Павел Торопов - Каменный меч

Потянулась вереница коридоров и комнат — Крондин помнил её досконально, он нередко ходил этим путём, завершавшимся торжественным величием главного зала. Но, неожиданно, эта вереница прервалась — даоттары и их свита свернули в одно из боковых ответвлений. Дальше последовал спуск вниз, по мере которого камень становился проще и однообразнее.

Наконец, когда всё вокруг утонуло в безликой серости подвальных коридоров, путь закончился, упёршись в толстую металлическую дверь.

Крондин тяжело вздохнул про себя. Тесное помещение, открывшееся за дверью, могло служить только одной цели — сохранению тайны в узком кругу. Какой смысл был в этом сейчас, когда всё трещало по швам, а то, что мог рассказать Крондин, было известно любому матросу из его команды?

Похоже, сказал себе молодой гном, любая работа налагает свой отпечаток и прививает свои рефлексы. Даже работа в Совете Семи.

Рассказывая о произошедшем, Крондин старался быть максимально лаконичным — он постоянно испытывал беспокойство, ощущал, как безвозвратно уходит драгоценное время. Крондин всеми силами пытался вложить это в свою речь, показать, как важно сейчас принимать решения быстро, без склок и былых обид…

— Ха! Вы слышали?! — советник Эбит фыркнул и повернулся к остальным. — Оказывается, в Синем клане все сошли с ума и переубивали друг друга!

Тролд и Нигвадар, усмехаясь, покачали головами.

— Ты не мог придумать ничего убедительнее? Великий Свод, Хардарин, ты мог бы и получше обучить своего сына — получше, так сказать, обточить оружие, которым пробиваешь дорогу к власти.

— А ты сам?

Голос Крондина заставил всех опять повернуться в его сторону. Молодой гном и сам не вполне понимал, что с ним происходит. Он чувствовал лишь ярость, огромную ярость, которая клокотала в груди и превращала голос в низкий, хриплый звериный рык.

— Ты сам можешь придумать что-нибудь поубедительнее? Что объяснило бы ВСЁ ЭТО? Или ты только и можешь, что фыркать и плеваться, ты, никчёмный кусок…

— Как ты смеешь?!! — взвился над столом громоподобный крик советника Тролда. — Ты забыл, где находишься?! Забыл, кто мы?!!

— Нет. — Крондин ответил на крик оскалом. — Я не забыл, кто вы. Я не забыл, КТО ТЫ, Тролд дун Тролд, даоттар Клана Пурпурного Самоцвета. Только, знаешь что? Пурпурный Самоцвет СГНИЛ. Не разбит, не украден. Он сгнил. Растёкся слизью и разлетелся прахом. Неужели вы ещё не поняли? Вся ваша власть основана на Семи Самоцветах, на знамении, что дало начало Лиге. Ваши кланы — отражение Самоцветов. И теперь это знамение умерло. Умерло самым отвратительным образом. Так чего же стоит теперь ваша власть? Чего стоят все ваши склоки и амбиции? Не больше, чем конвульсии руки, отрезанной от тела!

— Громкие слова. — после нескольких секунд молчания сказал Трандир. — Громкие слова, сын Хардарина. И столь же бессмысленные. Наша власть — это не цветные мантии. Наша власть — это наши войска. Наши ресурсы. Сила. У нас есть сила. А у тебя — лишь громкие слова, и ничего больше.

— Ты ошибаешься, Трандир дун Магвур. Старейший здесь, ты ошибаешься также, как ошибался в день, когда согласился предложить своему народу вместо благого знамения и надежды фальшивку. У меня есть сила. Она заключается в тех горожанах, кто защитил меня на площади, не дав Эбиту расправиться со мной в самом начале… Но нет, конечно же. Вам этого мало. Мудрые политики, правители, закалённые десятками и сотнями лет. Горожане на площади, ха! Что значит их горстка, против матёрых солдат! Хорошо. У меня есть для вас ещё кое-что. Ресурсы и войска Чёрного и Розового кланов, которые отныне переходят под мой контроль.

Крондин повернулся к отцу. «Что же, ты хотел великого лидера. Так получай его сполна».

— Даоттары Хардарин и Магнут, соблаговолите подтвердить это. — фраза будто ободрала горло каменным скрежетом.

— Да. — голос Хардарина прозвучал гулко и весомо, но всё-таки сидящие вокруг, знавшие даоттара Чёрного клана множество лет, уловили мельчайший диссонанс замешательства.

— Д-даа… — замешательство советника Магнута, вытершего крупные капли пота со лба, заметил бы кто угодно.

Крондин поднял взгляд на остальных.

— Теперь я вижу страх в ваших глазах. И вы снова ошибаетесь. Вы мне не враги. То, с чем предстоит вступить в битву, одинаково чуждо и противно нам, всей Лиге, всем гномам, всему сколько-нибудь нормальному во всех мирах. И я буду биться с этой угрозой. Вместе с горожанами на площади. Вы же можете остаться здесь. Поспорить, повыяснять, кто прав, кто виноват. У меня нет на это времени. Однако, если вы всё же решите потратить свои знания и ресурсы на то, чтобы нам спасти Лигу ВМЕСТЕ…

Глава 6

— Даол-уразод. — Руд поморщился. — В переводе, что-то вроде «седлающих боль».

— А по-нашему они называются «айи-тао-ом-илло». - добавил Мурт. — Или «рождённые вне солнечного света».

Мельм, гном и человек покидали пределы города. Города, всё ещё замершего в непонимающем, тревожном ожидании.

Буря пока не разразилась. Но она назревала. Медленно, но неотступно росла гнойным нарывом, постоянно напоминавшим о себе отголосками испуганных криков, какого-то грохота, треска, других странных, ни на что не похожих звуков.

Пару раз на свету мелькали какие-то силуэты. Они почти мгновенно исчезали во тьме, но что-то внутри сразу же принималось во весь голос кричать об опасности. Страшной, небывалой опасности, угрожающей не только здоровью и жизни, но и самой сути мира вокруг.

— Мы не знаем, откуда они берутся. — продолжил Руд. — Существуют лишь теории. Мне больше всего по нраву та, которая говорит, что их создаём мы сами. Сосуществуя с магией, используя её, мы неизбежно привносим свои чувства, желания, эмоции. Мы меняем магию, меняем намного больше, чем сами подозреваем. Иногда меняем к лучшему, но пророй… мы привносим то, о чём и сами не ведаем. Что-то потаённое, загнанное в самую глубину разума. Магия видит всё. Она реагирует. Меняется. И принимает порой формы, столь ужасные и чуждые… Мы ненавидим даол-уразод, ожесточённо, инстинктивно отторгаем их. Но не потому ли так велико ожесточение, что мы видим в них воплотившуюся часть себя? Ту часть, которую предпочитаем не замечать?..

— Ну, не знаю. — глухо отозвался Мурт Раэрктах. — Какая-то мрачная теория. Мне больше нравится та, что называет их детьми первозданного Хаоса. Со временем Порядок стал вытеснять Хаос, родились солнца, потом под сенью солнц родились миры. Хаос же отошёл куда-то в непредставимое запределье, но он никогда не прекращает борьбу с Порядком. Именно поэтому айи-тао-ом-илло не живут в мирах, под сенью солнц. Но время от времени появляются здесь.