Джин Вулф - Чародей

Я выжидательно молчал.

– Герда поможет нам одеваться, а ее муж устраивает нас больше, чем зрячий мужчина: нам не придется беспокоиться, что он увидит нас раздетой, и он слишком стар, чтобы думать об изнасиловании. Но мы сомневаемся, что он в силах сам поставить или снять палатку. Сегодня ставили люди герцога Мардера. Мы не хотим просить о помощи каждый вечер. Вы, мужчины, говорите, что женщины постоянно просят о помощи. И если это не вполне соответствует истине, то и не вполне неверно. По-вашему, нам нравится просить?

Я помотал головой.

– Правильно. И все же порой мы просим, как просили вас отправиться с нами в Утгард. – Темные глаза, горевшие огнем, немного затуманились. – Это совсем несложно, просить вас. В вас есть что-то такое, что даже королеве не стыдно обращаться к вам за помощью.

– Это хорошо.

– Так вы отдадите нам Анса на время? Пожалуйста! Мы просим, как о великом одолжении, и вернем вам вашего слугу сразу по прибытии в Утгард. У вас еще останутся Хела и Хеймир – или вы отдали Хелу сэру Воддету? Но у вас в любом случае останется Хеймир. И вы сможете пользоваться услугами Анса, когда пожелаете.

– Благодарю за честь. Разумеется, вы можете взять Анса и держать при себе сколь угодно долго, коли он станет хорошо служить вам. Но не могу не спросить. Его милость сопровождают восемь слуг. Он с готовностью отдал бы вам семерых, стоило вам только намекнуть. Почему именно Анс?

Идн вздохнула:

– Потому что он ваш слуга и ближе вам, чем любой другой.

– Можете взять его, ваше величество. Но насчет нашей с ним близости вы ошибаетесь. Бертольд Храбрый мне гораздо ближе, а также Гильф. – Я положил ладонь на голову пса.

Идн улыбнулась:

– Бертольд уже служит нам, а с собаками так просто не расстаются. Вы пришлете к нам Анса? Это только до прибытия в Утгард, как мы сказали.

– Конечно, ваше величество. – Я отступил назад, ожидая позволения удалиться.

– Постойте! Сядьте. Прошу вас, сэр Эйбел, выслушайте нас. Вход в палатку открыт – никто не заподозрит нас в дурном, коли мы с вами часок побеседуем. – Идн понизила голос. – Нам нужно кое-что рассказать вам.

– Как прикажет ваше величество.

Я сел на ковер перед складным стулом Идн.

– Вчера мы сказали вам, что к нам являлся некий посетитель.

Я кивнул:

– Эльф?

– Нет. Один из наших подданных. Из ангридов. Вы провели мало времени в Йотунленде, сэр Эйбел, однако наверняка получили некоторое представление о стране. Вам ничего не показалось странным?

Я пожал плечами:

– Много разных вещей.

– Мы не станем утруждать вас просьбой перечислить оные. Вы видели наших подданных – великанов – и их рабов?

– Да, ваше величество, разумеется.

– А великанш?

Я напряг память; для меня все осталось в далеком прошлом.

– Я был в доме Бимира, ваше величество, но у него не было ни жены, ни детей.

– У его величества, – сказала Идеи, – нет детей. И нет супруги, помимо нас. Жены и дети остальных ангридов спрятаны. Девочкам суждено скрываться всю жизнь, а мальчикам – до той поры, покуда они не станут достаточно взрослыми, чтобы осознать, что они именно скрываются, а также где они скрываются и почему.

– Если бы я спросил, где…

– Мы не вправе сказать вам. Существует особая страна, где живут великанши. Мы называем ее Йотунхоумом; ученые употребляют название Воллерленд, или Страна мудрых женщин. Как супруга его величества, мы являемся правительницей Йотунхоума. Не просто королевой, но монархиней. Они явились к нам в первую ночь после бракосочетания, когда наш супруг стонал и истекал кровью в постели.

Кажется, я кивнул.

– Понимаю…

– Нет, не понимаете. И даже не думаете, что понимаете, ибо вы слишком умны для этого. Пожелай мы взять в сопровождающие женщин, которые бежали бы рядом с нашей лошадью, как Хела и Хеймир бегут рядом с вашей, мы бы получили желаемое. Но тогда мы подверглись бы нападению, и сейчас нас здесь не было бы. – Идн вздохнула. – Говорят, они умеют сражаться, и, зная условия их жизни, мы в этом не сомневаемся.

Той ночью, когда все уже спали, Анс, выполнив все распоряжения Идн, пришел к моему костру. Хеймир крепко спал, наполовину прикрыв свое огромное тело медвежьей шкурой. Анс видел, как я оседлал Облако, свистнул Гильфа и поскакал на север по ночному небу. Об этом он рассказал мне позже.

– Сядь, – сказал Бил Таугу. – Нам с тобой нет нужды в церемониях.

– Я все равно лучше постою, – сказал Тауг, – если ваша светлость не против. Мне неловко сидеть в вашем присутствии.

– Как тебе угодно. Однако ты устал, наверное. Лестницы этого замка укатают любого.

Тауг ничего не ответил.

– Мое задание опасно, но не займет много времени. Ты ведь помогаешь сэру Свону, когда он выполняет обязанности начальника стражи?

– Да, ваша светлость.

– Таким образом, часовые привыкли подчиняться тебе. Ты знаешь, что мы опасаемся нападения на замок. Не просто толпы, колотящей в двери и шумно требующей показать короля. Такого мы уже насмотрелись. Но серьезного нападения мятежников.

– Я понимаю, ваша светлость, – устало кивнул Тауг.

– Ты когда-нибудь видел осаду, оруженосец Тауг? Я имею в виду, настоящую, которой руководит король или другой крупный правитель, имеющий в своем распоряжении военных механиков.

– Нет, ваша светлость, не видел.

– Я так и думал. Здесь могут применяться самые разные машины, например катапульты. Деревянные башни на колесах, буры для прокладки подземных ходов и так далее и так далее. Однажды я принимал участие в такой осаде. – Бил переплел пальцы. – Но нам нет нужды бояться ничего подобного. Его величество – я говорю о своем зяте – оправится задолго до того, как мятежники сумеют захватить замок с помощью такого рода машин. Нам следует бояться единственно внезапного штурма. Именно поэтому мы выставляем стражу. Именно поэтому я очень рад, что Шилдстар со своими ангридами на нашей стороне, пусть они и причиняют нам много головной боли.

Тауг, который всем сердцем желал, чтобы Шилдстар со своими ангридами провалился в Муспель, послушно кивнул.

– Сколь бы слабы мы ни были, никакой штурм не увенчается успехом без таранов и приставных лестниц – длинных лестниц, по которым нападающие смогут подняться к верхним окнам и парапету башни. Поскольку речь идет об ангридах, такие лестницы должны быть огромными.

Почувствовав, что от него ожидают очередного кивка, Тауг кивнул.

– Поистине огромными и очень прочными. У тебя есть палка, оруженосец?

– Палка, ваша светлость? Нет, ваша светлость.

– Раздобудь. Примерно такую. – Бил развел руки на длину боевой стрелы. – Если тебя заметят, ты должен притвориться слепым. Слепой раб, бредущий по городу за стенами замка, не вызовет подозрений.