Виктор Кувшинов - ПИРАМИДЫ АСТРАЛА

Но наибольший удар по психике я получил, когда, уже в наших европейских лесах, наткнулся на идиллическую картину лани или косули с парой милых оленят. Они так мило паслись на опушке лиственного леса, примыкающего к довольно большой поляне заросшей цветущим лугом, что я не преминул возможностью немного побыть с ними. Однако, примостившись на мамаше, я понял, насколько действительность отличается от, кажущейся идиллией, картины мира. Меня как будто подключили к какому-то источнику тока, настолько напряжена все время была косуля. Она щипала траву, одновременно постоянно проверяя, где ее дети, и осматривая лужайку на предмет возможной опасности. Я только начал привыкать к такому адреналиновому состоянию, как выяснилось, что мамаша все же была недостаточно внимательна. Со стороны кустов раздался шорох. Косуля мгновенно подпрыгнула в воздух, с высоты рассматривая угрозу. Меня буквально захлестнуло шквалом страха. Со стороны лесных кустов мчалась довольно крупная собака. Косуля, мекнув сигнал тревоги, направила детенышей в спринтерский бросок от хищника. Маленькие олени помчались легкой тенью по лесу и уже успешно убегали от собаки, когда один олененок, неудачно перепрыгнув большую канаву, угодил задними ногами в грязь и замешкался, выбираясь оттуда. Мать остановилась, жалобно мыча, подзывая его. Ее разрывали чувства дикого страха и инстинктивная забота о детеныше. Тем временем, собака, радостно лая, настигла олененка и с визгом и довольным урчанием перекусила тому шейные позвонки. Матери ничего не оставалось делать, как продолжить бег за вторым, оставшимся живим чадом. Отцепившись от косули, я вернулся к месту маленькой трагедии. Каково же было мое отвращение, когда я увидел, что собака, даже не стала есть олененка, а, довольно помахивая хвостом, побежала по своим делам, скорее всего, преданно заглядывать в глаза своему хозяину, выпустившему своего лохматого друга-убийцу погулять на свежем воздухе.

В своих путешествиях я "подключался" ко многим животным. Суетился вместе с белками, с жадностью припрятывая желуди и лесные орехи на зиму, тут же забывая, где их прятал. Беспощадно дрался за место влияния вместе с бурундуками. Заблудился ночью и замерз с маленьким ежиком, который долго жалобно посвистывал, пытаясь найти нору или родителей. Выводил красивые рулады вместе с птицами, оказавшимися всего-навсего тупым бахвальством и вызовом на бой всех соседей. В результате такого изучения я сильно разочаровался в прелестях природы, вся жизнь которой подчинялась одному правилу: ешь и убивай всех кого можешь вокруг и старайся, чтобы не съели тебя. Единственным исключением из этого правила была забота о потомстве, но и она была каким-то слепым инстинктом. Большинство лесных мамаш были готовы костьми лечь за своих детенышей, но почти тут же забывали о них, если их дети гибли. Самое страшное, это были переживания. Не смягченные никакой сознательной мыслью, они представлялись мне голыми нервами, по которым электрическими разрядами постоянно били страх, ненависть, жадность и свирепость. Единственными отдушинами чувств были играющие детеныши, которые еще находились за стеной родительской заботы. В конце концов, я почувствовал, что смотрю на природу, как на непрекращающийся ад для большинства животных. Теперь я прекрасно понимал истоки наших звериных переживаний и это, к сожалению, не вызывало у меня восторга.

Кроме моих природоведческих изысканий я, естественно, не оставлял поиски слабых мест в пространстве. К сожалению, в этом я не преуспел, но зато, случайно натолкнулся на интересный феномен. В разных, чисто интуитивно понравившихся мне местах, я пытался "закрывать глаза" и "прислушиваться" всеми другими возможными чувствами к окружающему миру. Я предполагал, что у нас здесь могут появиться какие-нибудь шестые или седьмые чувства, которые описывают буддисты или паранормалы. Но пока что ничего не получалось то ли в силу нашей привычки, то ли потому, что их просто не было. Обычно, при таком прислушивании, или вообще не было никаких звуков, или были слышны крики птиц, лай собак, разговоры людей и отзвуки мыслей в виде неясного шепота, если рядом находились люди.

Один раз я таким образом "прислушивался" где-то в Латинской Америке, "сидя" посреди высокогорной индейской деревушки. Не помню, что мне там показалось подозрительным, но так уж получилось, что я "сидел" довольно долгое время с "закрытыми глазами" в центре небольшой пустой площади. Вдруг что-то ударило меня сзади и, одновременно, в моей голове грохнул собачий лай. С перепугу я захотел оттуда убраться и еще не открывая глаз, представил свой дом. Каково же было мое удивление, когда, открыв глаза, я увидел перед собой материализовавшуюся картинку своего дома, которую я только что представил! Ошарашено оглядевшись, я понял, что это не картинка, а реальное место с движущимися машинами, людьми и даже собаками. То есть, я мгновенно переместился из Анд к себе домой и оказался "сидящим" посреди своего двора. Вот спасибо индейской собаке, которая, бежав по своим делам, "спихнула" меня со своей дороги, да еще и гавкнула мне в "ухо" во все свое собачье горло!

По свежим впечатлениям я решил проверить, сработает ли это еще. Я поплотней "зажмурил глаза" и живо представил себе Славкину дачу, берег около нее, и возжелал там побывать. Сделать это было не трудно, я любил это место и, действительно, мечтал его посетить. Открыв глаза, я нашел себя, сидящим на мостках и смотрящим на берег и дачу. На дворе дачи я заметил Славкиных родителей. Естественно, что они приехали в отпуск и отдыхают на лоне природы. Идея - надо бы Славку к ним спихнуть! Может родительское тепло растопит айсберг его замороженной души. Потом опомнился, вот ведь человеческое сознание! Секунду назад было чудо, а сейчас уже обычный факт, и мысли пошли крутиться вокруг вечных бытовых тем. А ведь надо это опробовать с ребятами и посмотреть, как это выглядит со стороны. Я опять представил дом и мгновенно туда переместился. Выйдя из подпространства, иначе сказать, войдя в свое отдыхающее тело, я сразу обменялся новостью с ребятами, и в следующий раз мы экспериментировали уже со Славкой. Мы договорились, что он повторит мой маневр с перемещением на дачу и обратно. Я "стоял" рядом со Славкой, наблюдая, как он закрыл глаза и исчез из поля видимости, как бы растворившись в воздухе. Спустя несколько минут, он появился в том же месте.

- Ура! У нас есть новое средство передвижения! - радостно воскликнул я. - Кстати, твое исчезновение и появление очень похоже на маневры астралийцев, - (так мы привыкли называть предполагаемых обитателей астрала).

- Да, но все-таки, мы ограничены в таких перемещениях нашей памятью. Если мы никогда не были в каком-нибудь месте или забыли, как оно выглядит, мы не сможем туда попасть.