Волчьи игры. Свет моей души - Александра Салиева

знаю, как и почему, но вчерашний день что-то изменил во мне, в моём отношении к этому волку. Он вызывал во мне какую-то томящуюся нежность, особенно в данный момент пока спал. В эту минуту печать печали и одиночества словно отступила от него, и Кайл показался намного ближе.

А может это наша близость так влияла на моё отношение к нему?!

Руки мужчины разжались. Он что-то невнятно пробормотал и обнял подушку, на которой до этого лежала я. Вдохнул глубже и продолжил спать. Я бесшумно рассмеялась. Осмотрелась в поисках одежды и, не найдя, плюнула на всю скромность и отправилась в уборную прям так — в неглиже. Тем более что тот, кто мог бы оценить мой вид, продолжал видеть сны.

Умывшись и приняв душ, я обернулась полотенцем и вышла из ванной. Кайл продолжал спать. Немного постояв посреди комнаты и понаблюдав эту умиротворённую картину, подошла к шкафу и впервые в жизни позволила себе залезть в чужие вещи без спроса. Достала первую попавшуюся белую рубашку и быстро оделась. Критически осмотрела себя в зеркало, хмыкнула, отметив, что вещи волка на мне подобны платью, и направилась вниз на кухню. Есть хотелось уже довольно сильно.

Напевая незатейливую мелодию, спустилась вниз, чтобы тут же замереть на последних ступенях. За плитой боком ко мне и с ложкой в руках стояла пухлая миловидная блондинка. Так понимаю, это и была та самая домработница — Марина.

Заметили меня не сразу, лишь когда я подошла к стойке. Девушка обернулась и уставилась на меня в удивлении, а после расплылась в смущённой улыбке. Как ни странно, незнакомка мне понравилась. По крайней мере, придушить её не хотелось. Внутри ничего не дрогнуло, словно я заранее знала, что с ней у Кайла ничего не было. И дело не в излишнем весе, тем более что это ей даже шло, а просто была уверена в их дружеских отношениях. Даже выдохнула с облегчением, ибо сама уже не знала, чего от себя ожидать. В последние два дня из-за развивающейся привязки нервы совсем стали ни к чёрту.

— Марина, — произнесла девушка, кивая.

— Кристина, — представилась в ответ.

Дальше получился полный каламбур. Домработница то ли не знала английского, то ли её не предупредили, что я не говорю на русском. В общем, я сидела и слушала быструю речь Марины, которая при этом ещё успевала готовить параллельно два блюда. Мне же оставалось только хлопать глазами и усиленно думать, как остановить этот бессмысленный поток слов для того, чтобы дать знать девушке, что я её абсолютно не понимаю.

Положение спас появившийся альфа. Он что-то коротко проговорил в адрес блондинки, и та замолчала, уставившись на меня извиняющимся взглядом. Ответила ей тем же и перевела всё своё внимание на подходящего к нам оборотня. Взъерошенные волосы и сонный вид мужчины пробуждали во мне нежность.

— Прости, малыш, забыл предупредить её, — покаялся в свою очередь и Кайл, подошёл вплотную, приобнимая за плечи, и поцеловал в висок. — Доброе утро, — тепло улыбнулся он.

— Доброе, — прошептала в ответ, теряясь под его зелёным взором с золотистыми искорками.

Кажется, где-то на периферии сознания отметила, что Марина снова что-то сказала, но в памяти это не отложилось. Уж слишком чарующе действовал на меня взгляд мужчины. Тот тронул мои губы большим пальцем, приподнимая подбородок и даря лёгкий невесомый поцелуй.

Кайл осмотрел моё одеяние и тяжело вздохнул, усаживаясь рядом, придвигая меня со стулом ближе к себе между ног. Домработница тут же выставила перед нами тарелки и стала накладывать омлет с помидорами, по краям красиво разложила варёные яйца с зеленью, отдельно прожаренный бекон и хрустящие тосты. В дополнение ко всему мне достался апельсиновый сок, что неимоверно порадовало, а Кайлу фруктовый чай. Странный выбор, конечно, я больше предпочитала зелёный с мятой, но каждому своё.

Естественно, поесть самой мне не позволили, снова начав кормить с вилки. Было ужасно неуютно под умилительным взглядом девушки это делать, но мой укор в глазах оборотень предпочёл не замечать. Да и когда это его волновало чужое мнение?!

— Мне нужно ехать в офис, — заканчивая с завтраком, проговорил Кайл. — И, поскольку одежду мы тебе так и не купили, тебе придётся остаться дома. Обещаю вернуться побыстрее. Потом можем заняться, чем хочешь.

Во мне взметнулась такая волна ярости, что сдержать эмоции оказалось невозможным.

— А ты, значит, пока я здесь тебя жду одна, будешь на Алису там пялиться, да? — процедила я.

— Эм… нет? — даже отодвинулся немного назад Кайл.

— Нет?! Ты сейчас меня спрашиваешь? Серьёзно? Или в себе сомневаешься? — вскочила я на ноги, буквально пылая от гнева. — Хотя о чём я говорю! Стоит только вспомнить, как ты на неё набросился там на пляже!

— Ни на кого я не набрасывался! — вспылил и Кайл.

Тут же замолчал, прикрывая глаза. Сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, до хруста сжимая кулаки, и продолжил уже в примирительном тоне:

— Давай не будем ссориться, а? Сама подумай, если ты туда явишься в одежде моей сестры, я же убью любого, кто на тебя хоть мимолётный взгляд бросит, а другого и нет ничего. Так как ты собралась туда ехать? Я не против взять тебя с собой. Совсем. Наоборот — очень даже рад, что ты будешь рядом, но… — он приподнял бровь и окинул меня многозначительным взором, предоставив возможность домыслить предложение самой.

— Ты мог бы меня оставить в своём кабинете ждать, — отозвалась уже спокойнее, загнав поглубже свои собственнические замашки, которые изводили меня и оборотня в последние дни.

Но откинуть картинку того, как Алиса снова приближается к моему мужчине и целует его, не получалось. Контроль давался с трудом, и то я при этом повторяла как мантру, что Кайлу можно доверять и не стоило так нервничать. Хотя возможно нам это расстояние пойдёт на пользу.

Не могу же я постоянно так реагировать на его отлучки?! Стоило начинать привыкать, что тот не всегда будет рядом. Но вопреки всем мыслям, призванным успокоить, паника вновь набирала обороты. Не могу я остаться одна! Это неправильно… и страшно!

— Мог бы… — покладисто отозвался Кайл, заключив в объятия, — но… — нахмурился, глубоко вдыхая запах моих волос, — до моего кабинета мы телепортом добираться будем? Или ты согласна всё же пойти на уступку и ещё какое-то время поносить мою рубашку, которая кстати тебе очень идёт… поверх