Наталья Авербух - Граница

Не важно. Пока пусть все идет как идет, а там посмотрим. Все равно я скоро уеду в свою деревню, где мне предстоит провести большую часть своей жизни, изучая местные верования и защищая лес от браконьеров. Домой в лучшем случае удастся попадать только на две с половиной недели в году (еще две недели от стандартного отпуска займет дорога туда и обратно). Может быть, объясняться с родителями вообще не придется… Я их и видеть буду редко.

Я сердито смахнула непрошеную слезинку, сглотнула, прогоняя застывший в горле комок. Знала ведь на что иду! Но когда уезжала, так не переживала, все еще казалось игрой, из которой можно выйти, надо только знать правила…

— Загрустила, Госпожа?

— Да так, — я криво улыбнулась. — Тоска навалилась. По дому.

К чести Орсега, он не стал напоминать, что я у себя дома. Он все понял.

— Я тебе мешаю? Хочешь, я переселюсь в гостиницу, и ты побудешь день с родителями? Наговоритесь.

— А толку? — уныло спросила я. — Что может дать один вечер? Да и зачем?… Они будут спрашивать, я увиливать… разве это разговор?… Да и не принято у нас дома… так…

— Не плачь, Госпожа, прошу тебя, — Орсег остановился передо мной и обнял меня за плечи. — Не плачь.

— Да я уже… в порядке, — вздохнула-всхлипнула я. — Сейчас, подожди…

Страж терпеливо ждал, пока я успокоюсь, понимая: его утешения мне не нужны, ведь если бы не он, мне не пришлось бы уезжать так далеко и надолго из дома. Я его не виню, но зачем мне его сочувствие?

— Все. Спасибо. Пошли. Не будем об этом.

— Ладно. О каких вариантах ты говорила, Госпожа? — бодро спросил Орсег.

— О вариантах? — спохватилась я. — Ах, да! Я имела в виду, либо за нами следят и тогда мы идем на Самую Старую Стройку, либо…

— Второй вариант можешь не предлагать, — усмехнулся страж. — За нами следят. Те же самые, что и всю неделю.

— И все им неймется! — разозлилась я. — Неужели им вчерашнего привидения не хватает?

— Не знаю, но сегодня они готовятся к самому худшему.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую.

— Ох, — вздохнула я. — Как же они мне надоели!..

— Предлагаешь убить? — оживился страж.

— Нет, — поморщилась я. — Но хотелось бы. Ладно, идем на стройку.

— Идем, Госпожа, — согласился страж.

— Я же просила называть меня Элесит! — возмутилась я.

— Я тихо!

— Какая разница? Вырабатывай привычку!

— Как скажешь, Госп… Элесит. Кстати, нам не пора начать игру?

— Ох… Как мне это надоело… пора уже, пора.

— Я тебе надоел? — обиделся Орсег, с готовностью обняв меня за талию.

— Нет, — покривила я душой. — Надоело изображать из себя идиотку.

— Что поделаешь… — притворно вздохнул страж. — Не расстраивайся, это уже ненадолго.

— Ага, — мрачно поддакнула я.

После чего вздохнула и высоким голосом принялась щебетать о том, какая жалость, мы не нашли вчера почтенного Мегтервеза (о, эти отвратительные привидения!!!), и придется искать его на Самой Старой Стройке, где старик — я уверена! — обязательно найдется.

Наблюдатели (как утверждал страж) совсем перекосились от ужаса, видимо, решив: я не только свихнувшаяся кретинка, но и явно опасна для окружающих. Но другого выхода у них не было. Послушались бы вчера умного человека и сняли бы наблюдение, так нет же! Вот теперь расхлебывайте!

— Ну вот, — улыбнулась я, зайдя через парадный вход в наполовину недостроенное, наполовину развалившееся здание. — Добро пожаловать в мое царство!

«Наружка» осталась еще за воротами забора, огораживающего стройку. При нашем приближении к забору раздался жутковатый вой, заставивший вздрогнуть даже меня, двери с размаху захлопнулись, а потом со скрипом отворились. Для виду посомневавшись, я решительно шагнула. Ворота с лязганьем закрылись за нашими спинами. Я пошевелила губами, для начала замкнув на себя вход на Стройку, а потом заблокировав работу иммунитета.

А теперь мы стояли внутри Самой Старой Стройки, полностью замкнутой на одного человека. На меня. Над нашими головами нависали переплетение веревок и тросов, плиты под ногами неплотно примыкали друг к другу, являя глазам жуткие щели.

Я пошевелила рукой, и парадная дверь также захлопнулась, а по зданию пронесся заунывный вой.

— Что это было? — спросил страж, стараясь скрыть испуг.

— Ничего, — пожала я плечами. — Я же говорила, тут водятся привидения.

— Привидений не бывает!

— Ты уверен? — Мимо нас пронеслась белая тень.

— И ты привела меня сюда? В это гиблое место?

— Почему бы и нет? — безразлично спросила я. — Ничем не хуже твоих лесов.

— Ты меня все еще попрекаешь? — Орсег аж задохнулся от возмущения. — Я извинился!

— Это ничего не меняет.

Что-то увесистое со свистом рассекло воздух перед нами и скрылось в темноте.

— Ты спятила? — в который раз закричал страж. — Зачем ты отправилась сюда, если здесь можно умереть или покалечиться? Опять жить надоело?!

Тут я не выдержала и рассмеялась. Смеялась я долго, искренне, не обращая внимания ни на то, что эхо разносит мой смех по всей Строке и возвращает его адским хохотом, ни на вытянувшееся лицо стража.

— Извини, — задыхаясь, выдавила я. — Нет, правда, извини. Но я не смогла удержаться!

— От чего? — подозрительно спросил Орсег.

— От розыгрыша. Очень уж ты испугался «привидения». Нет, правда, извини, я больше не буду. Честно!

Страж нахмурился, потом вспомнил, что я не так давно чуть не плакала, и решил сменить гнев на милость.

— Ладно, Госпожа. Может, тогда разъяснишь, в чем дело?

— Ни в чем, — отсмеявшись, сказала я. — Просто ты не знаешь предыстории. Говорила же тебе, я сама составляла статистику несчастных случаев.

— И что?

— А то. Вся статистика — липа, от начала и до конца.

— А как же?…

Я ухмыльнулась.

— Задание. Помимо изучения городского фольклора у меня было задание оборудовать Старые стройки — и эту в особенности — магическими ловушками, защищающими от непрошеных визитеров. Они настроены так, чтобы узнавать своих, в первую очередь на меня.

— Зачем? — не понял страж. — Кому нужны эти развалины?

— Ты ничего не понимаешь в моей работе. С помощью таких мест можно оторваться от слежки, незаметно встретиться с нужным человеком или устроить потайную почту. Конечно, могут возникнуть подозрения, но в здание не проникнуть постороннему, ловушки сделаны на совесть. Только они не убивают, конечно. Пугают немного, ну, и не пускают дальше. Погибнуть тут можно только случайно. Или от ужаса, но это уж у кого как со здоровьем.