера? – Я ухмыляюсь и отхожу к окну, чтобы не видеть ярость на его лице. Я знаю, он удержит себя от вспышки. Он даже не позволит себе ответить мне язвительно. И, несмотря на его слова, я не уверен, что он освободит мне место правителя. Чтобы отказать мне в этом, можно найти немало весомых аргументов, а отыскивать чужие огрехи он умеет. Не зря же весь Большой Совет Старших Домов смотрит на него с обреченностью храмовой жертвы.

– Ты допустил ошибку. Но… – Я чувствую, как он делает шаг в моем направлении, и напрягаюсь. В отличие от него, я после недавних событий настолько хорошо держать себя в руках не могу. – Ты нашел очень удачный способ ее исправить. Клятва Гадриэля открывает для тебя великолепные возможности для этого.

Я ощущаю, он стоит позади меня и не столько ждет моих слов, сколько хочет видеть мое лицо и боль, что прячется в глубине моих глаз. Словно мне недостаточно знать, что он недоволен, так надо еще и продемонстрировать это: взглядом, насмешливой улыбкой, больше похожей на оскал, нарочито расслабленной позой, буквально кричащей о том, что я недостаточно силен, чтобы быть его противником.

И я медленно поворачиваюсь, умоляя свое тело не дать ему повода уязвить меня еще больше. Но… я ошибаюсь. И мое представление об отце в очередной раз переворачивается с ног на голову.

Он спокоен. Его уверенный взгляд касается моих глаз. На его лице нет усмешки. А вид хоть и расслаблен, но не кажется вызывающим.

– Рядом с ней Рамон не потому, что он лучше. – Он говорит тихо, словно не со мной разговаривает, а сам с собой размышлениями делится. – Не потому, что он оказался поблизости тогда, когда был нужен. Не потому, что его защита надежнее, чем твоя. У него есть то, чего сейчас не хватает тебе. – И только теперь, прежде чем сделать короткую паузу, в течение которой я безуспешно пытаюсь заставить себя сделать вдох, его голос становится громче. – Ты не знаешь, чего ты хочешь. От себя. От нее. От вас. И пока ты этого не поймешь, ты будешь ему проигрывать.

– Отец… – Я едва смог произнести это слово. Настолько необычным было то, что он говорил. – …Чего ты добиваешься?

– Я?! – Он чуть заметно улыбнулся. Вот только я от этой улыбки едва не взвыл, такой мягкой и родной она была. – Я дам тебе последнюю подсказку. Надеюсь, ее тебе хватит, чтобы понять больше, чем я скажу. Я не добиваюсь. Я хочу. Хочу, чтобы ты был счастлив. – Он пристально на меня смотрит, словно и взглядом пытается объяснить то, что только что сказал. – А теперь иди. У тебя еще много дел. – И, кивнув, указывает мне на дверь.

Хорошо еще, стража привычна к виду тех, кто выскакивает от батюшки. Кто бы это ни был: наследный принц или член Большого Совета Старших Домов. Так что мой бледный и взъерошенный вид не вызвал у них никаких эмоций, кроме едва заметного сочувствия, которое исчезло, прежде чем я успел на него отреагировать.

Первые шаги дались с трудом. В ушах продолжал стоять его голос и короткая фраза, которая вряд ли теперь даст мне покой: «Я хочу, чтобы ты был счастлив».

Странное сочетание для будущего правителя.

Хорошо еще, незаконченных дел много. И мне, желаю я того или нет, необходимо продолжать делать вид, что все идет по плану. И неважно чьему. Моему или…

Так что в оружейную, где, как мне доложили, обосновалась наша команда в полном составе, я вошел в состоянии, в котором должен находиться предводитель такой разношерстной компании: бесстрастный, уверенный, олицетворяющий собой нашу будущую победу.

Быстрым взглядом оценил ситуацию.

Риган появился у нас вооруженным до зубов и теперь рассматривал сокровища темноэльфийского правителя, время от времени издавая восторженные возгласы – здесь можно было найти экземпляры, весьма достойные похвалы такого ценителя, каким считался средний сын властителя.

Валиэль перебирал серебряные стрелы для своего арбалета. Да прибавил к своему короткому мечу и кинжалу парочку стилетов гномьей работы. Они хоть и были тяжелее, чем эльфийские, но зато имели хитрый механизм, с помощью которого треугольное жало раскладывалось веером, увеличивая опасность удара.

Оборотни стояли чуть в стороне, обсуждая достоинства полуторника. Кстати, с весьма примечательной историей: его я выиграл у одного из их князей. Как раз сразу после того, как получил звание мастера клинка. Но для меня он оказался несколько тяжеловатым, так что пришлось передать его в хранилище, в надежде что кому-нибудь и когда-нибудь он пригодится. Похоже, пригодился: уж больно блестят глаза леопарда, когда он смотрит на эту предназначенную для быстрого и безоговорочного убийства вещь.

Маг стоит в паре шагов от Леры и Гадриэля, который помогает подобрать ей подходящее для похода оружие.

Вот только… Я отошел в дальний угол, недоступный остальным из-за заклинаний, которые позволяли пройти сюда только членам Дома Д’Тар.

– Лера, будь добра, подойди ко мне. – Я краем глаза, пока доставал завернутые в грубую ткань ножны, видел, как она едва заметно вздрогнула. Подошла.

И я облегченно вздохнул: уж очень мне не хотелось препираться с ней на тему дисциплины в команде.

Остальные, чему я не очень-то удивился, пристроились следом.

– Риган, что ты скажешь вот об этой паре. – Я вынул из ножен, обтянутых темной кожей с серебряными застежками, короткий меч. Как раз под женскую руку. А следом и кинжал для левой руки.

Ответом мне послужил задумчивый взгляд и тяжелый вздох.

Кто бы сомневался, что он сразу узнает эту красоту. Уж у драконов в их сокровищницах обязательно найдется что-то подобное.

Лезвия излучают золотистое, мерцающее сияние. Изогнутые крестовины гард, так же как и набалдашники, украшены россыпью мелких кристаллов. Темное серебро на кромке.

С таким оружием не только против разумного существа, но и против нечисти выйти не страшно.