Елена Вихрева - Акелдама - кровавое поле битвы. Книга 3. Часть 1.

- Какая прелесть, - рассмеялся Нифонт, - Темный тебе ничего не сказал. Интересно, как он будет теперь выкручиваться.

- Такеши тебе действительно ничего не говорил о приеме? - удивился Табит.

- Если и упоминал, то явно вскользь, - Анита силилась вспомнить, но у нее не получалось. - Черт, голова раскалывается просто, - она потерла виски.

- Тебе нужна еда и отдых, шерити, - Табита не на шутку встревожила бледность девушки. - Проведу их и принесу тебе поесть. А ты пока отдохни.

Девушка рассеянно кивнула и присела на кровать, борясь с желанием сразу же заползти под одеяло.

- Не дури, - фыркнул Табит, откинул покрывало, уложил нубит и закутал ее в одеяло. - Оттыхай, у тебя есть еще целый час. Я вернусь и разбужу, спи.

- А Дамиан? - уже сквозь накатывающую дрему поинтересовалась она.

- Мы и так его дважды перетаскивали, что делать категорически запрещается с работающим регенератором. Это может повредить ему. Но если...

- Пусть остается, - тихий шепот, и она проваливается в сон...

Дамиан открыл глаза, с удивлением отмечая, что находится в постели, но совершенно при этом не помнит, как в ней оказался. Мужчина повернул голову и потрясенно замер - рядом с ним безмятежно спала Анита. Ее золотистые волосы разметались по подушке, длинные черные ресницы резко контрастировали с белоснежной кожей, а четко очерченные губы были соблазнительно приоткрыты. Она выглядела такой хрупкой и нежной, такой красивой, что у него перехватило дыхание, а сердце забилось с удвоенной силой.

А потом память услужливо распахнулась: призраки, бой, смертельное ранение... слезы в ее глазах, мольбы не умирать - все промелькнуло перед его глазами в одну секунду. А еще ярче вспыхнули ее слова: "Все, что угодно, только не умирай".

Горный Властелин судорожно выдохнул: неужели он... Нет, он не мог так с ней поступить, не мог... И все же, вот она рядом с ним в кровати. Тихий стон сорвался с его губ - он ничего не помнил, абсолютно ничего с того момента, как обещал ей выжить.

- Дамиан, - его стон разбудил ее, и девушка склонилась над ним, встревожено вглядываясь в лицо, а ее пальцы скользили по его груди, опаляя огнем.

- Анита... - хрипло выдохнул мужчина.

- Что с тобой? - она была не на шутку встревожена лихорадочным блеском его глаз и не сказала ни слова, когда его руки сомкнулись вокруг нее.

Его пальцы пробежались по ее спине и замерли на пояснице - он распахнул глаза - она была полностью одета.

- Где болит? Не молчи, скажи мне, - голос полный тревоги и осторожное прикосновение к лицу. - Дамиан.

Он заглянул в ее глаза и вспомнил про портативный регенератор, что активировал Табит, чтобы попытаться спасти ему жизнь. Облегчение, приправленное разочарованием, затопило его. И все же облегчение было огромным - он не готов был жертвовать их дружбой ради одной ночи с ней. Хотя его внутренний голос и настойчиво шептал, что ночь была бы восхитительной.

- Я в порядке, - шепнул ей он и, повернув голову, коснулся поцелуем руки.

- Уверен?

- Да, - он заставил себя разжать руки и сесть. - Не веришь - посмотри сама.

Анита осторожно провела кончиками пальцев по его абсолютно невредимой груди, что еще совсем недавно была практически разворочена клинками призраков.

- Но ты стонал... - полное замешательства.

Горный Властелин глубоко вдохнул и решил сказать ей правду:

- Проснувшись рядом с тобой в кровати я решил... - он запнулся на миг, но все же продолжил, - что потребовал от тебя слишком много.

Она посмотрела на него ничего не понимающим взглядом.

- Я решил, что мы провели вместе ночь... - он отвел глаза.

- Ох, - она прижала руку к губам, а потом рассмеялась, рассмеялась легко и беззаботно.

- Ты бы не сделал этого, Миан, - произнесла она и нежно коснулась его лица ладонью.

- Проснувшись, я был в этом не уверен, - он нашел в себе силы посмотреть ей в глаза. - Прости.

- Миан, - она улыбалась ему, - я знаю, что ты не стал бы ничего подобного от меня требовать. Мы ведь давно закрыли этот вопрос и стали друзьями.

- Я испугался, что все испортил... - выдохнул он. Она волновала его больше, чем любая другая женщина, с которой он когда-либо был, но ее дружбы была для него намного дороже.

- Ох, Миан, - она только покачала головой.

- Ты не злишься на меня? - тихое.

- За что? - полный искреннего удивления взгляд.

- За то, что иногда мечтаю о тебе, - он ласково отвел локон с ее лица.

- Нет, - она покачала головой, - любой девушке приятно осознавать, что он ней мечтает такой мужчина.

- Ты не любая... И ты очень мне дорога.

- Ты мой друг, Дамиан. И тоже очень дорог мне. Мне с тобой легко и свободно, я доверяю тебе. А фантазии, - она немного смутилась. - Знаешь, это даже приятно. До того, как я попала в этот мир, мужчины не баловали меня своим вниманием.

- Значит, ты не сердишься?

- Конечно нет, Миан.

- Спасибо, шерити, - он улыбнулся ей открытой мальчишеской улыбкой, такой счастливой, что она негромко рассмеялась.

Дамиан смотрел на девушку, и у него не выходила из головы ее фраза о том, что дома мужчины ее вниманием не баловали. Он любовался ее нежной красотой, восхищался бездонной глубиной серо-голубых глаз, искренностью улыбки на четко очерченных чувственных губах и не понима, как такое может быть. Как можно не замечать ее очарования, как можно не обращать на нее внимания, не пытаться окружить любовью и заботой, не пытаться завоевать и назвать своей. Если бы он только знал, что у него есть шанс...

Мужчина вздохнул и тряхнул головой, отгоняя подобные мысли. Она обещала ему только дружбу, и он готов был довольствоваться и этим. Однако, отказываться от некоторых небольших и таких приятных и привычных отступлений он не собирался.

- Анита, - Горный Властелин хитро прищурился и довольно улыбнулся. - Ты мне должна желание. А еще есть и штрафы.

- Дамиан!

- Да? - лукавое, и он привлекает ее в объятья. - Ты обещала, - ласковый шепот.

- Ладно уж, целуй, - соглашается она, - действительно обещала.

- Семь, - мечтательное, и он осторожно убирает волосы от ее лица, скользит пальцами по щеке, обводит губы.

- Что? - удивленно выдыхает она.

- Три на лужайке и четыре уже после пробуждения, - он склонился для поцелуя, но все еще медлил. - Позволь, шерити...

- Удивительно, ты спрашиваешь...

- Ага, - многозначительное, и его губы накрывают ее рот.

Он целует нежно и осторожно, едва прикасаясь губами к ее губам. Рад, другой, третий... шестой... затем немного отстраняется и заглядывает в ее глаза.

- Прости, - горячий шепот и седьмой поцелуй... ни разу не осторожный... Хоть и нежный, он был страстным и глубоким, отбирающим дыхание и... приятным.