Сергей Уксус - Путь к жизни

— Ну-у-у, не такой уж и прекрасный, — хмыкнул после недолгого раздумья король. — Всех проблем — объявить своих отступниками. Неприятно — не спорю. Однако ж и не смертельно. Десяток недовольных в Ордене, не больше. Да и то вряд ли: репутация Ордена важнее, а мёртвые… Им особой разницы нет. Тем более что сами виноваты.

— Жрецы Милостивого тебя не слышат, — усмехнулся Рисхан.

— Кстати, как они там? — встрепенулся Его Величество.

— Довольны, как обожравшийся гоблин. Уж не знаю, как они сумели выдать мертвеца за живого, но после этого случая протащить эту нежить в храм можно без всяких проблем. Да и во дворец на аудиенцию, если что…

— На аудиенцию?!

— А! Я ж тебе не сказал! — главнокомандующий допил вино и широко ухмыльнулся: — Они не просто за живого его выдали, они из него варварского князя сделали. Хоть и не правящего, но и не изгнанного. И гобла дохлого докажешь обратное. Его сиятельство Гельд Проклятый, видишь ли, не просто из-за хребта, а вообще с дальнего Севера. Якобы морской разбойник бывший. А там — у кого десяток мечей, тот и князь. Вот так! — и старший принялся наливать себе вторую порцию, бурча под нос что-то вроде: «Мои б бездельники так работали…»

Вслушиваясь в это бормотание, Кирхан согласно кивал: решение и правда выглядело весьма изящно, предоставляя широкие возможности для манёвра. Конечно, самозванство не есть хорошо, но… Но а вдруг это так и есть? В том смысле, что происходил нынешний мертвец из знатного рода, пусть даже и не княжеского? Что тогда? Сохраняются ли за покойником прижизненные титулы и звания? Или, выражаясь другими словами, является ли факт смерти достаточным основанием для лишения усопшего титулов, званий, наград и тому подобного? В законе об осквернении могил говорится…

— Что?… — увлёкшись решением неожиданно подвернувшейся задачи, Его Величество пропустил слова брата мимо ушей.

— Говорю, задумал этот ублюдок что-то! — повторил Рисхан, немного повысив голос.

— Мертвец? — не понял Кирхан.

— Какой, к гоблинам, мертвец?! Кир, ты о чём думаешь?!

— А? Я?! Извини, отвлёкся.

— Отвлёкся он, — проворчал главнокомандующий. — Вот так вот отвлечёшься не в то время и… Ладно, — махнул он рукой, — гоблин с ним. Скажи лучше, что делать будем?

— Делать? — переспросил Его Величество. — А что мы сейчас можем делать? Только ждать…

Несмотря на все опасения, дальнейший путь до самой столицы прошёл спокойно. Ночевали большей частью на постоялых дворах, и тогда мертвец требовал себе в номер ванну, удивляя этим караванщиков и вояк. Уставшие бояться люди заключали пари, выдвигая самые различные предположения, для чего князю (и Дарсиг, и Керах предупредили своих, что тот, кто назовёт лича иначе, будет отдан оному на опыты) столько воды. И осаждали вопросами сопровождающих, однако Хассрат с Велирандом только насмешливо фыркали и то и дело отваживали молодых и не очень служанок, стремившихся потереть спинку важному господину. А заодно и заработать известным способом.

Впрочем, получив отлуп, дамы не слишком-то и огорчались: пусть не таких знатных, но мужчин вокруг хватало. Сын Ушастого, уже довольно долго обделённый женским вниманием, тоже попытался было принять участие в утешении неудачниц, однако нарвался на короткую, но весьма информативную лекцию старшего товарища. Оказалось, что здесь — не долина и утешаемым придётся заплатить. И потом, есть риск подхватить от них какую-нибудь гадость. За лечение от которой опять же придётся выложить денежку, но уже магу. Например, Мяснику. Последовал кивок в сторону как раз проходившего мимо Лиртво. Целитель, прекрасно слышавший весь разговор, сделал серьёзную физиономию и важно кивнул: мол, да, всё правильно, платить придётся. О том, что в таких случаях в первую очередь проверяет ауры жриц любви на предмет наличия этих самых гадостей, он, само собой, сообщать не стал — зачем портить чужую игру? Тем более что научиться плохому юнец всегда успеет. Особенно в столице, в непосредственной близости которой пареньку придётся провести не меньше полугода — до следующего каравана.

Ещё Хассрат время от времени ощущал чей-то пристальный взгляд, а один раз какая-то подвыпившая компания попыталась затеять драку. Забияк связали их же собственными поясами и передали стражникам городка, у которого остановились. Бравые служаки, явившиеся якобы наводить порядок, попытались чего-то требовать, однако гвардеец вызвал командовавшего ими десятника на поединок и тут же воткнул ему в глотку свой меч. После чего пообещал провести расследование нападения на особый караван, совершённого в присутствии его, капитана королевской конной гвардии Вертина Дарсига, и взвода егерей. Услышав волшебные слова «особый караван» и «расследование», доблестные стражи порядка поспешили исчезнуть, а спустя час на постоялый двор заявился их капитан — извиняться и обещать наказать виновных лично. Уловив идущий от него запах страха, оборотень подумал, что этот тип явно знал о шалостях своих подчинённых и имел с этих шалостей долю. Но промолчал: господина это не касалось.

И вот так добрались до самого Карса, где всё же пришлось расстаться. Караванщики остались перегружать товары на телеги, поскольку на улицах города снега уже не было, егеря же, прихватив сани с мертвецом, двинулись по предместьям в объезд.

Велиранд, уже считавший себя бывалым путешественником, ошеломлённо крутил головой по сторонам — те городки, мимо которых проходил караван, не шли ни в какое сравнение со столицей королевства. Забавное зрелище. Хотя, если совсем уж честно, Хассрат и сам держался на одной лишь гордости, постоянно напоминая себе, что воин с открытым ртом выглядит мягко говоря глупо. И не будь здесь свидетелей…

Свидетели, окружившие сани плотным кольцом, тихо посмеивались. Большинство из них тоже когда-то увидели Карс впервые и помнили собственные ощущения. И потому каменная физиономия Хасси их не обманывала: впечатлён провинциал, впечатлён!

Один только Гельд сидел как обычно — закутавшись в плащ, надвинув капюшон до подбородка. То ли разглядывал окрестности магическим зрением, то ли думал о чём-то своём…

Наконец небольшие домики, окружённые огородами, раздались в стороны. Довольно кривая, хотя и широкая улица выскочила на свободу и тут же упёрлась в небольшие ворота в городской стене.

— Кладбищенские, — пояснил путешественникам кто-то из ближайших к саням егерей.

— Что? — не понял Хассрат.

— Ворота называются Кладбищенские.

— А…

— С другой стороны, — указал кивком направление всё тот же егерь. — Вон, храм видишь?