Александр Зотов - Еще один Фэнтезийный мир. V2.0

— Я? Ну а кто же, кроме меня?! Естественно, злая ведьма во всем виновата — взорвалась Втри. — Я подожгла этого солдафона, хотя смотрела в другую сторону, травила воду в колодцах, воровала вилки, сосала по ночам молоко у коров, покрывала крыс. Конечно, во всем виновата проклятая ведьма!

— Ну, может быть, это и не она, — попытался успокоить ведьмочку волшебник, — девочка моя, скажи мне, насколько ядовита твоя тварь?

— Ну, я не знаю… когда кот жил у меня, предметы он не поджигал, но кто знает, что с ним могло случиться в лесу, — ответила Втри.

— И то верно, — согласился Фамбер. — Замечено, что химеры, оборотни и прочие существа, чей вид был изменен или создан с помощью магии, неустойчивы и могут меняться в течении жизни. Впрочем, чаще всего это приводит к их смерти. Если бы не это, наш мир уже давно был бы населен самыми невероятными и страшными тварями. Особенно, если помнить о том, что не раз…

— Простите, учитель, — прервал волшебника Шус, который уже некоторое время спокойно сидел на своем месте, сменив ту жуткую гримасу что застыла на его лице после чудовищного поступка Втри, на нормальное человеческое лицо.

— …совершались попытки создать…

— Учитель, я не уверен, но… но я подумал. Это я. Я поджог этого Фур-Мур-Бур…

— Ты? — при желании, из этого короткого слова можно было бы извлечь с десяток бочек концентрированного удивления, чему препятствовало лишь два фактора: во-первых, никому не нужно чужое удивление, да еще в таких количествах, во-вторых, даже если кому-нибудь и понадобилось удивление волшебника, Фамбер вряд ли позволил кому-нибудь десублимировать, выпаривать и отжимать его слова.

— Ну, я не уверен, — Шус постоянно переводил глаза из стороны в сторону, пытаясь найти поддержку, который однако так и не обнаружил, — но мне кажется… я очень сильно испугался и разозлился. Понимаете, учитель, я с детства боюсь крыс. И я подумал, что это крыса, а когда она села на этого Фура я подумал… точнее, не подумал. И внезапно он загорелся.

— Хм… полагаю тебе стоило бы побыстрее заняться его обучением Тюр-Тюр, — задумчиво протянул Холдар. — Ведь первый раз он использовал магию еще в том логове разбойников, а насколько я знаю, как только способный к магии человек использует ее, она будет пытаться вырваться из него, и если он не научится вовремя контролировать ее…

— Замолчи, Холдар! Не забывай, что Шус — мой ученик и мне решать, когда и чему учить его. И потом, когда я мог этим заниматься? Не в сопровождении же этих дикарей из степи. Они и так суеверны настолько, что боятся собственной тени, а ты хотел, чтобы я учил его магии. К тому же, теория не менее важна.

— Да я и не претендую на твои права учителя, — заверил друга Холдар. — Особенно, когда ты в гневе.

— Да, в гневе, и радуйся, что я, в отличие от некоторых оболтусов, умею контролировать свои силы, — гордо ответил волшебник.

— Ну, если бы не умел, то вряд ли бы я здесь стоял, Тюр-Тюр, — подтвердил улфулдар, — как, впрочем, и ты. Но на тебя все-таки следовало бы повесть табличку с надписью: «оружие массового поражения» или «не трогай, убьет».

— Холдар, ты уверен, что не хочешь повторить судьбу того кота?

— Можешь не сомневаться, что нет, вне зависимости, имеешь ли ты в виду макание в ведьминское зелье или полет из окна.

— Что, ж в таком случае…

— Благодарю вас, уважаемый господин улфулдар, пусть дождь прольется на вашу голову. Готов приступить к выполнению ваших приказаний — прервал волшебника Фур-Дур-Каф.

— Приступай, — ответил Холдар.

— Приказывайте, — проревел в ответ солдат.

— Еда. Принеси нам что-нибудь поесть, — напомнил Холдар.

— Будет исполнено, уважаемый господин улфулдар.

— Еще кое-что, — остановил его Холдар, — напомни-ка нам свое имя.

— Урараград-Марз Фур-Дур-Каф, уважаемый господин улфулдар.

— Можно звать тебя просто Каф?

— Э-э, так обращается ко мне только… — замялся Фур-Дур-Каф, однако сам прервал себя на полуслове, — я хотел сказать, как вам будет угодно, уважаемый господин улфулдар.

— Отлично, Каф, а теперь идти.

— Как прикажете, уважаемый господин улфулдар, — сказав это, Фур-Дур-Каф развернулся на пятках и строевым шагом вышел из их комнаты.

— Ну, а пока мы ждем наш завтрак, может быть, вы все-таки расскажете, что случилось с вами на самом деле, — обратился к Втри и Шусу Холдар.

— Ну… — протянул Шус, — я не уверен. То есть, конечно уверен, но… но может, как-нибудь потом? Просто понимаете…

— И вправду, расскажешь как-нибудь потом, — внезапно прервал Шуса Фамбер, — в конце концов, твою версию произошедшего мы уже слышали. И не обольщайся. — Я с самого начала был уверен, что ты не совсем честен.

— Ну, может я немного и преувеличил… — попытался оправдаться Шус, но его никто не слушал.

— По правде, я не уверен, что именно ты рассказал, но что-то в твоих словах было крайне неправдоподобно. Сейчас же мне намного интереснее узнать твою версию, девочка. Начни, пожалуйста, с самого начала.

— С самого начала? — переспросила Втри, — но то утро началось как всегда, ничего интересного…

— Девочка моя, ты не поняла меня, — перебил ее волшебник — начни на… на 17–18 лет раньше.

— А? То есть, с самого рождения? Но зачем вам это? — удивленно спросила Втри.

— Просто уважаемый господин улфулдар любит знать биографию свих новых рабынь, это у него что-то вроде хобби. Ведь я прав, Холдар?

— Вернее было бы назвать это не хобби, а научным интересом, — как ни в чем ни бывало ответил Холдар.

— Драконье… проклятье… когда же наконец… боги, — тихо выругалась Втри.

— Ты что-то сказала, девочка? — поинтересовался Фамбер.

— А, ничего. Я только хочу спросить… вернее потребовать, чтобы вы, наконец, объяснили мне, в каком я положении? Кто я: рабыня, осужденная или просто свободная нищенка без документов и жилья?

— Так у тебя нет документов? — поразился Холдар.

— Да, во имя всех темных богов. И все из-за этого проклятого идиота! — гневно заявила Втри, вскочив и показывая пальцем на Шуса.

— Что касается твоего положения, то если подумать, наверное — третье. Ты — нищенка без документов, если уж их у тебя нет, — ответил Фамбер, — а это, насколько мне известно, в халифате еще хуже, чем быть рабом. Ну а теперь, раз уж ты знаешь все, что ты хотела узнать, может…

— Нет, не все, — возразила, впрочем уже не так уверенно, как минуту назад, Втри, — я хочу знать, кто вы. Раз уж мне придется путешествовать с вами, я должна хотя бы узнать, кто мои попутчики.

— Именно поэтому я и спрашиваю тебя о твоей жизни, девочка моя. Я хочу знать, кто ты, раз уж мне придется путешествовать с тобой. Что же касается меня и Холдара, то я обещаю, что я отвечу на все твои вопросы. В разумных пределах, конечно. Но только после тебя.