Марина Добрынина - Весеннее обострение

— Прости, Дуся, — холодно произношу я, — но это твой сын может заниматься любовью, с кем ему угодно. И женить Вы его можете, на ком хотите. Моя Иоханна — девушка, если ты еще не забыла. Для нее прописаны иные нормы поведения. А поскольку она еще и единственная наследница, то все, что она делает сейчас, отразится в будущем не только на ней или на мне, а на всем королевстве!

— Ну, ты загнул, — бормочет Дуся.

Я собираюсь возразить, но в эту минуту передо мною появляется слуга, посланный за принцессой, и возвещает, что Ее высочество сейчас спустится.

— Отлично, — говорю, — вина налей. Итак, Дуся, кто он?

— Он сын Кардагола Шактигула Кайвуса.

— Это что… Стоп! Повелителя времени?!

— Ну да, это мужчина… А, впрочем, ты же его не видел.

— Ты хочешь сказать, он здесь?! — потрясенно произношу я, а Дуся округляет глаза.

— А что такого? Он, конечно, тип своеобразный, но вполне вменяемый.

— Он — вменяемый?! Ты живешь в Эрраде, ты его историю вообще не изучала?!

— Ну, как тебе сказать…

— Этот тип подмял под себя всех соседей, он, именно он спровоцировал магические войны!

— Он немного изменился за эти годы, — несколько неуверенно произносит Дуся и тут же добавляет, — давай лучше выпьем.

— И моя дочь, — ору я, приподнимаясь, — связалась с его сыном?!

И слышу холодный голос за спиной:

— Да, папа, я связалась с его сыном.

Глава 20

Как я и надеялся, по возвращении в наш мир, все основное внимание Кардаголу и сыночку его недобитому досталось. Я Саффу за руку схватил и, пока о нас не вспомнили, переместился вместе с ней в свои покои. Ну, наконец-то! Здесь нам точно никто не помешает, только дверь надо запереть.

Один жест и вот уже дверь заперта, и девушка моей мечты опрокинута на кровать. А что, вы считаете, что я должен был думать о чем-то возвышенном, точно зная, что под этим балахоном на ней не надето ничего… ну вот совершенно ничего, кроме обуви!

— Лин! Лин…Эрраде, да успокойся ты!

Ну вот, и что я сделал не так? Почему она рассердилась? Вот весело-то будет, если она боится. И сколько мне придется ее уговаривать? Надеюсь, это время будет исчисляться не в годах.

— В чем дело, птичка моя? — я героически постарался придать своему голосу хоть немножко жизнерадостности.

— Я бы не хотела спешить.

— Хорошо, подождем до завтра, — легко согласился я.

Саффа выбралась из-под меня, поправила взъерошенные волосы и поведала о своих взглядах на данные обстоятельства. Оказывается во времена ее молодости, то есть много-много веков назад, считалось неприличным, если девушка до свадьбы с мужчиной была. Это и в наше время не приветствуется, но соблюдается не так строго. Но именно эта дурацкая причина мою волшебницу останавливает! И еще она хочет, чтобы у нее все, как полагается, было, то есть сначала свадьба, белое подвенечное платье и так далее, а потом уже все прочие радости.

— А почему платье-то белое? — растерянно спросил я.

— Так было принято в моем мире, — объяснила Саффа. — Белый — цвет невинности. Невеста всегда в белом.

Представил я ее в белом платье с трудом, учитывая, что она всегда черное носит. Представленная картинка мне понравилась. Но ждать до осени! Сейчас только весна! Ну ладно, конец весны. Но все равно, еще очень и очень долго.

— Саффа, а нельзя это белое платье без соблюдений всяких правил надеть? — осторожно спросил я.

— Ты не понимаешь! — обиделась волшебница.

Да уж! Конечно, я не понимаю! Сложно что-то понять, когда вот она девушка моей мечты — рядом, только руку протяни, а фиг там! Я тихо застонал.

— Прости! Я не могу по-другому! — воскликнула Саффа.

Кажется, ей и самой было жаль, что все вот так, а не иначе. Ну что ж, я могу ее понять, она мечтала, чтобы было красиво — большая любовь, белое платье и так далее, а тут всякие события произошли. Предок мой, трус несчастный, и сон на несколько столетий, а после никакой личной жизни, только шарахающиеся маги, обвешанные защитами, как перед смертным боем.

— Я понимаю. Ждем до осени, — тихо проговорил я и перенес нас… а вот это ей совсем не понравилось.

— Эрраде, ты придурок! — заорала Саффа, выныривая из озера, — предупреждать надо! Я чуть не утонула!

— Зато охладились, — весело утешил я.

— Если тебе так надо было охлаждаться, то и телепортировался бы сюда один! Ты… ты…

Я нырнул, схватил ее за ноги и утянул под воду. Хватит уже орать. Можно подумать, ей охладиться не надо.

— Утопить меня решил? — взвизгнула Саффа.

— Интересная картинка, Озерная Ведьма утонула в озере, — прокомментировал я. — Кстати, почему Озерная?

— Местные жители меня так прозвали потому, что я у озера жила и водную стихию в своей магии использую чаще, чем остальные. Все, давай выбираться отсюда, вода ледяная. Где мы вообще?

— В Арвалии.

— Что?! Эрраде с Арвалией воюет, а ты на их территории в озере плескаешься!

— Так все равно никто не увидит, — успокоил я и перенес нас обратно в Зулкибар. Если честно, мне уже и самому холодно было. Зато всякие разные желания пропали.

Появились мы в моей спальне. Мокрые, дрожащие как суслики какие-то, зубы клацают. Я забыл, что мы маги и высушиться нам раз плюнуть, обнял Саффу, прижал к себе с эгоистическим желанием — хоть немного согреться. И тут дверь воздушной волной вышибло, и в спальню ворвалась эта бравая команда. Самоубийцы фиговы! Во главе с Каро, первым идиотом Зулкибара! Почти в полном составе. Только дядьки Горнорыла не хватает.

— Вы чего? — ошарашено брякнул я.

— Ну, вот что я говорил? — осведомился Пардок у всей компании, — говорил же я, что все с ними в порядке.

— Не совсем в порядке, — возразил Николай, оглядывая нашу мокрую одежду. — Вы откуда такие?

— Да какого хрена вы сюда вообще ворвались? — заорал я и, наконец, опомнился, высушил нашу одежду, а то Каро как-то неправильно поглядывал на Саффу, у которой балахон мокрый к телу живописно прилип.

— Мне доложили, что вы вернулись, — сказал Каро.

— И ты решил, что это повод выломать дверь в мои покои. Гениальный какой! — разозлился я, — ты, что себе позволяешь?

— Зря ты на него набрасываешься, — вступился Коля, — он же о тебе беспокоился. Юсар вот сказал, что неладно у вас там что-то. Его одновременно с нами в Зулкибар выкинуло, а вас почему-то нет, хотя Кардагол вас лишними назвал.

— Дурак ваш Юсар! — окрысился я. — Мы лишними были при воскрешении отца, а на ритуале возврата присутствовали. Все равно повода не вижу ко мне вламываться. Юсар! Ты бы лучше так геройствовал и боевую магию применял, когда это надо было! Подвиги он мне тут совершает, вышибая двери. А если бы мы с Саффой чем-нибудь таким занимались?