Саша Кречет - Откровенье танцующих лун

   Только к полудню в мою пещеру пожаловали Свест, Лиран и Нияст. Их сияние могло бы затмить солнечное.

   - Тебя оставили вождем? - едва они показались на пороге обратился Аркетт к Свесту.

   - Да... Вторым вождем нашего караула ввиду моего близкого к семейственности положения станет Лир. Лиран. Если Боги дадут понять, что это решение было неправильным - мы поменяемся местами. Кроме того, в помощь ему, когда я буду отлынивать будет Даршит.

   - Ну, значит все хорошо...

   - А бурное получилось обсуждение, - заметил Нияст, - но как ни странно не столько в связи с петицией о Свесте, сколько относительно Риарина. Риарин - тебе надо немедленно навестить жреца.

   - А я пойду с тобой, - произнес молчавший до того Лиран.

   - Нет уж Риарина провожу я, - покачал головой Аркетт, - я так понял окончательного решения о нем не принято?

   - Жрец хочет сначала увидеться с ним, но дело не столько в самом решении, сколько в деталях, - ответил Ней.

   - Мы пойдем все вместе, - поставил точку Лиран, - в конце концов мне организовывать действия относительно итогового решения. И пойдем быстрей - там многие наши до сих пор еще ждут. Караул уже сутки почти не расстается.

   - Я - останусь, - заметил Свест, - дело есть.

   ***

   Уж не знаю, стоило мне благодарить своих сопровождающих, что до жреческой башни мы шли пешком. Идти по деревьям с замотанными пальцами быстро и легко я бы не смог, а перемещаться у кого-либо на плечах мне сейчас до одури не хотелось.

   Неподалеку от подножия храмовой горы действительно сидела большая группа наэрлов, лица многих из которых я видел вчера вечером в отсеке Свеста. Мы вошли внутрь и пройдя по путаным коридорам вскоре оказались у кельи Эглимара.

   - Все, кроме Риарина подождите снаружи, - произнес он, увидев нас на пороге.

   Бросив вскользь взгляд на мою замотанную руку, он знаком велел опуститься мне на колени и подсунул запястье:

   - Пей, досыта пей. Сегодня к дикому не пойдешь.

   Когда я насытился и впитал линну, он опять-таки знаком предложил мне место за столом и привычно устроился напротив.

   - Тебя берут под опеку караульные Свеста. Лиран будет нести прямую ответственность за тебя. Тебе мало что грозит, но не раздражай наэрлов - могут и побить.

   - А что это разрешено?

   - Да, хотя бы и вызовут на поединок. Если ты не станешь принимать вызовы отношение к тебе станет хуже.

   - Значит, все уже решено...

   - Нет другого выхода Риарин. Группа была достаточно представительной, чтобы предлагать свои решения и жрецы не увидели в этом решение ничего противоречащего воле Богов. Если бы ты столкнулся с таким давлением будучи аллиолом, я бы мог предложить тебе стать храмовым, но сейчас я никак ни могу тебя защитить, даже если бы такое решение казалось лучшим.

   - Аллиол мог столкнуться с таким давлением?

   - Да, ты - мог. Если бы так быстро твоим лучшим другом не стал тяжело от тебя пострадавший наэрл Нияст и если бы тебя не начал так активно опекать Свест. Далеко не все сразу смирились с тобой, Бешеный. Можешь мной названных поблагодарить, что столько времени жил мало представляя себе, что была немалая группа людей в замке со спонтанно возникающим желанием тебя растерзать.

   - Об этом, помнится, намекал Ней...

   - Об этом можно не говорить - с тех пор тебя многие успели и принять и зауважать. Но в жизни иногда приходится многое доказывать каждый день. Так что я сейчас передам тебя на руки представительской группе и ты подчинишься им. Если что-то тебе будет сложно или тяжело - обращайся за советом ко мне. Но сколько я смотрел я не видел особой готовности тебя притеснять в глазах наэрлов. Да, мы не исключали, что ты начнешь снова активно обучаться сам и сам привлечешь необходимую помощь. Но тебе было не до того. Поэтому примешь помощь, что пришла сама. Это повеление - его нарушение может повлечь наказание. Не в детской же башне с пацанами белесыми тебя элементарным вещам учить.

   На последней фразе жрец неожиданно улыбнулся, накрыл на миг мои руки своими и сделал знак на выход. Затем мы уже все, вместе с меня ожидающей троицей, спустились к подножию башни, подошли к группе наэрлов у ее подножия и жрец что-то довольно долго и весьма внушительно говорил прежде чем вернуться к себе.

   - Итак, Рин, - произнес Лиран, едва тот пошел прочь, - отныне твоя жизнь изменится. С утра и до полудня ты должен находиться у себя в комнате - дверь не запирай. Как только кто-либо из караула Свеста к тебе зайдет - ты должен будешь идти, куда он скажет и делать, что он захочет. Если тебя не будет на месте - обещаю тотальный розыск. Любой караул будет предупреждаться, что мы имеем права знать твое местонахождение и передвижения. Если хоть в чем-то попытаешься это обойти - жрец изобразит на тебе знак, по которому каждый наэрл или наирия будут иметь в виду, что ему желательно запомнить, где они тебя видели. Начинаем завтра с утра.

   - А как же, мне и свободный день не будет положен? - задал я невинный вопрос.

   - Подумаю, но зачем? Разве что первого каждого месяца.

   - У меня, что не может быть собственных дел?

   - Выскажешь пожелание пришедшему наэрлу - может, поможет и с делами, - с этим Лиран решив, что более я не достоин его внимания обратился ко всем, - спасибо за поддержку. Чтобы не вышло, что день мы приходим к Рину толпой, а день никто - решаем заранее, кто идет и когда. Буду вести записи. Где живу - знаете. Приходите с пожеланиями о дне своего участия.

   После этих слов народ начал расходиться, хотя несколько человек подошли к Лиру и ушли вместе с ним. Я же опустился на траву. Рядом присели Аркетт и Нияст. Они что-то там говорили мне о том, что все даже очень удачно сложилось... Я буду занят, некогда будет вспоминать Ирлиин, я многому научусь. Я не хотел ничего говорить.

   16. Лихо

   Утро я проспал. В общем здесь-то это в порядке вещей - распределять сон и бодрствование в сутках как заблагорассудится. Поэтому как только я понял, что даже при погашенных факелах в красноватом сумраке, постель ни приобрела ни малейшей привлекательности, я пошел на улицу. Там и просидел полночи на каком-то суку пялясь в звездное небо и раздумывая о своем житье-бытье. Потом конечно пошел спать. Уже начал засыпать, когда вспомнил, что не надо запирать дверь во избежания ее поломки и, хотя в прошлый раз ее починили к моему возвращению к себе, я все же заставил себя подняться и снять задвижку. Теперь появится тонюсенькая щель и всем будет видно - не заперто.

   Когда я открыл глаза уже ближе к полудню, то сразу понял, что в комнате не один. За моим столом, опустив голову на руки сидел наэрл. Он поднял голову, едва я спрыгнул на пол.