Химера-читатель - Память героя

— Я не предполагаю, Драко. Благодаря этому дару я знаю. Знаю, что она ездила к нему на летних каникулах и что он был с ней все время. Что он ей что-то рассказывал, а она внимательно его слушала. И сейчас если у нее возникает сложный вопрос она идет к нему. Вот это я знаю, Драко.

— Может он просто делится с ней знаниями о магическом мире. — попытался найти объяснения действиям девушки Малфой. — При всем моем уважении к твоей избраннице о жизни волшебников в силу своего рождения она знает ещё очень мало.

— Допустим. Но почему она не обратилась тогда ко мне. Ведь я тоже чистокровный из древнего рода. — отверг аргумент друга Нотт. — Что может знать Крам, чего не знаю я.

— Ну не скажи. Вспомни с какой жалостью иногда смотрели на нас ученики из Дурмстранга. — задумчиво произнес Малфой. — Мы тогда ещё здорово злились. Да и при общении с Шармбатонками нет, нет, да и проскальзывало чувство, что они считают нас дикарями. Подумай, за весь год отношения возникали только среди чужаков, ни один ученик кроме Гермионы не смог тогда завести близкого знакомства с прибывшими.

— А может быть ты и прав. — слова друга посеяли сомнения в душе Тео.

— А теперь подойди к вопросу с другой стороны. — Драко внимательно смотрел на друга. — Тебе нужна эта девушка?

— Да! — уверенно ответил Тео.

— Тогда завоюй ее, Наследник. — резко заговорил Малфой, Нотт никогда не слышал от него ничего более прямолинейного. — Сделай так, чтобы она и думать забыла о всех, кроме тебя. Мы слизеринцы и мы всегда добиваемся того, что хотим.

— Да! — решительно и убежденно сказал Нотт. — Гермиона Грейнджер будет моей женой, даже если мне лично придется отбить ее у всех парней Болгарии, Франции и Англии вместе взятых.

— Вот и молодец. — улыбнулся Малфой. — Вперед, действуй. И никогда не забывай, кто ты.

— А что будешь делать ты? — задал встречный вопрос Нотт.

— Добиваться любимого, конечно, — в серых глазах Драко блеснул огонек. — И я не успокоюсь, пока не сделаю Национального героя своим.

часть 11 (46)не бечено

Едва зайдя в свою спальню, Люциус увидел жену, сидящую в кресле возле окна, которая подняла на него немного настороженный взгляд.

— Ты долго. — спокойно сказала Нарцисса, словно она каждый день приходила в его покои, и у них не было специальных комнат для встреч.

— Пришлось написать директору послание, объясняющее, почему Драко так поздно пришел в школу. — тихо сказал лорд, не зная, как вести себя с любимой женщиной, с которой он прожил столько лет, и, как выяснилось, совсем не знал. — Я думал, что ты уже спишь, и потому не хотел беспокоить.

— Я решила узнать, как прошел ритуал. — она говорила так же тихо, словно боялась нарушить хрупкую нить доверия, ещё связывающую их.

— Тяжело, Цисси, очень тяжело. — опустился Люциус на край кровати. Он был счастлив от того, что хотя бы сейчас ненадолго, но жена смогла простить его и пробует общаться по-прежнему. Лорд понимал, что та грозная воительница, которая одним заклинанием могла поставить на место столь сильных магов, как он, Северус и Блек, никуда не исчезла, и поэтому был безмерно благодарен за эти несколько минут спокойного разговора. — Ваша прародительница была весьма могущественной ведьмой, если для отмены ее заклятий понадобилась силы глав четырех родов. Был даже момент, когда мы подумали, что не справимся.

— Это когда в ритуал вступил Нотт, не правда ли? — сказала Нарцисса и, увидев удивленный взгляд мужа, пояснила. — Это очевидно. Магия Драко тоже должна была вступить в противостояние. Вас с Северусом его волшебство узнало, в Блеке магия подобна моей, поэтому удары, направленные на вас, должны были быть менее активны, чем против старшего Нотта, который воспринимался, как враждебно настроенный чужак.

— Я об этом как-то не подумал. — проговорил Люциус. — Наверно, Люпин все-таки был бы

лучшей кандидатурой, чем Нотт. Но все закончилось хорошо, учитывая, что могло случиться с Драко.

— Да, ты прав. — ответила леди Малфой и вдруг перевела разговор в другое русло. — Знаешь, я тут вспоминала сказки, которые читала нашему мальчику в детстве и разные истории… А ведь самыми страшными существами, которые только можно было себе представить, там были оборотни.

— Что ты хочешь этим сказать? — Малфой не совсем понял мысль супруги, но недавние события научили его уважать её мнение.

— Я ещё сама не знаю, как это правильно выразить. — она задумалась на несколько мгновений, во время которых он сидел и любовался её лицом. — Просто даже вампиры в познавательной энциклопедии представлены лучше, чем оборотни, хотя Дети Ночи могут причинить гораздо больше вреда, чем Дети Луны. Ну посуди сам. Люпин оборотень, а Драко всегда отзывался о нем как о спокойном и справедливом учителе, хорошо знающем свое дело. И Фенрир. Не надо напоминать, что он мог нас всех убить как котят, а он, напротив, позаботился о нашей безопасности во время их поединка и даже предупредил нас о визите Воландеморта.

— Но он забрал с собой Люпина. — возразил жене Люциус хотя и понимал что рациональное зерно в её словах есть.

— Но ведь мы ничего не знаем о волках, — негромко проговорила Нарцисса, — ни их укладов, ни традиций, ни даже четкой иерархии. Никто из волшебников даже не может сказать, как живут в стае, поскольку оборотни никого не допускают к себе. К тому же я верю словам Тео, что с Люпином все будет в порядке.

— Знаешь, а ты в чем-то права. — слова жены заставили вспомнить лорда кое-какие факты. — А ведь Воландеморт всегда посылал стаю только в настоящие бои, а волшебников направлял против маглов. Я ни разу не видел, чтобы оборотень бросился против невооруженного мага. Даже сегодня Сивый предпочел сразу сообщить, что он ждет Люпина у нас в замке. Я и сам сегодня думал о том, что если стая откажется от Воландеморта, то это нанесет весьма ощутимый урон его силам. Но об этом позже. Как тебе новый патронус Драко?

— Люциус, этого следовало ожидать. — спокойно и твердо произнесла Нарцисса. Её тон ни на миг не давал засомневаться, что она всецело на стороне сына. — Он всегда любил слушать истории про Мальчика, который смог победить Темного Лорда. А после просмотренных им воспоминаний… Они вызывают только уважение, Люциус, уважение и восхищение магом, который смог пережить все это и при этом остаться достойным человеком… Попытка отговорить или переубедить Драко в его решении приведет только к тому, что он войдет в род Поттеров как муж Гарри.

— Ты так уверена в нем? — спросил Люциус жену.

— Я знаю, Люциус, и помню, какими мы были когда-то. — её озорная улыбка напомнила ему тот день, когда он впервые обратил внимание на свою будущую жену. Ему было тогда уже четырнадцать, и он считал себя взрослым человеком, и не замечал более мелких детей. Нарциссе же в тот день не разрешили есть мороженное, заменив его на какой-то другой десерт, мотивируя это её слабым здоровьем. Он так и не понял, какое заклинание она применила, чтобы поменять содержимое их креманок. Когда же он обнаружил подмену и посмотрел на очаровательную девчушку, она только озорно подмигнула ему и улыбнулась. С тех пор они провернули немало невинных шалостей, выходивших за рамки этикета и доводящих до белого каления их родителей. Особенно ему запомнился вечер, когда они сбежали ото всех в сад и танцевали там в лунном свете. Именно тем вечером он решил, что эта девушка станет его женой и уже не отступился от своего решения. Им тогда здорово досталось от родителей. Но это было так незначительно, по сравнению с тем счастьем, которое он испытал в тот бесподобный вечер.