Игорь Дравин - Боевик-универсал

— Ты прав, — поддержал меня проф.

Хион красит нежным светом стены зеленого леса. Нет, не получается нормальная песня. А если сформулировать по-другому? Вигвам. Конструкция из трех пальцев такая, и все это мне. Я соскочил с Пушка. Времени совершенно нет. Пушок, не шали. Слишком опасные дядьки здесь обитают. Я подошел к полосе измененной травы и поднес к губам горн. Если его рева они не услышат, то моего кри…

— Зачем пожаловал, Влад? — остановил меня голос.

Твою, рядом со мной оказался плащ с капюшоном, а в этом макинтоше явно находится разумный.

— Лес тишину любит, — сказал капюшон.

— Знаю, уважаемый, — наклонил я голову. — Я пришел отчитаться в выполнении задания, которое я получил…

— Да знаем мы уже все, — перебил меня хранитель. — Эльфу доставил живой, и ее давно уже отпустили из третьего поселка. Отчитался, а теперь говори, зачем пришел.

— Цветочек измененной орхидеи хотелось бы получить от вас, — признался я.

— Только цветок, а стебель, листья или корень тебе не нужны? — лениво поинтересовался друид.

Так, что-то он стал чересчур расслабленным. Не понял, я сказал что-то святотатственное? Вдруг они молятся этому кактусу, кто его знает! Пришел, понимаешь, и хочет надругаться над их зловещими таинствами. Но кое-какой результат я уже получил. Четвертый с профом немного модернизировали защиту разума, и на негатив в моих мыслях хранитель не среагировал.

— Не знаю, — ответил я. — Лучше все вместе, конечно, если вас, хранитель, это не затруднит. Назовите свою цену.

— Зачем тебе орхидея, Влад? — спросил хранитель. — Не вздумай юлить. Твоя защита разума хороша, но я прошел ее.

Твою! Это ж какого хрена?! Четвертый и проф, я вас обоих… Спокойно, спокойно. Опять облом. Не в первый раз. Сам дурак… А зачем он спрашивает, если и так может копаться в моей голове? Типа — вежливый?

— Мою подругу отравили живой водой, — начал я, — которая выходит на поверхность в султанате Айра. По данным правящего рода этой страны, измененная орхидея из Закрытого леса может помочь девушке избавиться от этой гадости, и тогда маги приведут в порядок ее лицо и тело. Сами понимаете, что для женщины это очень важно.

— Больше, чем ты думаешь, — хмыкнул капюшон. — Она умрет через несколько лет.

Твою! А почему?

— А потому, — ответил друид, — что все, кто выпил частичку концентрированной стихии жизни, пытаются любыми способами избавиться от нее. А жизнь этого не любит, даже когда кто-то просто мыслит так. Существует разумный и существует, а потом идет себе по дороге и случайно подворачивает ногу. Как назло, падает головой на камень и пробивает себе висок. Это только самый простой вариант.

Я просто остолбенел. Это что такое? Что за политинформация здесь происходит?!

— Не бойся, Влад, — усмехнулся капюшон. — Да, ты теперь один из немногих разумных, кто на самом деле знает, что собой представляет эта вода. Вернее, ты второй разумный, который не принадлежит к тем, кого вы называете друидами, и обладающий этим знанием. Ты умеешь хранить секреты, попаданец.

Я уже не остолбенел. Я просто окаменел.

— Ты получишь орхидею, — пообещал капюшон. — Пусть твои люди через неделю подъедут на это место, и я дам им саженец и объясню, что с ним надо делать. Ведь у тебя много дел, Молния, чтобы ты мог терять столько времени.

Не понял — это был намек?

— И намек тоже, — продолжил хранитель. — У тебя меньше времени, чем ты думаешь, но ты сможешь сделать все, что запланировал на ближайшее время. Что будет потом — неизвестно никому, Шутник. Платой за орхидею станет смерть того, кто использовал жизнь во зло. Я передам твоим людям побег вьюна. Вспори живот живому святотатцу и положи в него дар друидов из Закрытого леса этому неразумному. Пусть все знают — за что и кем он был убит. Не бойся, я не хочу, чтобы ты выкрикивал свое имя на каждом перекрестке. Ты — меч, ты — копье, а убиваем его мы.

— Я сделаю это, — улыбнулся я, — с большим удовольствием.

— Я вижу это, — хмыкнул друид. — А теперь поговорим о твоей награде.

— Какой награде? — не понял я.

Друид откинул капюшон. Твою тещу! Дедок из серебряного рудника. Он не сильно изменился в общем плане, но его глаза поменялись кардинально. Ум и жесткость светились в них.

— А как же вы…

— Легко, — усмехнулся хранитель, — как ты говоришь. Каждый маг иногда склонен переоценивать свои силы, возможности и влияние. Я получил хороший урок. Все хранители получили хороший урок, и теперь долгое время подобного не повторится. Чего ты хочешь? Денег или равноценного знания? Я могу предложить тебе двадцать камней, которые являются очень ценными для разумных Арланда. Двадцать слез Тайи тебя устроят — так они называются за пределами Закрытого леса? Двадцать трехдневных слез, лучше просто не бывает.

Я выпал в осадок. Каждый такой камень стоил туеву кучу денег! Это решение всех моих финансовых проблем, которые возникнут через несколько лет!

— Знания, — сказал я. — Информация — это деньги и возможность выжить.

— Я был прав, — расхохотался друид. — Не было нужды в твоем испытании, на котором настояли остальные хранители. Ты умен и не алчен. Ты получишь знания. Я вижу в твоей голове, чего ты хочешь и что может сильно помочь тебе. Может быть, ты и сам этого не осознаешь, но я это вижу.

— Вы — повелитель разума? — спросил я.

— Не оскорбляй меня, — усмехнулся дедок. — Ты же не будешь настоящего архимага называть мастером магии? Много знаний было потеряно во время Смуты. Но кое-что сохранилось в наших лесах.

Интересно, а степень моего удивления еще может вырасти или как?

— Когда я их получу? — спросил я.

— Ты уже их получаешь, — успокоил меня дедок. — Это твои знания, которыми ты не мог владеть в полной мере и обучить других, убийца магов.

Нет, я могу удивляться еще больше. Не думал, не думал. Узелок на память — и надо подумать над составлением собственной эмоциональной шкалы с четкими определениями. А то эмоции есть, а термина, определяющего это состояние, нету.

— Благодарю, хранитель, — склонил я голову. — А если бы я выбрал слезы Тайи?

— Ты бы умер, — просто сказал дедок. — Ты оказался бы недостоин дара и моей благодарности. Многие оказавшие услуги хранителям выбирают ценности и умирают, никому не сообщив о причине своей смерти. Да и тебе не нужно обо всем рассказывать профу и кому-то еще. Прощай, воин. А насчет того, что я могу копаться в твоей голове, ты не особо переживай. Мне любопытно видеть, как мысли разумного расходятся со словами даже помимо его желания. Многие этим грешат, ты тоже, но не сильно. Вежливый я, — друид хмыкнул, — скажешь еще.