Левиафан. Пути Древних - Алексей Фролов

посмотрел на фригийского царя и его карие глаза как-то странно блеснули. Мидас прочитал там давно скрываемую боль.

– Думаю, ты уже понял, что меня едва ли можно назвать добрым пуританином. В отличие от них, – англичанин мотнул головой себе за спину. – Поэтому они и не любят меня. И поэтому, как мне кажется, мы все еще живы.

Мидаса все это мало интересовало, поэтому он сменил тему, велев Лейну двигаться к тому месту, где он видел поселение дусгэйовэх. Они вышли к нему уже в сумерках, остановившись за полкилометра от узкой струйки дыма, поднимающейся над вершинами деревьев. По всему выходило, что источник огня там лишь один и это не предвещало ничего хорошего, ведь жилое поселение просто не может обойтись одним костром.

Карн, Мидас и вампир взяли с собой Лейна и двух его следопытов, которые хотя и не были воинами, отлично ориентировались в лесу и двигались почти бесшумно. Они скользили от тени к тени, точно дикие парды, приближавшиеся к жертве, но когда деревья расступились перед ними, их взорам предстало неожиданное зрелище.

Это действительно было поселение аборигенов, но именно что – было. От деревянных построек почти ничего не осталось, только горы пепла и фрагменты каркасов. Везде валялась битая деревянная и керамическая посуда, обломки стрел и копий. Каинит поднял несколько – почти у всех наконечники их камня, но нашлась и железная.

Продвинувшись к центру поселения, они увидели кровавые лужи, еще не успевшие впитаться в землю, и части тел. Целых мертвецов не было, судя по следам, их уволокли выжившие. И они, несомненно, бежали – многие предметы быта вроде рыболовных снастей оказались брошены.

Кровь была повсюду, даже на окрестных деревьях. Карн ощущал в окружающем пространстве остаточные эманации боли и страха. Везде вокруг парень видел ярко-алые энергетические отпечатки – места, где гибли люди. Две дюжины человек нашли здесь свою смерть, причем совсем недавно, часов десять назад.

Мидас, глядя на последствия чудовищной бойни, подумал о том, что они вполне могли спровоцировать множественные разрывы в Завесе, и если так – все эти жизни на их совести. Он скрипнул зубами и попытался отогнать жестокие мысли. Карн в тот момент пришел к тем же выводам, фригийский царь понял это по выражению лица парня.

– Пресвятая Дева Мария, кто мог сотворить подобное?! – воскликнул один из следопытов. Его голос дрожал, он звучно сглотнул и начал истово креститься

– Может звери? – выпалил второй, причем – без особой надежды в голосе.

– Это не звери, – покачал головой Лейн, подходя к кровавому пятну, по периметру которого в свете нарастающей луны поблескивали ошметкиразорванный плоти и осколки костей.

Следопыты проследили за его взглядом. Разумеется, звери на такое не способны.

– Полагаю, разрыв в Роаноке не единственный, – нарушил тишину Арминиус. Вампир посмотрел на Мидаса и тот кивнул.

– Они бились достойно, – тихо проговорил Карн.– Даже сумели одолеть нескольких.

Парень стоял на одном колене, прижав руку к изуродованной земле. Перед его внутренним взором мелькали смазанные беспорядочные образы, звуки и цвета сливались в единый вибрирующий поток информации, из которого он понимал в лучшем случае треть.

– Что ж, это делает им честь, – пожал плечами фригийский царь. – Но кто конкретно напал на них?

– Не могу понять, – покачал головой парень. – Мог бы, но не сейчас, сил не хватает. Думаю, химеры.

– А куда они двинулись после? – каинит подошел к нему и присел рядом. – Можешь проследить?

Карн опустил на землю вторую руку, поморщился и покачал головой.

– Нет, – устало уронил он. – Они замели следы.

– В смысле? – не понял Мидас. – Кто, индейцы?

– Ага, – кивнул Карн, тяжело поднимаясь.– Среди них был колдун. Примитивная, но довольно сильная магия. Энергия стихий и что-то еще. Возможно – божественная искра.

– ИХ БОГ? – глаза Мидаса забегали. Он всматривался в бледное лицо парня и его губы то растягивались в безумной улыбке, то приподнимались в животном оскале. – Он был здесь?!

– Нет, но он им определенно помог, – Карн глубоко вздохнул и повертел головой, будто осматриваясь. –Я могу отследить их путь по отголоскам его энергии. Но не сейчас.

– Тогда покинем это проклятое место, – вставил один из следопытов. – От него у меня мурашки по коже.

– Отойдем чуть дальше, к заливу, – покивал Лейн. – Я видел там отличное место для лагеря…

Карн медленно покачал головой.

– Но… – Ральф запнулся, подбирая слова для веского возражения. Из-за усталости парень терял над ним контроль. – Мы не можем вести людей через лес ночью! У нас там сто двадцать человек, женщины и дети, они не могут…

– Заткнись! – рыкнул на него Мидас. – Мы никуда не пойдем ночью, успокойся. Но лагерь разобьем здесь.

Лейн вскинул брови, его следопыты побелели и цветом лица теперь едва отличались от каинита. Мужчины вновь начали креститься, что-то бормоча в полголоса, надо думать – свои бесполезные молитвы.

– Если кто-то из напавших на это поселение выжил – они уже не придут обратно, потому что знают – люди отсюда ушли, – спокойно пояснил каинит. – И другие будут знать, что тут нечем поживиться. Они почуют.

– Не обязательно оставаться прямо в поселении, но приведи людей к его границам, – Карн пристально посмотрел на Лейна. – Пусть все ложатся спать. Если у охотников еще есть силы – прикажи расставить силки, с рассветом отправь рыболовов к заливу. Мы уйдем рано, – он глубоко вздохнул и отвернулся. – Ты и сам знаешь, что делать. Иди.

Ральф кивнул своим парням и они исчезли в темноте. Вскоре меж стволов замелькали огни костров и зазвучали голоса, среди которых почти не было недовольных, лишь усталые. Лейн разбил лагерь всего в полусотне метров от поселения, но никому не позволил приблизиться к нему, расставив по периметру доверенных людей.

Арминиус тихо растворился, не сказав ни слова. Да и не нужны были никакие слова. Вампир видит в темноте также хорошо, как и при дневном свете, а его скорость и реакция делают его идеальным следопытом. Очевидно, что каинит отправился прочесывать периметр и если что – он сообщит. Либо разберется на месте, что вероятнее.

– Ты ведь понимаешь, что моя власть над ним слабеет, – проговорил Карн, отослав прочь Лейна, отчитавшегося, что силки расставлены, а люди ложатся спать. – Когда я