По праву сильнейшего. Вернуть пару - Александра Салиева

реально какой-нибудь бык-производитель, вернее волк. — Я так и знала, что ты превосходно подойдёшь. Твои физиологические параметры идеальны. Александр тоже ничего, но всё-таки пока не достаточно силён, вот в будущем, когда он раскроет все свои резервы более полно… — аж зажмурилась от своего довольства. — И не смотри на меня так! — ещё и упрекнула. — Я оказываю услугу не только всему человечеству, но и твоему виду тоже, между прочим. Если бы не я и моя дочь, откуда бы ещё взяться новым сильным волчицам? Именно моя дочь стала тем, кто откроет всем нам окно в новую жизнь: более долгую, без болезней и с повышенными показателями здоровья, ума, силы, выносливости! Ваш вид вырождается. Таких среди вас давно нет. Но не теперь. Теперь у вас будут все шансы не только восстановить популяцию сильных самок, способных выносить сильнейших из сильнейших самцов, но и вполне возможно произвести на свет таких же сильных волчиц, как они сами. Носительницы активного альфа-гена, кто бы мог тольк…

Окончанием её речи стал продолжительный хрип.

Короткий. Последний.

Глава 18.4

Да, всё-таки я свернул ей шею. Собственными руками. Все доводы о разумности и желание притормозить разрушились о величину моей ярости ещё на упоминании о пикапе, который всё же оказался сплошной подставой, так хорошо состряпанной, что все мы купились даже после проведённого расследования и всему выказанному мной недоверию. Она же реально готова была подвергнуть жизнь своей дочери опасности, фактически на смерть её обрекла, только бы её эксперимент продолжился и имел смысл. Апогеем этой ярости стало упоминание и об Александр — и в этом я оказался целиком прав. Он не просто так появился в жизни моей пары. Ну а то, что ещё наболтала эта безумная тварь… как только язык вообще повернулся выдать столько пафосного цинизма?

Нет, она никогда не остановится.

Не образумится.

Для неё нет понятия ничего гуманного и нормального. Все мы для неё — лишь опыт и эксперимент.

Такие, как она, не должны жить…

Нельзя.

Даже в полной изоляции.

Что я скажу своей паре, когда та очнётся?

Правду.

Не выжила она при попытке похищения. Прекрасно знала, чем ей грозит попытка вторжения на нашу территорию. За то и поплатилась.

Вот и всё…

Теперь моей паре точно больше ничто не будет грозить. Если мы все переживём этот день.

О последнем я задумался ещё не раз и даже не десять, пока длились все последующие минуты, растянувшиеся в настоящую вечность. Да что там задумался… я за всю свою жизнь так упорно не молился за то, что с моими девочками всё было хорошо и они пережили это испытание. Заодно чтоб я сам не сошёл с ума, когда мучительно ждал исхода, пока следовал коротким командам Рязанова, сосредоточившемся на их спасении. Благо, в скорой нашлось почти всё, что требовалось, этакая передвижная операционная для одной-единственной цели, а сама машина сдвинулась с места, как только я оказался внутри.

— Я бы на твоём месте прикупил какую-нибудь ближайшую больницу вместе с персоналом, — проворчал ещё в первые секунды альфа клана серых волков.

И если с самой покупкой проблем не возникало, то с конкретным персоналом, который мог реально помочь…

— Набери Верховному, потребуется помощь чёрного клана, — решил я в итоге, обратившись к оборотню из числа белых волков, что сидел за рулём.

Лучше бы обратиться самолично, но всего так внутренне трясло, что и на мгновение опасался пропустить любое возможное изменение в состоянии своей пары. После того, как всё, что от меня требовалось, я исполнил, мне только и оставалось, что держать хрупкие тонкие пальчики, сжимая в своих. Крис так и не очнулась, и по словам того же Рязанова это было нормально. Девочки тоже спали, когда их вытащили на свет. Такие крошечные и слабенькие, что в уме не укладывалось, как вообще такие создания могут выжить в этом враждебном мире.

— Дальше зависит уже не от меня, — сообщил сухо Роман, как только закончил.

Последующие минуты вышли самыми напряжёнными. Я в самом деле чуть не спятил, пока прислушивался к ритму трёх заветных пульсов. То и дело казалось, что хоть один из них вот-вот оборвётся. А вместе с ним закончится весь смысл дышать и для меня. И только после того, как мою ладонь сжали всё те же хрупкие тонкие пальчики, а изогнутые ресницы дрогнули и распахнулись, я впервые выдохнул с облегчением.

— Кайл… — беззвучно позвала Крис.

Скорее просто пошевелила губами. Но я услышал.

— Всё хорошо, — заверил. — Всё будет хорошо. Я рядом. Никогда тебя не оставлю. Всё хорошо, малыш.

Ни одну из вас…

Глава 19

Кристал

Первое, что ощутила, придя в себя, — пустота. Рядом послышался неприятный писк, напоминая о моём дурном сне. Где мне стало плохо, а потом я оказалась в плену у собственной матери, которая собиралась отобрать у меня малышек. Руки непроизвольно легли на живот, а следом за этим действием меня охватила огромная по своим масштабам паника. Потому что никакого живота у меня больше не было. Лишь его жалкий намёк.

Писк оборудования ускорился, как и моё сердцебиение. Резко распахнув глаза, я приготовилась встретиться с серыми глазами матери, поэтому оказалась несколько не готова к тому, что ими окажутся насыщенные изумруды взора Кайла.

— Ты…

И это единственное, что я смогла произнести, принявшись осматриваться в поисках детей. Но тех рядом не было. Зато была незнакомая мне палата и полно медицинского оборудования рядом, писк которого всё ещё был ускоренным.

— Тише, малыш, тише, всё хорошо.

Ласковый шёпот успокоил, но не намного.

— Дети. Где они?

Попыталась встать, но оборотень не позволил, а потревоженное тело отозвалось болезненным импульсом внизу живота. К нему присоединилась правая рука, к которой была подключена капельница.

— Дети в порядке. С ними всё хорошо. Я бы даже сказал, куда лучше, чем с тобой. За ними присматривает Элейн и ещё куча высококвалифицированного персонала.

— В порядке? — то ли спросила, то ли повторила.

Но расслабляться не спешила. Если с ними всё в порядке, почему они не здесь, не с нами, своими родителями?

— В полном. Сейчас они спят. Как проснутся, встретитесь. Они очень соскучились по своей мамочке.

Любимая улыбка как всегда согрела, и я невольно улыбнулась в ответ.

— Что случилось? Как я оказалась в этом месте? Я не особо помню, — призналась.

Только бабочек, головокружение и невероятную слабость.

Вот тут улыбка Кайла погасла, как не было. Он поджал губы, а между бровями залегли глубокие морщинки. И