Виктор Исьемини - Львы и Драконы

Новые владельцы замка Вейтрель не собирались терять времени. Едва вступив во владение укреплением, некроманты приступили к восстановлению и ремонту обветшавших стен. Неупокоенные солдаты, дисциплинированные и послушные как всегда, под барабанную дробь спустились в подвал, где колдуны погрузили их в оцепенение. Оставили лишь небольшое количество зомби — для патрульной службы и несложных работ на строительстве. Сами маги занялись укреплениями. Поскольку предполагалось, что времени в обрез, они не стали перестраивать замок под собственные вкусы, только отремонтировали пришедшие в негодность стропила жилого здания, перестелили крышу и подправили внешний бруствер, оказавшийся сильно поврежденным. Еще пришлось заменить ворота и восстановить башенки по сторонам входа.

Совсем недавно Вейтрель принадлежал имперскому дворянину и всего лишь несколько месяцев назад был взят приступом — потому ворота и находились в плачевном состоянии.

Весть о новых хозяевах замка облетела округу — и привела всех в ужас. Местные жители старательно избегали замка, но колдунам было не до них — они спешно обживали крепость, а все необходимое им по приказу Гезнура доставляли беспрекословно и по первому требованию.

Вскоре и сам король пожаловал в замок. Поглядел на свежую кладку привратного укрепления, на мощные, окованные железом, створки, которые как раз устанавливали в портале… спрыгнул с коня и потребовал проводить к брату маршалу. Лысый некромант почти не покидал кабинета — он при помощи толленорнов исследовал местность к западу и северу от границы, искал неприятельские армии. Гезнур уверенно прошел в кабинет мистика — он командовал штурмом Вейтреля, затем провел некоторое время в захваченном замке и еще не забыл расположения комнат. Колдун впустил Гезнура в комнату, отослал подручных и кивнул королю, указывая стул. Гевец вручил колдуну небольшой мешочек и сел. Некромант взвесил мешок в широкой ладони и осведомился:

— Что здесь?

— Янтарь. Все, что удалось собрать.

— Мало.

— У вас все равно не будет времени на подготовку новых солдат, а потом мы станем поставлять янтарь в Вейтрель регулярно.

Маршал подумал с минуту и кивнул.

— Хорошо. Я нынче же велю, чтобы это переплавили в шары нужного размера. Затем мне понадобятся тела…

— Я распоряжусь, — кивнул Гезнур. — Что с вашими изысканиями? Обнаружили вражеские армии?

— Я осматриваю только ближайшие подступы… ну и Фенаду, разумеется. На севере Фенады, — маг кивнул в сторону одного из приборов, должно быть того, что был сориентирован на север, — обнаружена армия. Я не разглядывал подробно, но поскольку она движется из Вольных гор, то, полагаю, это гномы.

— А, семьи воинов Гравелина…

— Нет, другие. Я уверен, это армия Грбедора и путь она держит к Ренбритской крепости, где сидят в осаде их братья.

Гезнур ухмыльнулся и потер руки.

— Хорошо бы, если гномы с фенадцами обломали друг дружке рога, тогда мы спокойно встретим нашего юного героя, императора Алекиана.

— Вот этого я как раз не обнаружил.

— Потому что он довольно далеко… однако у меня имеются осведомители среди ванетских дворян… Обходятся они недешево, но результат того стоит! Две армии движутся к нам, одна, из Ванетинии, идет не спеша, другая, во главе с Алекианом — южнее. Эти торопятся, поскольку их путь длинней.

— И где же эти армии должны соединиться? Вы прикидывали маршрут?

Улыбка Гезнура стала шире. Тут только, глядя на ухмыляющегося короля, мистик понял, к чему клонит собеседник.

— Здесь? Вы нарочно уступили мне именно Вейтрель?

Гезнур кивнул:

— Да. А разве вы на моем месте поступили бы иначе?

— Но… — маршал задумался. В самом деле, в поступке гевца не было ничего предосудительного, он обещал некромантам крепость в Геве и честно исполнил обещание. Формально упрекнуть короля не в чем! — Ладно. Но вы должны понимать, мои мертвецы хороши только в поле. На стене они дерутся плохо. Этот замок очень слабо защищен.

— Именно поэтому я предлагаю новый план кампании, — объявил Гезнур, — мы ускоренным маршем выдвигаемся навстречу ванетской армии и бьем ее. А затем прикинем расстановку сил. Если мы слишком слабы, чтобы побить вторую армию, возвращаемся в Геву. Разумеется, нашей целью будет то слабое войско, что идет северней. После того, как мы расправимся с этим отрядом, Алекиану не будет нужды идти сюда, к Вейтрелю. Он после разгрома союзников, несомненно, либо повернет назад, либо двинется в Геву короткой дорогой и перейдет границу много южнее Вейтреля. Что скажете? Как вам мой план? Вы принимаете его?

— А разве у меня есть выбор?..

— Нет, — и Гезнур снова улыбнулся.

Глава 29

Чем дальше на восток, тем более хмурым становилось небо, все чаще срывался мелкий холодный дождь. И все чаще сэр ок-Икерн тяжело вздыхал, окидывая взглядом армию, медленно ползущую по дороге среди мокрых лугов с порыжевшей травой, среди убранных полей, среди чахлых лесочков… и черные корявые ветви, уже сбросившие листву, махали вслед проходящим солдатам, будто исхудалые руки…

Армия имперского маршала продвигалась к гевской границе медленно, словно бредущий на ощупь слепец. Маршал был в растерянности, хотя и старался не подавать виду, чтобы, не приведи Гилфинг, его неуверенность не подметили оруженосцы. Для того чтобы руководить многочисленным войском, состоящим из непривычных к службе людей, маршал набрал два десятка молодых дворян и держал при себе в качестве рассыльных — эти ребята развозили подробные приказы командирам растянувшегося на марше войска, иначе оказалось бы невозможно управлять массой неопытных солдат. На этот раз у ок-Икерна под началом не было гвардейцев, его армия состояла из отрядов латников, приведенных несколькими ванетскими сеньорами, нескольких десятков волонтеров — странствующих рыцарей из Сантлака, и цеховых ополчений. В города, лежащие по пути следования армии, либо не слишком далеко от этого пути, выслали гонцов с приказами собирать вооруженных людей. Городские общины откликнулись на призыв, ванетские графы и городские коммуны опасались не подчиниться императору, успевшему показать себя правителем твердым и скорым на расправу — а потому по несколько раз в день к войску присоединялись новые и новые контингенты.

Сэр Брудо с равнодушным лицом выслушивал командиров, осведомлялся о численности щитоносцев и наличии стрелков, приказывал писарю внести в список новый отряд, и назначал вновь прибывшему место в колонне — позади предыдущего, только что появившегося такого же отряда. С каждым присоединившимся подразделением тоже приходилось отправлять оруженосца, чтобы некоторое время сопровождал на марше и чтобы проследил, как держат походный ритм. Впрочем, с ритмом проблем не возникало, армия двигалась довольно медленно. Ускорить темп или хотя бы удлинить переходы сэр Брудо не решался — бестолковые ополченцы перемешаются, многие отстанут от своих отрядов, а неопытные командиры не смогут поддержать порядок в этой пестрой толпе. А стоит людям хоть ненадолго выйти из-под контроля, потерять маршевый порядок — пиши пропало! Армия мигом обратится в бесформенную неуправляемую массу… как там, у северных границ Гонзора, когда пешее ополчение пустилось наутек, едва завидев неприятельскую кавалерию… Эти воспоминания тревожили ок-Икерна снова и снова, теперь маршал все чаще задумывался, имелись ли дргуие возможности разбить огромное войско Каногора? Нет, других возможностей не было, три тысячи ополченцев стали костью, брошенной судьбе, стали жертвой во имя победы — бессловесной жертвой, ибо сами они вряд ли согласились бы возлечь на алтарь… Нет, маршал не торопился повторять жертвоприношение, зачем? Войско, идущее с юга, куда сильнее гевских мятежников, теперь нет нужды задабривать рок пролитой кровью.