Вертел я ваши кланы! - Андрей Розальев

решения Создателя. Он доверил мне этот мир, его самое грандиозное творение, и я стараюсь не подводить его. Жаль, что сам Создатель не посещает нас, чтобы оценить старания, — Аврора опустила голову.

— Ты даже говоришь в точности как она. Погоди, Вадим что, не заходит сюда? — отец даже заморгал от удивления.

— Он ни разу здесь не был с моего пробуждения, — Аврора покачала головой, — так что я с ним не знакома.

— Создатель появлялся в нашем мире, — внезапно подала голос Элуидес, — я его помню. Но это было давно, до пришествия Авроры. С тех пор, насколько мне известно, его никто не видел.

— А как ты поняла, что он — это Создатель? — спросила Рики, прикусив губу.

— Просто… — Эля задумалась, — просто поняла. Как будто всегда знала.

— Когда я встретил Создателя, я тоже сразу понял, кто он, — добавил Кром.

— Так вот, папа, — я глубоко вдохнул, понимая, насколько серьёзна моя просьба, и что это ни разу не на мороженое денег попросить, — мы думаем, что Тихомиров не знает про Аврору, наверное, потому что её инициация заняла длительное время, больше полугода. У меня сложилось впечатление, что в Корпорации вообще не в курсе существования Авроры, и не понимают, почему игра им не подчиняется. Они такие вопросы задают, что кажется, что они вообще не при делах. А значит, Тихомиров даже своему помощнику не до конца доверял, и дед тоже что-то такое подозревает. А потом он всё бросил, из-за гибели жены и дочери, дед говорит, он с тех пор не просыхает. А без него власть перешла к Лоленко, и, мне кажется, тот не слишком заинтересован, чтобы Тихомиров вернулся к жизни… Я не слишком сумбурно объясняю?

— Сумбурно, но я понял. Ты хочешь, чтобы я нашёл Тихомирова так, чтобы Лоленко с Вороновым не догадались? — папа чуть склонил голову на бок.

— В общем, да, — выдохнул я.

— Хорошо. Но у меня просьба, — отец как-то подозрительно легко согласился.

— Держи нас с мамой в курсе. Ты как-то вдруг незаметно вырос, и я горжусь тобой. Но решают не одиночки, решает команда.

— Спасибо! И обязательно!

— А по полигону я тебе вечером идеи пришлю, — отец что-то для себя решил, кивнув сам себе головой. — Мы с твоей мамой разрабатывали в своё время систему подготовки формирований, усиленных боевыми магами. Чисто для себя, развлекались на отдыхе. Что-то похожее используется в тире Барлаковых, но там древняя магия замешана, воспроизвести так просто не удастся. А здесь, мне кажется, сложностей не будет? — отец посмотрел на Аврору.

— Конечно, Кирилл, сделаем всё в лучшем виде! — Аврора просияла.

Да она после стольких лет бездействия и скуки просто кайфует — дошло до меня наконец. Она нашла применение своим возможностям!

— Отлично, — папа потёр руки. — Кстати, мы сами с удовольствием потренируемся. Моих ребят пустишь?

— Так мама? — у меня глаза на лоб полезли от догадки.

— Участвует с нами в силовых операциях, да. В основном — прикрывает, но бывает всякое. Так что нам этот полигон тоже нужен.

— Папа, ну конечно! Только вопрос. А Лоленко и Воронову можно о вашем участии знать? Мне ж дочку Лоленко в нагрузку навязали, придётся её с собой таскать.

— Хороший вопрос. Давай пока мы с Катариной пересекаться не будем, а дальше посмотрим.

На том и порешили. Поговорив ещё немного, мы, наконец, разошлись по домам.

Опять мне всю ночь снилось, что я обнимаю Рики. Но проснулся на этот раз один.

Утро началось с традиционной тренировки на свежем воздухе. Вика и Лёня досыпали последний сон на бегу. Собственно, и я почему-то не выспался. Позанимались, размялись, на этот раз без фанатизма, и пошли готовиться к приезду новенькой.

Однако выяснилось, что Катарина прибудет только на следующее утро, из-за многочисленных друзей и знакомых девушки её пришлось отправлять самолётом, а не порталом. Лоленко лично позвонил деду и извинился за изменение планов. Но документы прислал. Дед их сразу отдал юристам, проверять. Соглашение оказалось удивительно лаконичным, от силы с полсотни страниц. И когда они успели? Может, готовились заранее? А может, у них юристы — тоже искины?

А вскоре после завтрака пришло сообщение от отца, с проектом полигона. Мы просмотрели проект вместе с Рики, от неё требовалось всё запомнить и передать Авроре.

Полигон представлял собой навороченную полосу препятствий. Были участки, на которых требовалась обычная физическая подготовка, ловкость и сила. А были такие, где приходилось противодействовать магии, или наоборот, использовать её для прохождения.

Только сейчас сообразил, что с появлением в нашей команде Катарины, мы получаем полный комплект по основным стихиям. У меня огонь, у Вики вода, у Лёни воздух и у Кати — земля. И туз в рукаве — Рики, которая может, кажется, всего понемногу, но конёк у неё защита. А из нас может получиться интересная команда, если хорошо подтянемся! Надо будет с этим ещё разбираться. Да и не стоит забывать, что Катя — засланка, её цель — выведать всё про Аврору вообще и Рики в частности. Так что сложится ли ещё команда…

С грустью я понял, что у меня нет никаких планов на свою игровую команду. Все совместные идеи у нас были связаны с игрой, которая для меня внезапно из образа жизни превратилась в… партнёра. Всё изменилось внезапно и резко, и уже никогда не будет как прежде. Но я по-прежнему могу сделать для своих друзей что-то полезное и нужное. Например, дать возможность тренироваться на новом полигоне. Они потом в любой игре кого угодно порвут. Может, и ещё что-то получится…

Настроение испортилось окончательно, и делать ничего не хотелось. Еле заставил себя слетать в город, чтобы передать материалы по полигону Авроре.

Аврора встретила нас, как всегда, сразу на входе. Теперь она, похоже, переселилась в ресторан. Здесь бурлила жизнь, каждые несколько минут появлялись новые посетители, и богиня-искин незримо, а иногда и зримо, участвовала во всей этой движухе. Как она рассказала, иногда она сама принимала образ Элуидес и встречала гостей. В общем, развлекалась, как могла.

Она вытащила из памяти Рики документацию по проекту полигона, и создала её в бумаге, для нашего с Рики удобства. Некоторые страницы выглядели распечатанными на принтере, другие явно были сканами более старых распечаток. Весь архив она развесила на стене, и теперь картина была целиком перед глазами.

— Отдельные детали кажутся мне смутно знакомыми… А вот это, — она показала на копии пожелтевших страниц, где были пометки от руки, — я узнаю этот почерк. Он есть в моих банках памяти, но семантические связи оборваны. Не могу