К чему приводят девицу… Объятия дракона - Рассохина Анна

Снова удивилась, а мужчина сообщил:

– Ремиз и Ксимер будут участвовать.

– Кто? – еще шире округлила я глаза.

– Ты слышала, а еще демоницы выйдут на Арену. Левалика и Римейлина.

– Что еще за Римейлина? – насупленно поинтересовалась я.

Арриен не ответил на мой вопрос, а задал совершенно другой:

– Ты пойдешь? – Вид у него при этом был невозмутимый, но вот пальцы нервно постукивали по столешнице.

– Пойду, – отозвалась я. – Лиссандру ожидает ее первый бой.

– Отговаривать тебя, полагаю, бессмысленно?

– А вы там будете? – решила отвлечь дракона.

– Буду. Должен же я поглядеть на умения своих учеников.

– Мы увидимся там?

– Хм… – Он задумался, и я обиженно поджала губы:

– Ну и занимайтесь своими делами!

Шайн обнял меня, с нежностью посмотрел в глаза и пообещал:

– Нилия, на зимних праздниках я буду только твоим!

Сердце учащенно забилось в предвкушении, а тело охватила знакомая сладкая истома. Арриен довольно улыбнулся и прошептал:

– Ма-шерра, я найду тебя на Арене, разве я откажусь провести лишнюю ирну со своей сладкой девочкой?

– Это очередное обещание? – тихо поинтересовалась я, практически прикасаясь своими губами к его губам.

Шайнер кивнул, и его уста прикоснулись к моим. Но нас, к сожалению, прервали. В трапезную вошел кузен Шан. Парень, конечно, извинился, но не ушел, а отвлек моего жениха разговорами. Старший сын тетушки собирался стать наемником, вот и просил у Арриена совета.

Следом за листопадником в Норуссию пришел слякотник. На улице стало холодно, промозгло и грязно. Небо покрывали низкие серые тучи, не пропускающие ни единого солнечного лучика.

Я выбралась из кареты, накинула капюшон и бросилась к дверям академии. Внутри царило оживление, студенты торопились на учебу, а все остальные – на работу. Я поспешно прошмыгнула в целительское крыло. Быстро вылечила своих сегодняшних подопечных, заполнила целительские карты, разобрала снадобья; так и пролетело полдня.

Пока спускалась по лестнице, встретила друзей.

– Как твои подопечные? – ухмыляясь, поинтересовался Дарин, а Конорис с широкой улыбкой добавил:

– Смертельных случаев не предвидится?

Я недовольно посмотрела на парней, потому что они в очередной раз припомнили мне памятный визит к жениху. Их этот случай веселил, а меня заставлял краснеть. Я перевела взор на Андера, который отчего-то прятался за широкую спину Осмуса, и нахмурилась:

– Андер, ты решил сыграть в прятки?

– Нет, – просипел друг, – я приглашение достаю из кармана.

– Ну-ка иди сюда! – скомандовала я.

Парень подошел ближе и протянул мне белый конверт.

– Ты придешь? – спросил он шепотом.

Я придирчиво осмотрела его и констатировала:

– Лихорадочно блестящие глаза, охрипший голос, сильный озноб…

– Нет у меня никакого озноба, – оборвал меня блондин.

– Есть, – я потрогала его лоб, – озноб и жар. А ну-ка пойдем со мной.

– Никуда я не пойду! У меня послезавтра сражения на Арене! – заупрямился друг.

– Мы ему с самого утра говорим, чтобы он к целителям шел, а он только огрызается в ответ, – поведал Лейс.

– Нилия тебя быстро вылечит, – уверенно сказала Тейя.

– К сожалению, не вылечу. Ни один целитель не способен вылечить простуду, – вздохнула я в ответ.

– Почему? – искренне удивился Дарин. – Вы же лечите и более серьезные заболевания. А это всего лишь самая обыкновенная простуда.

– Я не знаю, отчего так происходит, – развела руками в ответ.

– Это то же самое, что бить мощным атакующим заклятием по каменным тушканам, – пояснил спускающийся по лестнице Арриен. – Вы бьете по этим зверькам, не нанося им особого вреда, и только силы зря расходуете. Тушканов запросто убивает серебряный меч. Вот и у целителей происходит то же самое, когда они пытаются излечить простуду. Поэтому, сударь ир Кортен, вам только снадобья и время помогут.

– Нет у меня времени! – хрипло взвыл и тут же закашлялся Андер.

– Даже не надейтесь, любезный сударь, к Арене я вас и близко не подпущу, – охладил его пыл строгий наставник.

– Но…

– Я и сам в этот раз не буду принимать участия в боях, – огорошил моих друзей Шайн.

Они все разом забросали его вопросами, на что дракон бесстрастно ответил:

– Я силы поберегу для других дел, да и у вас, сударь ир Кортен, впереди еще немало сражений, так что тоже поберегите силы. Успеете еще себя показать, а теперь идите к целителям.

– Я обедать пойду, – строптиво пробурчал Андер.

– Нечего своих друзей заражать! – прикрикнул на него Арриен, а затем обратился ко мне:

– Ма-шерра, забирай его, а я буду ждать тебя в столовой.

Я кивнула, подхватила сникшего друга под локоть и направилась на свое рабочее место.

Наступила долгожданная суббота, и я приехала в академию ближе к вечеру. Поднялась к сестрам; Лисса выглядела очень взволнованной.

– Девочки, – рассказывала она, – я так ждала этого дня! Левалика говорит, что у меня есть неплохие шансы на победу.

– Кстати, наша наставница и сама примет участие в этих боях, – дополнила раскрасневшаяся Тейя.

Я поглядела на Лиссандру, вздохнула и тихо сказала:

– Там еще Ксимер будет…

Рыжая вздрогнула, улыбка медленно сошла с ее лица, а руки сжались в кулаки.

– С чего это вдруг он решил участвовать в этих сражениях? – произнесла Йена, озабоченно глядя на Лиссу, а Тейя догадливо спросила у Лиссандры:

– Так это тот самый демон, который поцеловал тебя когда-то?

– Да! – озлобленно призналась рыжая. – И будьте уверены, я заставлю его заплатить за это!

Мы с Йеной обменялись встревоженными взглядами.

Когда мы небольшой группой вышли из портала и оказались в коридоре, ведущем к Арене, я невольно вздохнула, ощутив, как мне не хватает Зилы, Нелики и Эланы. Поправив маску на лице, я шагнула следом за иллюзионистками, так как боевые ведьмы, как участницы боев, отбыли раньше.

Нас обступили гномы, и мы отыскали среди них представителя банка братьев Фортен. Арриен строго-настрого запретил мне вступать в игру, но я собиралась ослушаться жениха. Йена, не мешкая, поставила золотой на Эльлинира, за ней пять серебрушек на Петфорда поставила Сая, а мы с Ланирой все еще пребывали в сомнениях. Потом я произнесла:

– Я ставлю на участника синего сектора Парящего Орла.

Сая и Ланира изумленно посмотрели на меня, а Йена вдумчиво поинтересовалась:

– Ты знаешь что-то, о чем не ведаем мы?

– Знаю, – не стала отнекиваться я, – и я поставлю на Орла двенадцать серебрушек.

– Ого! Барышня, вы рискуете, – хитро прищурился гном.

– Рискую, но я уверена в этом участнике.

– Ладно, тогда я тоже сделаю ставку на Парящего Орла, – поддержала меня Йена.

– И я! Уговорили, – сказала Ланира, а потом тише добавила: – И пусть только этот зеленоглазый посмеет проиграть!

– Очень-очень хорошо, барышни, – довольно потер руки гном. – А еще на кого хотите поставить? В красном секторе сегодня будут выступать новые участники. Девушки, между прочим.

– Демоницы, вы хотите сказать, – поправила его я.

Подруги изумились, а гном ответил:

– Верно, имя одной из них Зимняя Стужа, а другой – Жгучая Перчинка.

– Интересно, – задумчиво протянула я, подумав, что Стужей вполне могла назваться Левалика из-за цвета своих волос.

– Итак, барышни, что вы решили?

– Хорошо, поставлю пятнадцать серебряных монет на Зимнюю Стужу, – кивнула я, а девчонки не стали так рисковать.

Гном принял наши ставки, вручил карточки, и мы отправились в зал. Сегодня стены древней пещеры были украшены скоплениями магических огоньков. Высокий свод был усыпан звездами-фонариками, а в самой его середине светили две иллюзорные луны.

Для начала мы прошли в желтый сектор – туда, где сражались девчонки. Рыжая Фея – такое имя придумала для Арены Лиссандра, а Тейя звалась здесь Смелой Воительницей. Она вылетела после первого же боя. Ее соперницей оказалась Юркая Змейка – Френна, и четверокурсница оказалась заведомо сильнее. Да и Тейя поставила слишком простой «щит», который разбился после первого же удара.