Марина Добрынина - Бей ушастых! Часть 1

— Заподозрила, что он потомок Мусильды, — грустно вздохнув, отвечала Саффа, — но откуда мне было тогда знать, что и Мерлина тоже?

Тут Кир такое отмочил, что я чуть из-за угла не вывалилась в полном апофигее! Он положил голову на плечо Саффы и ласково так сказал:

— Не переживай, волшебница, он тебя простит.

— Глупости! — возразила Саффа, отпихнула песью морду и начала вставать, — если сразу не простил, то уже не простит никогда.

— Перебесится и простит.

— Утешаешь меня? — недоверчиво спросила Саффа и села обратно на пол, — а у тебя-то что произошло? Ты обидел Ханну в прошлом?

— Обидел, — теперь Кир издал тяжелый вздох. — И напугал. Я их заподозрил в шпионаже и… не хочу об этом говорить. Не сейчас.

— Ты что с ней сделал? Ты… ты, мать твою, урод! — зашипела Саффа.

— Ничего! Ее я просто напугал.

Волшебница шумно вздохнула, голубые всполохи в ее глазах стали ярче.

— Ее ты просто напугал. А Лина? Что морду опускаешь? Что ты с ним такого сделал, что он дерганный стал, как не знаю кто? Вчера вот короля чуть не убил, только за то, что он, — Саффа на секунду замолчала. — Король подошел к нему сзади… Кир, я тебя сейчас убью!

— Ничего с ним не случилось. Получил по морде, испугался и всего-то, — проворчал Кир, но на всякий случай от волшебницы попятился. — Это была война. Он подозревался в шпионаже. А что еще я мог подумать, если он сначала набросил на меня «любовный дурман» и смылся, а потом заявился весь в твоей магии?

— Ты решил, что он шпион Совета.

— У меня ни капли сомнений в этом не возникло. И если бы понадобилась, он бы у меня не только испугался. Отец это остановил.

— Кардагол? С каких пор он стал таким добрым?

— Я ему сказал. То есть я, который сейчас я. Меня не было в лагере весь день, а когда вернулся, увидел, что солдаты несут Лина в палатку, на нем «ловчие сети». Мне понятно стало, что ничего хорошего с ним не случится. Я взял за шкирку первого подвернувшегося мага и заставил телепортировать меня к Кардаголу. Не спрашивай, как я его заставлял.

— Догадываюсь, — усмехнулась Саффа.

— Отец меня узнал. Не смотря на то, что я сейчас не человек. Он остановил допрос Лина и Иоханны. Теперь я все это помню. Когда отец объяснил мне, что они из будущего, я понял, зачем они пришли и почему. Я ведь уже тогда знал, что воскрешенные не могут иметь детей. А Ханна сказала мне, что хочет от меня ребенка. Несложно было догадаться, в чем дело. Я пытался поговорить с ней потом, но она даже слушать не хотела. На утро был бой, и меня убили. А потом отец вернул меня и подкорректировал мои воспоминания.

— Если бы Кардагол не заблокировал тебе память, ты бы сделал все, чтобы Иоханна не отправилась в прошлое.

— Ты сейчас оправдываешь моего отца?

— Выходит так. Я сама еле сдержалась. Было огромное желание убедить Лина отказаться от участия.

— Он бы тебя послушал. Если бы ты убедила его не ходить с нами, все сложилось бы иначе.

— Возможно, было бы хуже. Например, тебе не удалось бы застать меня врасплох, и я бы, не задумываясь, прикончила напавшего на меня зверя.

— Тогда у Мерлина не было бы повода для жалости, и по окончании войны тебя убили бы, — подвел итог Кир.

— Выходит, ты мне жизнь спас?

Саффа посмотрела на него. Уголки ее губ едва заметно приподнялись. Кажется, она улыбается. Ей весело? Да уж! Ей весело, а с моим ребенком делали что-то такое нехорошее. У меня возникло желание плюнуть на конспирацию, выйти, дать Киру тапком по морде и потребовать объяснений — что это такое он вытворял с Лином? Ну и Саффе заодно врезать, ибо нефиг моего сына привораживать!

— Все что случилось, было предначертано. Итог не так хорош, как хотелось бы, но могло быть и хуже, да, полковник? — Саффа потрепала Кира по загривку, — не раскисай! Давай подумаем, как вернуть твою принцессу. Ты знаешь, что она беременна?

Он вздохнул, хотел что-то сказать, но тут я все-таки не удержала равновесия и чуть не вывалилась из-за угла. Шуму, конечно же, наделала.

Саффа нахмурилась и исчезла. Вместе с Киром. Что ж спасибо, что хоть не запустила атакующим в такую бессовестную меня. Да-да, я знаю, что подслушивать нехорошо, но все-таки это было полезно. Теперь я хотя бы приблизительно знаю, что произошло во время их путешествия в прошлое. Но, честно говоря, не представляю, что с этой информацией делать. Бежать Лина жалеть? Окружить его материнской заботой и все такое? Боюсь, сынуля подобного финта не оценит. Обидится или решит, что я с ума сошла. Да и, судя по всему, он уже сам со всем справился и, что бы там с ним не произошло в прошлом, чувствует себя прекрасно.

Это уже закономерностью становится — если у тебя хреновое настроение пойди и дай Лину по морде. Лин такой — он все стерпит. А со временем, может быть, даже привыкнет и еще благодарить начнет за каждую плюху.

Да, я понимаю, что Вальдор в тот момент не в себе был. Еще бы! Я бы, наверно, тоже не обрадовался, застав свою дочь в такой компании. Но почему он набросился на меня? Да еще и оплеуху мне отвесил. Я попытался все в шутку перевести, вытаращил глаза, прикинулся валенком и спросил:

— Вальдор, ты что?

— Если ты думаешь, что я позволю тебе портить жизнь Иоханне…

Да, что он такое говорит? Я порчу Ханне жизнь? Я?!

— Ваша дочь — взрослая женщина, — перебил я его. — И к тому же уже не наследница. Вам не все равно, чем она занимается?

И тут Вальдор начал меня бить. Я пытался его успокоить, но он меня, кажется, не слышал. Ханна ему что-то кричала, но ее он тоже игнорировал. А у него на пальцах, между прочим, перстни. Как бы так намекнуть ему, что это больно — ограненными камнями по морде?

Он что не понимает, что я могу и сдачи дать? Вот пока лупил меня, несколько раз открылся для ответного удара. Но как я мог врезать ему на глазах у Ханны? А что подумал бы Шеоннель, при виде того, как его новоявленный отец получает в нос? Хорошее бы у него мнение о папе сложилось.

В общем, я только уходил от ударов и блоки ставил. А то еще выбьет мне глаз колечками этими своими. Псих!

— Я не хочу с тобой драться, Вальдор! — заорал я, отскочил подальше и хотел телепортироваться. Но король заметил этот маневр и мертвой хваткой уцепился за мою руку. Настойчивый, ёптыть!

Решив, что лучше отца никто с этим взбесившимся величеством не разберется, я телепортировался в лагерь. Как я и предполагал, отец находился в своей палатке. Писал что-то. При виде нас он не выказал никакого удивления. Отложил перо и спросил:

— Что случилось?

— Отец! Успокой Вальдора! Он пытался меня убить.

— За что?

Очень умный вопрос! Его сына убивают, а он интересуется — за что?