Ненси Верайн - Меч Бури

Все шесть городов Торбардина, а также Северные и Южные ворота были соединены между собой множеством тоннелей. Хорнфел и Гнейсс знали все дороги Торбардина. Они оба родились здесь, прожили здесь всю свою жизнь и поэтому сейчас выбирали кратчайшие пути без малейшего раздумья.

Танис молча шел за Хорнфелом и Гнейсом. Когда они вступили на вырубленный из гранита мостик. Гнейсс, слышавший за собой, дыхание полуэльфа, обернулся.

Кроме них, никого на мосту не было; впереди слышались крики и смех играющих детей. Сзади в саду было тихо.

– Что это? – вдруг прошептал Гнейсс.

Танис сделал рукой знак, призывающий к молчанию, и весь превратился в слух. Они услышали шарканье ног… Полуэльф потянулся к мечу, Хорнфел крепко стиснул рукоятку Небольшого кинжала.

– Вон там, – прошептал Хайлар.

Как только он это сказал, неясная тень на краю моста превратилась в гнома. Гнейсс вздрогнул. Гном, неожиданно появившийся, так же неожиданно и исчез, словно бы и не заметив ни танов, ни полуэльфа.

Тейварец, один из «волшебничков» Рилгара.

Танис, поглаживая пальцем эфес меча, перевел взгляд с Хорнфела на Гнейсса.

– Кто это?

– Я не знаю его имени, – проворчал Гнейсс.

– Деган, – сказал Хорнфел. – Да, Деган. Из рилгаровских… помошничков.

«Наверное, он хотел сказать: из рилгаровских убийц», – подумал Гнейсс.

Он покачал головой и пошел вперед.

Гнейсс почти всю дорогу молчал, Хорнфел – тоже. А полуэльф их ни о чем не спрашивал. Очевидно, Танис пошел с ними вовсе не случайно. По-видимому, полуэльф – телохранитель Хорнфела… Да, да, верно!

Конечно же, первое, что сделает этот трижды проклятый Тейвар, если ему удастся захватить власть, – избавится от людей, пришедших в Торбардин. И они это хорошо поняли.

Внезапно Гнейссу захотелось увидеть солнечный свет, почувствовать его. Скоро ему придется сражаться; но он не хотел сражаться во тьме.

Дракон Темная Ночь не любил света. Рилгар раздраженно что-то проворчал и воткнул горящий факел в укрепленный на стене светильник. Его черная неровная тень протянулась по каменному полу к лапам дракона. Бешеная ярость клокотала в тане Тейвара. Пальцы его правой руки забегали по рукояти Меча, по золоту, серебру и сапфирам. Его гнев был холоден как лед. Он подал знак двум стражам, ожидавшим его приказаний, и они втащили в круг света что-то тяжелое.

Мертвое мясо! Темная Ночь зарычал, громко выражая протест. Совсем рядом, в маленькой пещере за его логовом, находилась куда лучшая пища: однорукий гном и девушка из людского племени, которых дракон принес на своей спине Рилгару. Темная Ночь желал живого мяса и с негодованием смотрел на тело мертвого гномского стража.

– Это им ты и собираешься меня накормить?

Рилгар засмеялся – его смех был подобен треску ломающегося льда.

– А ты еще не наелся, да? Козла и теленка тебе мало? Ну, дракон, у тебя и аппетит! – Он подошел к дракону вплотную, в его глазах пылал гнев.

– Хаук сбежал! Я нашел вот этого, мертвого, в пещере, там, где должен был находиться Хаук. Итак, ты голоден? Прекрасно. Замори сейчас червячка и найди мне Хаука. Тогда ты получишь мясо получше. Когда найдешь Хаука. Но не раньше.

Темная Ночь вытянул вперед шею, его огромные ноздри затрепетали. Мертвечина на обед – это, конечно, оскорбление для дракона. Но в животе у него бурчало от голода. Он вонзил клыки в плечо мертвого стража и захрустел его костями.

Рилгар отпустил стражников. Потом повернулся спиной к дракону и вынул из ножен Королевский Меч.

Божественное сердце клинка в скользящем свете факела забилось быстрее, ярче. Рилгар высоко поднял Меч обеими руками, потом медленно опустил его до уровня глаз. Его учащенное дыхание туманило сталь, но темно-красное сердце Меча все равно сияло так же ярко.

– Историки, – сказал он Мечу, – напишут обо мне и о моем царствовании. Король-регент? – Его глаза сузились. – Нет! Верховный Король!

«Нет, вовсе не регент, – подумал он, опуская Меч, – не хранитель трона Верховного Короля, ожидающий, когда будет обнаружен мифический Молот. Я, именно я буду Верховным Королем!»

Темная Ночь снова вытянул шею, почти коснулся головой Рилгара и в упор посмотрел в его глаза.

– Я буду сторожить своих пленников, Повелитель. Но только для своего собственного обеда.

Рилгар холодно улыбнулся и взглянул на пленников, лежащих в темноте там, куда их бросили стражники. Его сонное заклинание скоро перестанет действовать. Он опять улыбнулся, подумав, как они будут «рады», когда проснутся и поймут, что их охраняет вечно голодный дракон. Однако же этот подмастерье Станах и девушка из человеческого племени не должны быть съедены драконом, для них найдется кое-что получше, чем его брюхо.

«Они будут присутствовать на церемонии моей коронации, и я буду благодарить их за то, что они принесли мне Королевский Меч, а после я вырву из их груди сердца за то, что они мешали мне получить его», – подумал Рилгар, но дракону он не сказал ничего, только пожал плечами.

Дракон поднял голову, обнажив клыки и обдав Рилгара зловонным дыханием.

– Повелитель, ты отдашь мне пленников? Рилгар поморщился – ему было неприятно видеть клыки дракона так близко от своей шеи.

– Ты охраняешь их по моему приказу. Только мои слова для тебя – закон.

Темная Ночь подумал, как будет благодарен ему Верминаард, когда он принесет ему этот Меч и тот повесит Меч на стене тронного зала над черепом этого надменного гномика.

Рилгар торжествовал, он упивался победой, словно волк, догнавший зайца. Победа была совсем близка, оставалось только протянуть руку и взять ее. Его слуги идут по пятам других танов – тоже волки, хоть и помельче, но такие же голодные.

Темная Ночь свернул хвост кольцом и растянул безгубый рот в беззвучном смехе.

Тан Тейвара отдаст приказ о коронации только тогда, когда Хорнфел будет мертв.

Дракон посмотрел, как Рилгар снова взял в руки Королевский Меч и поднес его поближе к свету факела. Темно-красное сияние окрашивало руку гнома, словно она была в крови.

О да, Хорнфел скоро будет убит.

Рилгар убьет своего главного врага в темноте, клинком в спину. Убьет, как трус. И неужели он действительно думает, что завоеванная таким образом власть принесет ему славу?!

А Рилгар медленно вложил Меч в ножны. Повернулся к дракону спиной и спросил:

– Ты слышишь мои мысли, да, Севрист?

Темная Ночь в ответ торжествующе расправил крылья.

– Да, ты слышишь их, и это хорошо. Но молчи о слышанном. Ты мне еще понадобишься – тебе нужно будет кое-куда слетать. И возможно, что я смогу позвать тебя только мысленно.

Дракон прижал крылья к бокам, облизал клыки.