Рисс Хесс - Врата Бальдура

"Скай! И я рад снова тебя видеть, мы пришли, чтобы забрать тебя отсюда. Эти люди — мои друзья; нас можно назвать "искателями приключений".

"Спасибо вам за помощь!" — сказала она, обращаясь к нам. — "Я рада буду оказаться как можно дальше отсюда. Эльдот сказал, что вы — искатели приключений. Возможно, вы позволите мне присоединиться к вашему отряду?"

Я отрицательно покачала головой. Представляю, что скажет Джахейра, если я покажусь в компании дочери одного из правителей Врат Бальдура. Скай, однако, истолковала мой жест как знак согласие.

"Спасибо, я стану самой лучшей искательницей приключений из виденных тобою!"

Мы поспешили покинуть особняк; Скай накинула на плечи плащ с капюшоном, спрятавшись между нами. Выходя из особняка, я пыталась решить, что делать дальше. Я уж точно не собиралась придерживаться изначального плана Эльдота и шантажировать отца Скай. Я поговорила с ней, пытаясь понять, что она за человек. Ее уединенная жизнь представляла в основном обучение балету, истории и языкам. Будучи весьма пластичной, она наверняка станет прекрасной танцовщицей; ее природная ловкость позволяла ей время от времени ускользать из особняка. Она утверждала, что ей нравится проводить время в самых злачных местах Врат Бальдура, но она оставалась на удивление наивной касательно подстерегающих опасностей. Во время одной из подобных отлучек она повстречала Эльдота, предположив, что тот сможет привести ее к жизни искательницы приключений, к которой она так стремилась. Она безоговорочно доверяла ему, возможно, даже чересчур.

Я не хотела сдавать Эльдота стражникам. Если брать в расчет могущество отца Скай, его вполне могут казнить за похищение. Несмотря на его злую натуру, он не совершил преступления, в котором не приняла бы участия я. Я сомневалась, что Эльдот заберет Скай из Врат Бальдура, хоть та и выказала откровенную тягу к приключениям. Жалобы, как то "Я сломал свой ноготь" или "Мои ножки ноют" были достаточным тому доказательством.

Мы добрались до центра города, когда Скай обернулась через плечо, улыбнулась Эльдоту, молвив: "Я люблю тебя, Эльдот".

"Скай, не сейчас", — отвечал Эльдот, витая в своих собственных мыслях. Интересно, и как не может Скай разглядеть истинную природу Эльдота?.. Я размышляла над этим, когда Гаррик наконец объяснил истинную причину своего пребывания здесь.

"Возможно, ты хочешь послушать мою музыку, Скай", — промурлыкал он, беря девушку за руку, — "она отличается от той, которую исполняет Эльдот, и не в пример лучше".

"Да, я бы хотела услышать твою музыку, Гаррик", — отвечала она.

"Молчи, Скай, твое мнение никому не интересно", — разозлился Эльдот.

"Почему ты всегда выставляешь меня в таком свете?! Ненавижу тебя! Пошел вон!"

"Скай, маленький мой ангел, женщина должна знать свое место", — увещевающе обратился к ней Эльдот.

"Не говори так со Скай, Эльдот", — встал на защиту девушки Гаррик. — "Она заслуживает лучшего".

Похоже, и Гаррик увлекся этой женщиной. Я надеялась, что Скай поймет — Эльдот пытается использовать ее, и все это предприятие благополучно разрешится.

Гаррик отозвал Скай в сторонку, но недостаточно далеко, и я могла слышать, о чем они говорили.

"Почему ты с Эльдотом, Скай? Ты разве не видишь, он просто использует тебя?"

"Эльдот добр", — возражала она. — "Я ему небезразлична, Гаррик".

Да, возможно, все и не разрешится к лучшему. Как бы то ни было, я не хотела, чтобы Эльдот и Скай следовали за мной по пятам. Я сказала, что теперь им придется искать свой собственный путь.

"Вы… больше не хотите, чтобы я оставалась с вами? Но… куда же я пойду? О, все получилось не так, как я рассчитывала. Вы ведь вернетесь за мной… правда?" Скай мой отказ весьма расстроил, но Эльдот схватил ее за руку и повел прочь.

Я отозвала Гаррика в сторонку, сказав, что я рассчитываю на него, дабы присмотрел он за Скай и защитил ее от Эльдота. Проблема с Гарриком состояла в том, что первый же порыв ветра собьет его с намеченного пути, и не важно, какие аргументы я приведу. Возможно, следует направить Алору, чтобы та присмотрела за Скай. Я размышляла над этим, когда заметила, как Имоен отчаянно жестикулирует мне.

Я подошла к ней, и она велела мне следовать за собой. Она повела меня вниз по улице, к боковой аллее. Там находились Эльдот и Скай, а также иная знакомая личность — Шар-Тил.

"Нет добра и зла, лишь привлекательное или отталкивающее". Похоже, Эльдот и Шар-Тил были знакомы друг с другом, и сейчас спорили.

"Твой язык однажды станет причиной твоей гибели, Эльдот", — предупредила Шар-Тил.

"Шар-Тир, твое жизненное предназначение — готовить стряпню мужу и нянчить детишек, посему заткнись".

"Еще слово, Эльдот, и я тебе язык отрежу".

"Прекрати нытье, ведьма".

"Следи за словами, Эльдот, или прикончу тебя на месте".

"Да, на твоем мозге боги явно сэкономили".

"Я предупреждала тебя, Эльдот! Теперь пожинай плоды". Шар-Тир потянулась было к оружию, но Скай, истошно крича, закрыла Эльдота своим телом. Казалось, Шар-Тир все равно устремится в атаку, но она так и не обнажила оружия, устремилась прочь. Уходя, она бросила через плечо:

"Эльдот, ты — ни на что не годный придурок, мнящий себя высшим творением природы лишь потому, что ты — мужчина".

Шар-Тир направлялась в мою сторону, посему я быстренько ушла, не желая встречаться с ней снова.

На следующий день на улице меня остановил дворф. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что никто не подслушивает, он тихо произнес: "В гостинице Фельдепоста в Берегосте остановился толстяк по имени Алгернон. В своем комнате он хранит плащ, и я хочу, чтобы вы принесли его мне. Уверяю, награда будет достойной. Постарайтесь не убить его, просто избавьте от плаща".

Я гневно отмела его предложение, устремилась прочь. Единственное преимущество от моей связи с ворами этого города состояло в том, что теперь на меня выходили новые воры. Я шла быстрым шагом, пытаясь обуздать свою ярость, когда кто-то легонько дотронулся до моей руки. Это была Имоен.

Она неуверенно сказала мне, что я должна узнать кое о чем. Она напомнила о плаще, который передала мне в гостинице Фельдепоста около двух месяцев тому назад. Она призналась, что украла его у человека, подходящего под описание дворфом Алгернона. Ее магические способности позволили определить, что плащ волшебный, и, быть может, давал своему владельцу возможность очаровывать других.

Не в первый раз Имоен наградила меня подарком, у кого-то позаимствованным, и это привело меня еще в большее раздражение. А затем до меня дошел смысл ее слова касательно "очарования". То, что я считала собственными магическими способностями, исходило от плаща! Проанализировав ситуацию, я вспомнила, что способности не действовали, когда плаща не было у меня на плечах. Способность к очарованию не только ставила меня перед моральными дилеммами, она заставляла меня усомниться в собственных возможностях, приводя к необходимости выпытывать у встречных их потаенные тайны. Я с радостью избавилась бы от плаща, пойдя на риск возможных неверных суждений. Эх, если бы подобное простое объяснение можно было дать и странным снам, тревожащим меня.