Екатерина Тимофеева - Conmagice

— А Кира его видела? Если нет, то тебе нужно будет представить его с максимумом деталей, а я скопирую изображение из твоей головы.

— Да, зачем? Я с Кирой обменяюсь умениями, и нарисую. Сейчас…ага! — выудив, наконец, из под горы листков телефон, Рома нахмурился. — Эмпатка! Да-да? — поднося телефон к уху, сказал Рома. — …Сейчас не могу…попозже давай? — бросив на меня взгляд, спросил чернокнижник. — Давай хотя бы через полчаса?…Но… Проклятье… — выругавшись, колдун прошел мимо меня в коридор.

Раздался звонок в дверь. Щелкнул замок, повеяло сквозняком из открывшейся двери.

— Эй, слушай, Натан же не мог…

— Что не мог? — выходя в коридор, спросил я, впрочем уже зная ответ.

Догадалась она, что не мог я без магического зрения увидеть засаду чернокнижников. Придется рассказывать, в чем дело, и вновь об меня будут вытирать ноги, с вещая с праведным гневом в глазах, что меня о спасении не просили…

Кира удивленно перевела взгляд на меня. А я хмыкнул, вспомнив как Рома настойчиво выпроваживал меня в прошлый раз. Какой хитрый лисеныш, «с глаз долой из сердца вон?».

— Привет, Рома, надо было предупредить, — приподняв брови и выразительно посмотрев на колдуна, сказала девушка.

— Я не успел, но ты нам все равно нужна будешь. Вернее не ты, а твои умения…

— О как… — нахмурившись, протянула девушка. — В человеке главное душа. Что стряслось?

— Проходи, — как-то обреченно взглянув на меня, сказал он девушке.

— Про проклятие, равно как и про спасение, молчи. Очень тебя прошу! — протелепатировал Роме я.

В ответ он удивленно вскинул на меня глаза, но промолчал.

— Чай будешь? Будете? — быстро поправился радушный хозяин.

— Нет. Что с умениями? Подробнее объясняй…а то, я чую, опять все затянется… — Рома, не дождавшись даже моего ответа, кивнул, вспомнив что-то известное только им двоим. — В общем, нужно твое умение рисовать.

— Зачем оно вам?! — неподдельно удивившись, воскликнула девушка.

— Эмм…решили приобщиться к искусству, — фальшиво и с натягом улыбаясь, будто карточные шулеры мы смотрели на Киру.

Он перевела взгляд с Ромы на меня. У меня внутри что-то дрогнуло. Потом она посмотрела снова на чернокнижника.

— Ой ли?

— Ладно, — вздохнул колдун. — Версия не выдерживает критики и трещит по швам. Натану для исследований Кости нужно, чтобы я…зарисовал те ловушки, в которые попал до вас.

— Я-то рисовать вручную не умею, — развел руками я. — Только проявлять мысли на бумаге, но Роме этот метод не подойдет.

Хитрый, ох и хитрый лис… суметь так качественно, быстро и правдоподобно соврать не моргнув и глазом! С ним надо держать ухо востро…

— Нашли проблему, — немного расслабившись, сказала Кира.

Она сняла с плеча сумку и подошла к Роме, положив ладони ему на голову. Я сжал зубы.

— Глаза закрой и вспоминай те моменты, которые нужны. Только медленно…

— Зачем? — не сопротивляясь, впрочем, процессу поинтересовался Рома. — Ты ж в прошлый раз не так делала…

— То были языки, а я сейчас буду «печатать фотографии». Закрой глаза и рот, — приказала она.

Девушка посмотрела куда-то мимо меня. Повернув немного голову, я понял в чем дело: небольшой столик, стоявший по слева от кресла, на котором я сидел, послужил местом «выдачи снимков». На моих глазах фотография за фотографией появлялись на лакированной поверхности стола изображения мест из храма. Должно быть, Рома действительно начал вспоминать ловушки, пойманный на своем вранье. Я нахмурился — фотографии пошли по второму кругу. Он намеренно затягивает процесс?

Возможно, просто ищет решение… зараза. То же самое я мог сделать и сам, гораздо раньше! Твою ж… спокойствие, Натан! Это действие проклятия. Ладно, что ж, пусть развлекаются… как только Кира уйдет, я вытащу из головы чернокнижника фотографию его учителя и пойду на поклон сначала к Жене, а потом к Андрею. Женя пусть набросит на меня спокойствие… или я действительно скоро начну рвать и метать.

— Рома, фотографии уже по второму кругу идут. Впрочем, полагаю, ты отлично это знаешь. Скажи мне, сколько времени действует это проклятие с момента наложения до смерти объекта?

— Проклятье до смерти объекта? — Кира резко оторвала ладони от головы колдуна и посмотрела на меня. — Так зачем же вы мне тут про ловушки врете?!

— Чего?! — поразился я. Неужели этот идиот дал ей полный доступ к восприятию? На кой черт?! Или у него в голове настолько пусто, что от телепатических вопросов эхо даже по памяти блуждать начинает?!

— Какого черта вы врете мне сейчас? Что нужно вам на самом деле и кто проклят? — ледяным голосом спросила она.

— А это вообще твое дело? — в тон ей спросил я. — Подслушивать нехорошо, тебя мама не учила?

— Меня она много чему учила. За вранье лупила. Знаешь басню про мальчика, который все время кричал: «Волки! Волки!»? Дали доступ, сами же и прокололись. А если не мое дело, господин-всепредвидящий-маг-у-которого-все-распланированно, то не за чем было просить о помощи. Или стало скучно, и ты никого не нашел, чтобы обвинить в ошибках и отчитать, а? — распаляясь все больше и больше, сказала Кира.

— Ребят я… — начал было Рома, но я его перебил.

— Тебя просили прийти через полчаса, но тебе же надо было немедленно, не так ли?! А уж если что-то Кире надо, то все должны все бросить и подвинуться! А не захотят двигаться — так она подтолкнет!

— Ох, обидели! Ножки сожгли! А ты давно работал педагогом, а то я что-то не припоминаю экстремальных способов обучения типа выбросов из окна в свободное падение!!! Я за вас все распланирую, никому ничего не расскажу, а если кто-то проявит инициативу и решит что-то сделать, то брошусь на выручку, а потом ткну его носом в его ошибки, да хорошенько повожу. Но ведь никто не имеет права помочь, да?! И то, что кто-то не хочет смотреть, как ты собой жертвуешь вперед всех, тебя, конечно, не волнует!!! — девушка молниеносно схватила сумку и телепартировалась.

За один миг до того, как то место где она стояла прошил выпущенный мною белый луч. Ярость кипела во мне так, что я готов был снести весь этот город с лица Земли… родные пенаты спас Рома, метнув в меня какой-то из своих амулетов.

— Проснулся? — спросил он у меня, едва я открыл глаза. — Остыл?

— Да, спасибо… — я глубоко вздохнул. — Подставляй бошку, вытащу фотографию твоего учителя и помчусь его искать. Иначе я кого-нибудь прибью в порыве гнева… сколько мне осталось, кстати?

Парень, задумчиво прищурившись, почесал макушку.

— Неделя. При условии, что не лопнешь раньше от злости.

— Ну, от этой беды у меня есть одно средство, — я дотронулся до лба Ромы и подавив искушение стереть ему память по самое рождение, выудил из нее портрет его учителя. — Все, пока. У меня мало времени. Или нет, погоди. Как его зовут?