Валерий Иващенко - Маленькая ведьма

Всё бы ничего - но Линн вертелась как на иголках. То высовывалась в отворённое окно, подставив лицо рассеянному свету и тёплому ветерку и напропалую кокетничая со скачущим рядом Карлосом. То откидывалась опять на чуть колышущиеся бархатные подушки и продолжала читать толстенный том "Общей Магии" - занятнейшая, я вам скажу, книга, когда напротив на подушках восседают тётушка Фло и господин Эккер, готовые тут же разъяснить малейшее непонимание содержимого.

А иногда по просьбе пожилой волшебницы карета останавливалась, и сидящие внутри выходили чуть размять ноги. Или по иной надобности.

Дон Карлос и барон Валле, изъявившие желание не париться в карете, а совершить поездку верхом, накануне сторговали у барышника пару вполне симпатичных коняшек - черных аж до лоска и горячих до умопомрачения. Впрочем, почуяв железную руку опытного наездника, каждый конь вёл себя вполне пристойно, так что троица в карете путешествовала как бы под не столько охраной, сколь с почётным эскортом из весьма высокородных дворян, что немало позабавило тётушку Фло. Равно как и придало здорового тщеславия самой Линн.

Но самое пикантное было то, что на козлах восседала эдакая златокудрая бестия - красивая как детская мечта и бесшабашная, словно юный гардемарин, девица. Кана сама вызвалась править четвёркой волшебных, дивной красы и неутомимой прыти белых лошадей, и теперь с высоты своего сидения гнала карету по дороге, заставляя остановиться, оглянуться и изумлённо протереть глаза встречных. И вгоняя в ступор ошеломлённых зевак в оставленных позади деревнях и городишках, через которые проходил тракт на Сарнолл.

Сарнолл. Родина, как-никак - однако сколь Линн ни искала в своей душе хоть каких-нибудь признаков ностальгии или волнения, она не находила ровным счётом ничего. Ни-че-го-шень-ки! Совершенно равнодушно вспоминала грязные и закопчённые дома родного квартала, простор площадей и скверов богатого района, каменную громаду Моста через Изель. Лишь припомнившийся вид на море с любимого места на меловом обрыве рядом с портом что-то всколыхнул в её сердце.

Море. Своенравное и прихотливое - как она сама. И в то же время могучее и свободное. Станет ли она и такой же когда-нибудь? Возможно, возможно - ход в этой партии сделан, и ошибиться она, Линн, попросту не имеет права. Обязана выиграть, кто бы ни сидел по ту сторону гигантской доски для игры в трик, именуемой Крумт. Или Зееландия - кому как нравится…

Из задумчивости её вывело неопределённое восклицание правящей лошадьми эльфийской волшебницы и быстро замедляющийся бег кареты. Положив закладку в книгу и захлопнув её, Линн высунулась в окошко и обозрела вечереющие окрестности.

Они как раз съезжали с пологого холма, коими изобиловала эта лесистая местность, так что дорога была видна далеко. И чуть впереди, у кривой берёзы виднелась сильно накренившаяся набок карета, смирно пощипывающие травку на обочине лошади. И бестолково суетящиеся люди, коих на все лады распекала чопорная дама в строгом чёрном платье. И весь вид у старой змеюки был настолько пренебрежительно-высокомерным, что у Линн прямо-таки зачесались ладони - проверить состояние и вес кошелька этой злющей карги. Тоже мне, блаародная!

Однако девушка сдержала свои хищные рефлексы и только недобро ухмыльнулась. Едва дождавшись, когда явно вознамерившаяся остановить карету Кана совсем умерит бег лошадей, она открыла дверцу и выскочила на дорогу. Не отходя, впрочем, далеко от кареты.

Рядом с ней спрыгнул с коня дон Карлос и, мило подмигнув, пошёл узнать, в чём тут дело и какая надобна помощь попавшей в неприятность даме. Ужели вы думаете, что молодой кабальеро откажется помочь, пусть даже на вид такой и неприятной особе?

Дальнейшие события развивались словно в замедленном сне, и Линн потом долго просыпалась в холодном поту, ещё слыша в ушах свой затихающий животный крик.

Лёгкий резкий посвист - уж теперь-то она не спутает этот звук ни с каким другим - затем болезненный вскрик сидящей на козлах эльфийки. И Кана с каким-то удивлённым выражением на точёном лице медленно валится с высоты своего сидения - а из левой груди её торчит длинная стрела с серо-крапчатым, как отчего-то явственно заметила Линн, оперением. А нежно-розовое платье стремительно окрашивается алым, и такая же струйка вытекает из уголка изогнувшихся в муке и изумлении прекрасных губ.

Эльфийка падает медленно, словно в воде - и удивление на её лице постепенно сменяется детской обидой. Чарующе зелёные глаза закатываются к небу, и вот её уже подхватывает на руки едва успевший нахмуриться Карлос.

Больно ударив по плечу, рядом с Линн вдруг пролетает что-то массивное и колючее. Это барон, прыгнув прямо с лошади, уже движется в то место подлеска, откуда вылетела стрела. Девушка ещё успевает заметить, как в воздухе его искрящаяся кольчугой фигура хищно искривляется, и в правой руке оказывается вытащенный из заплечных ножен длинный меч. Он с хряском бьёт по туманно колышущемуся пятну - и оттуда вылетает… о боги! Вылетает половина чьей-то головы, расплёскивая кровь и что-то серое с белёсым.

А сама Линн шарит и всё никак не может оторвать от крепления приделанный с внутренней стороны дверцы лёгкий арбалет. Ну, наконец! Модель знакомая - взводится одной рукой или ногой. Механизм исправно щёлкает, едва туфелька девушки до конца выжимает специальную рукоять в форме стремени. Болт уже на месте, выдавленный пружинкой из специальной обоймы…

Барон разворачивается в полёте, пытаясь достать мечом вторую фигуру, появившуюся из-под лопнувшего маскировочного заклинания. Медленно тянется, выворачивая руку в плече и тщась дотянуться - но неумолимая сила инерции проносит его дальше, заставляя потерять драгоценное время. Линн видит, как второй злодей поднимает ладонь, и оттуда уже готово брызнуть что-то слегка светящееся алым и наверняка смертельное.

В поле зрения откуда-то сверху пикирует блестящая старой бронзой птица. Нет - это дрорда с присущей ей неугомонностью и решительностью маленького и не знающего страха сердца вмешалась в битву. С её мордашки срывается и летит нестерпимо сияющий шар огня. Он бьёт наотмашь - и расплёскивается в стороны безвредными сполохами пламени. Похоже, злодей защищён соответствующей магией, и теперь его очередь.

Но поздно!

Глаза Линн расширились просто на пол-лица. И всё же отметка прицела арбалета уже подлетела к переносице колдуна, а палец сам собой мягко - как учили - и нежно вжимает спусковую скобу.

Железный рычажок выходит из паза, и выточенный из твёрдого дерева "орех" начинает проворачиваться, своей прорезью пока ещё удерживая неистовую ярость взведённых пружин. Тетива стонет, дрожит от натяжения - быстрей, быстрей! - и вот она, вырвавшись наконец из зацепления, подхватывает толстенький металлический стержень.