Лексис Ласкирк - Спасая принцессу

   Архимагистр кивнул головой и промолвил:

   - Я согласен с тобой, мой мальчик. В Голливуде может быть она и составила свою карьеру, но всё равно была бы глубоко несчастна потому, что была бы вынуждена играть роль принцессы, а не быть ею в действительности. К тому же вы должны подготовить её даже не к этому, а к куда более ответственной миссии. Кстати, друзья мои, вы знаете, что она родив сына уже через два года оставит его на ваше попечение и отправится на Ожерелье вместе с мужем?

   Все трое дружно кивнули головой, а Талионон ещё и сказал:

   - Я семнадцать раз составлял гороскоп с всё новыми и новыми дополнениями и всякий раз получал один и тот же результат. Королева Иримиэль и король Алмарон оставляют своего сына на наше попечение и сматываются с Земли вместе с целой бандой совершенно озверелых магов-ниндзя и чуть ли не целым племенем сиу. Причём всё указывает на то, что Алмарон захочет освободить какую-то Мереиду и воцариться там вместе с преданным Ири Одакадзу, дочь которого станет женой их второго сына, а он будет их канцлером и все вместе они создадут такое королевство, что им даже ты будешь завидовать, матер. Ты, кстати, не знаешь, где она находится, Лан?

   - Даже понятия не имею, Талли. - Ответил маг - Но догадываюсь, что это какой-то мир в Тёмном ожерелье. Ладно, ребята, скоро появится Одакадзу с одеждой для нас и советскими деньгами и мы будем думать, как нам проникнуть за железный занавес. Говорят, что там ещё хуже, чем в Китае, а может быть врут. Одакадзу, который позволил тому русскому полковнику в Токио завербовать себя, весьма высокого мнения как о Советском Союзе, так и о советских людях и говорит, что они не такие уж и несчастные. Очень талантливые, невероятно стойкие и ещё хитрые. В общем весёлый народ, который способен приспособиться к любым обстоятельствам и обвести вокруг пальца кого угодно, включая своих правителей. Всё то, что мы узнали о России от графа Орлова, не имеет никакого отношения к Советскому Союзу. Правда, люди живут там не в пример беднее, чем в Европе и к тому же эти советские люди по словам Одакадзу думают одно, говорят другое, а делают третье. В общем интересный народ. Не даром на западе только и говорят, что о загадочной русской душе.

   На территорию Советского Союза эльдамирцы проникли в лучших традициях ниндзя, тайно, как самые настоящие шпионы. Одакадзу и тут увязался за ними и именно он настоял на том, чтобы создать портал прохода в Белогорск. Именно из этого города на Дальнем Востоке и был родом военный атташе советского посольства в Японии, из которого хитрый маг-ниндзя выудил очень много полезной информации. Больше всего эльдамирцев поразила та одежда, которую привёз им в отель их проводник. Ничего более некрасивого и неудобного они в жизни не видели, хотя многие знакомые им люди одевались и похуже, но ведь они жили в совсем уж в бедных, экономически отсталых странах, а Советский Союз всё-таки считался великой державой и это именно его панически боялись в Америке и Европе.

   Магию на первых порах им приходилось применять практически постоянно, так как они оказались в приграничной зоне, но в конце концов они обзавелись советскими паспортами, военными билетами и сели на поезд до Москвы заняв целое купе в спальном вагоне. Варнону предстояло спать в соседнем купе. После Лхасы со всеми её бытовыми неудобствами Ланнель думал, что уже не увидит ничего более ужасного, но как оказалось, он жестоко ошибался. Поездка из Белогорска в Москву явилась настоящим испытанием как для него, так и для всех его спутников кроме Одакадзу. Во время войны и после неё видел вещи и похуже, чем тот поезд прицепленный к чёрному чудовищу именуемому паровоз, в котором и предстояло ехать целую неделю.

   Хотя Одакадзу и имел довольно высокий рост для японца, он был почти на голову ниже всех трёх эльфов и на все две ниже Сэнди. В этой поездке он мастерски выдавал себя за корейца по имени Виктор Ким. Ланнель превратился благодаря ему в Леонида Егорова, матёрого охотника-промысловика и даже бригадира, Сэнди в Сергея Егорова, Талионон в Анатолия и тоже Егорова и один только Варнон в Ивана Сытина. Таким образом все пятеро охотников-промысловиков ехали через Москву на Чёрное море, чтобы отдохнуть в Сочи в санатории "Россия", как передовики производства. Для вящей убедительности они везли с собой чемодан с выделанными беличьими шкурками, мешок кедровых орехов и пятилитровую бутыль с кедровым маслом, надеясь всё это продать на курорте. Из добытых Одакадзу разведданных было известно, что после красной икры это самый ходовой товар на юге и там его можно было выгодно продать. Делать этого никто, разумеется, не собирался, но все четверо эльдамирцев решили попробовать себя в новом амплуа мелких советских спекулянтов.

   Одна из двух проводниц, та которая была постарше, каким-то сверхъестественным нюхом сразу после посадки учуяла, что именно лежит в большом, обшарпанном чемодане и её пришлось в срочном порядке зачаровать, так как она хотела купить беличьи шкурки по дешевке дочке на шубу. Однако, это были ещё цветочки. Полночи они простояли на каком-то полустанке, а на следующее сутки в распахнутую дверь просунулся добродушный смуглый дядька в синем шерстяном трико, рубахе с короткими рукавами и домашних тапочках, который предложил им сыграть в очко на интерес. Одакадзу, достав бумажник набитый червонцами, выразительно посмотрел на каталу и тот не моргнув глазом показал ему три сотенных купюры. Обе стороны обменялись дежурными улыбками, Ашот подсел к столу и началась весьма простая, но очень азартная игра, в которой у шулера ничего не получалось, зато его противник раз за разом удивлял его своей удачей.

   Как Ашот не пыжился, но через полчаса триста рублей перекочевали из кармана его рубахи в бумажник Одакадзу, а Ланнель только диву давался и всё гадал, откуда японец знает русские карточные игры, пока тот не сказал ему, что если бы не ойтё-кабу, так игра очко назвалась в Японии, то его семья голодала бы в период оккупации, поскольку его отец сидел в это время в американской тюрьме, а дядя ещё не разыскал их. Обалдевший от такой наглости Ашот вскоре вернулся уже с полутора тысячами рублей и проиграл их всего за десять минут после чего ушел обиженный, а через полчаса к ним в купе заявился небритый милиционер в мятом галифе и давно не чищеных сапогах от которого несло перегаром. Он представился, потребовал предъявить для осмотра багаж за что тут же получил в лоб магическим заклинанием и поскольку время было обеденное, охотно подсел к столу и на нём помимо немудрёной закуси появилось три бутылки армянского коньяка. Ещё через полчаса милиционер, которого звали Тимоха, громко пел песню про какой-то священный Байкал и непонятную бочку.