К. Паркер - Натянутый лук

Ветриз посмотрела на Ньессу, но это было равносильно тому, чтобы смотреть на щель для стрел на стене замка.

— Так что вам от нас нужно? — спросила она. — Вы деловая женщина, так же как и мы. Чего вы хотите?

— А, — одобрительно сказала Ньесса, — ты становишься похожей на меня. У тебя деловой склад ума в отличие от твоего бестолкового братца. Кажется, так всегда и бывает. Женщины с острым коммерческим чутьем вынуждены уступать дорогу братьям-неудачникам. Тебе еще повезло, у тебя только один брат. Вот я так и знала, что у нас есть что-то общее. Ну, буду с тобой полностью откровенна. Иногда я вижу будущее, тот момент, когда все идет не так, все, над чем я трудилась, о чем мечтала, рушится. И в этот момент я всегда вижу своего брата Бардаса… не спрашивай меня как, просто вижу. И если бы он только захотел, то легко бы мог все остановить. Но он не хочет. — Она нахмурилась, задумавшись, как будто в гроссбухе не сходился баланс. — Естественно, я пыталась предотвратить это, но у меня не получается. Видишь ли, меня там нет в этот момент, и я не могу туда попасть. Очевидно, проблема в моем брате Бардасе и Алексии и, может, в тебе. — Она вздохнула. — Не буду скрывать, у меня это становится навязчивой идеей, не дает работать, мне это не нравится, я устала.

— Представляю, — ровным голосом ответила Ветриз.

— Правда? Как странно. Вообще-то у меня на выбор два решения. Я могу попытаться заставить Алексия вмешаться, как он это сделал по просьбе моей безумной дочери, когда та попросила его проклясть Бардаса; но на него нельзя рассчитывать. Заклятие сработало по чистой случайности, и оно не было очень жестоким. С другой стороны, есть ты. В конце концов, ты тоже натурал. И ты запуталась. И, — тихо добавила Ньесса, — тебя будет намного легче заставить, чем старика, который устал от жизни. В конце концов, ты молода и привлекательна, беспокоишься о брате, об Алексии и о Бардасе. Так легко заставить тебя сделать то, чего я хочу. Только надо решить, за какую ниточку потянуть сначала. — Она скрестила руки. — Все ясно?

…Ветриз открыла было рот, чтобы ответить, но Венарт все говорил и говорил, он даже не заметил, как началось это странное интервью. Ньесса Лордан подождала, пока тот закончит, потом прищелкнула языком.

— Если не умеешь врать, — резко сказала она, — то лучше брось торговлю и найди другой способ зарабатывать на жизнь. Мастер Венарт Аузейл, я настоятельно рекомендую вам покинуть Остров в течение… м-м… не хочу слишком усложнять вам жизнь, ну, скажем, в течение сорока восьми часов. Ваша сестра останется здесь, со мной. Нам надо кое-что обсудить.

На секунду Ветриз испугалась, что Венарт сделает какую-нибудь глупость, например, схватит ее и побежит или ударит Ньессу. Инстинктивно она схватила его за руку.

— Это неприемлемо, — сказал он, стараясь изо всех сил говорить строго. — Если вы пытаетесь задержать жителя Острова против его желания…

— Все в порядке, — перебила Ветриз. — Со мной все будет хорошо. А ты иди. Не волнуйся.

Венарт посмотрел на нее так, как будто его только что укусил стул.

— Нет, так нехорошо, — раздраженно бросил он, пытаясь совладать с удивлением. — Ты же не хочешь оставаться здесь, с ней…

— Хочу, — ответила Ветриз.

— Ты не…

— Вы можете уйти, — вмешалась Ньесса, — или можете остаться вдвоем. Но если вы останетесь, мастер Аузейл, жизнь вам медом не покажется, обещаю. А теперь прекратите препираться с сестрой и идите заключать свои сделки.

Венарт посмотрел на нее, потом на Ветриз; ему показалось, что он смотрит на двух монстров в женском обличье. Он попытался придумать, что сказать, но не смог.

— Пожалуйста, — попросила Ветриз. — Со мной правда все будет в порядке. Проблемы возникнут, только если ты не успокоишься.

Венарт глубоко вздохнул.

— Не понимаю, — с чувством произнес он.

— Ничего другого я от вас и не ожидала, — сказала Ньесса. — Офицер покажет дорогу к выходу.

Чего Горгасу действительно хотелось, так это поехать домой. Вместо этого ему пришлось тащиться по коридору, вверх и вниз по лестнице, пока он не оказался в коридоре, ведущем в комнату с потолочными балками и безвкусными розовыми колоннами. Горгас схватил за шкирку клерка, который сообщил ему, что директор занята.

— Нет, не занята! Если у нее посетители, пусть избавится от них. Это важно.

Клерк с ненавистью посмотрел на него и пошел в кабинет директора. Несколько минут спустя он вышел, и его лицо скривилось в чем-то подозрительно смахивающем на ухмылку.

— Боюсь, директора там нет, — сказал он.

— Не глупите, — ответил Горгас. — Директор живет здесь. Если ее нет в офисе, значит, она в своей комнате. Пойдите и скажите ей… К черту, я сам пойду. Все в порядке, — добавил он, когда испуганный клерк попытался остановить его. — Дорогу я знаю.

Он проскочил мимо клерка, оттеснив его плечом с дороги, и плотно закрыл за собой дверь офиса, затем подошел к маленькой, почти невидимой двери в стене, стукнул по ней кулаком один раз, потом толкнул. Дверь резко распахнулась, и он вошел.

— Что, черт побери, ты вытворяешь?

— Привет, Ньесса, — ответил Горгас.

Комнатка маленькая, еще меньше, чем камера, в которой заперта ее дочь, но здесь было меньше мебели. В дальнем углу — каменная полка, которая служила кроватью, а в противоположном углу стоял простой тисовый шкаф с плотно закрытыми дверцами. В узкой щели над кроватью мерцал огонек масляной лампы. В комнате не было ни окон, ни камина, только небольшая решетка под потолком для вентиляции. Ньесса Лордан лежала на полке абсолютно обнаженная и штопала пятку изношенного чулка, который почти целиком состоял из заплаток.

— Убирайся.

— Как скажешь, — ответил Горгас. — Жду тебя в кабинете через пять минут.

Не прошло и пяти минут, как Ньесса влетела в кабинет — в шелковом красном платье, но босая.

— Если ты хоть раз еще это сделаешь… — начала она, но Горгас перебил ее.

— У нас проблемы.

— Ну?

Горгас сел на стул для посетителей и скрестил ноги.

— Заложники мертвы. Пока я тут болтал с тобой, мои люди попытались их выкурить. Они подожгли деревню и… — скривившись, добавил он: — Плантацию Альбиак. Я решил, что ты должна об этом узнать, и без промедления приехал сюда.

Ньесса смотрела на него, как будто не поняла ни слова из сказанного, а потом начала ругаться. Ругалась она умело, как мужчина. Закончив, жадно выпила остатки сидра и заела его маленьким пирожком.

— Ну?

— Ты расскажи мне, — ответила Ньесса с набитым ртом. — Ведь именно ты хотел их убить.

Горгас раздраженно нахмурился.

— Да, хотел. Но потом ты мне объяснила, почему это было бы глупо. Ну же, возьми себя в руки, мне действительно нужно поспать, — сказал он и для пущей убедительности зевнул.